Есть два варианта. Либо мне сейчас немного лениво заниматься подбором одежды, задумываясь, сочетается ли этот сиреневый свитерок с теми тёмными джинсами… Ведь надеть чёрное – проще всего! Этот цвет стройнит, делает меня аккуратной и немного загадочной. В нём можно пойти на дискотеку или же на занятия. И правда, очень удобно. Вариант второй:я – яркая индивидуалистка и предпочитаю классический стиль а ля Коко Шанель. Чёрный даёт мне чувство защищенности, а ещё «приподнимает» чувство собственного достоинства. Вот и подумай, с чего это я позабыла обол всех цветах радуги? (правда конечно может я очень мрачная натура или там например ГОТ :))

Поздравляем!!!я обладаю здоровым, реальным чуством юмора, в шутках не перебарщиваю. мое остроумие не задевает и не утомляет окружающих.

я круче всех и вся во всем мире. Когда будет великая война сил Зла и сил Света, я буду командовать войсками Зла.

Поздравляем!!! я гармонична: умею быть гибкой и покладистой, где это необходимо, и твердой и непоколебимой, когда затронуты мои принципы. У меня есть свой собственный стиль: меня узнают, принимают и, возможно, мне даже завидуют.

очень и очень мечтательны...сны и мечты для меня-это вторая реальность,которую я вечно путаю со своей настоящей жизнью!!!Так держать!))

Могу вас поздравить, я-
человечище.я добрая и отзывчивая,и душа у вас огроооооооооооооомная))

мне подходит водолей

Скорее всего ,это будет портрет по плечи. В центре кадра-глаза. Размытый горизонт, но однозначно фоном будет свободное пространсто. В руке- дымящаяся сигарета. Кисть на уровне скул. Работа напряженная, с нарочито подчеркнутым контрастом цветов.

миф:парни говорят только о футболе:у меня есть друг у которого была девушка футболоненавистница.стоило ему только включить телик,чтобы посмотреть матч,как ей тут же хотелось обниматься,целоваться и всячески отвлекать его.а когда он хотел отмазатьсч,твердила 1,что типа у вас всех 1 футбол на уме.по этой же причине она не хотела знакомитьсяс его друзьями.зато теперь он понял,что это очень удобно.если хочешь потусить с друзьями,нужно просто сказать девушке,что идешь на матч.правда,встречаются и футбольные фонатки-страшное дело.или вот еще 1 миф:все парни хотят только этого:однажды мой друг познакомился на улице с девченкой.пообщались,обменялись телефонами.через пару дней он пригласил ее в кино на вечерний сеанс.она начала отмазываться:типа у нее папа строгий,не разрешает вечером из дома выходить.после долгих выяснений она заявляет,что типа она знает что он хочет и она пока к этому не готова.она решила что он ее с ходу собирается затащить в постель!уже купленные билеты он сгореча выкинул и ее тоже из головы.

Как много в людях не пойму я!
В их ценностях не разберусь.
Мне в душу не зайти чужую,
Итог - неведения грусть.

Но в мыслях их, в делах, в душе
Я вижу общего немало.
Молва их как бы мне сказала:
"Грошь - в гривне, гривна же - в гроше!"

То, что ценю я, им - как мусор.
Иль бесполезно, иль вредно.
И, как коралловые бусы -
То, что я выбросила давно.

Мы разные. Друг в друге видим
Логичности лишёный бред.
Вот жалость - что? Сей факт обыден.
Все знают, могут дать ответ.

Но личность, что во всём "здорова",
Не терпит жалости к себе.
"Мешает жалость!" - слышу снова, -
"Мешает жизни и борьбе!

Она для нас - как униженье!
Нельзя жалеть ни нас, ни нам!"
О, Сатин! Устоялось мненье!
Не размягчить его годам!

А я считаю, что вы оба
С Лукою правы! Знаю я:
В том споре верх берёт ничья!
И чёрный важен хлеб, и сдоба!

Не нужно нападать на жалость.
Она - сочувствия сестра.
Способна дать душе добра,
Когда и нитки не осталось!

"Жалеть", "любить" - в словах обоих
В древнеславянском языке
Единый корень был! Хоть с кем
Хочу я этих чувств, не скрою!

Кто жалостлив, то сердцем видит:
"Кому-то плохо. Помогу!"
Он не отбросит на бегу.
И униженьем не обидит.

Когда кому-то тяжко, плохо -
Не значит, что и сам он плох.
Того, кто рад сегодня крохам,
Нельзя лишать последних крох!

Ждать жалости, но быть не жалким -
С позиций "нормы" так нельзя.
И эта "норма" может палкой
Добить избитого ферзя.

Ведь жалость может иногда
Мнимой ущербностью страдальца,
Не замечая, пропитаться.
И это - жалости беда!

Беда, что людям не даёт
Понять её предназначенье.
А ведь не может быть сомненья:
Есть жалость, что в себе несёт

И уваженье к Человеку!
Лука об этом, жаль, не знал.
Такою жалость быть должна,
Разрушив предрассудок века!

[700x525]
Она мертва. Её давно уж нет.
Она давно уж никого не греет.
Остался точкой свет, далёкий свет,
Он смерть источника раскрыть не смеет...

Поток фотонов. Только и всего...
Зачем он? Для кого что значить может?
О мире том погибшем ничего
Узнать он всё равно уж не поможет!

Когда-то, несколько веков назад,
В семье звезды жила одна планета.
Там сотни миллионов лет подряд
Сменялись день и ночь, зима и лето.

И реки по поверхности текли,
И было там в достатке кислорода.
И травы, и деревья там росли -
Своя, неповторимая природа.

И разума обитель там была.
Шумели города, ну как земные!
Но вспышка - и звезда семью сожгла,
Орбиты смяв, лизнув переферию...

Она хотела так? Венец судьбы?
А может, подчинялась чьей-то воле?
Но кончен звёздный час. Итог борьбы -
Остывший карлик, в вечной чёрной роли...

А эту катастрофу, гибель душ,
И тел небесных, мы ещё заметим.
Однажды ночью вспыхнет неба тушь
Ярчайшей точкой. Через пять столетий...

Она мертва. Её давно уж нет.
Она давно уж никого не греет.
К нам всё летит, летит далёкий свет,
Но это уж значенья не имеет...

[700x525]
В делах, и в весельи, и в горе,
Я вновь убегаю туда,
Где в ласковом дремлющем море
Играла огнями вода.

В мерцающих точках искристых
Над морем застыл небосвод.
В глазах твоих, ясных и чистых,
Луны отражался восход...

Волшебную сказку ночную
Дыханьем боюсь я спугнуть.
Чуть слышно украдкой вздохну я,
Но бьётся в смятении грудь.

Что, если беда вдруг случится,
И больше сюда не вернусь?
Отрежут пути мне в станицу?
Всё больше и больше боюсь...

На осень, и зиму с весною
Прощались с тобой мы в ту ночь.
Я была, и останусь изгоем,
А ты - чей-то робкий сын

В заполненном, душном вагоне
Я тряслась. И думала о том,
Как ночью дрожала в ладонях
Вода золотистым огнём...

На берег осенний, остывший,
Ты, знаю, ходил не раз.
И свет вспоминал, даривший
Неясный полночный экстаз...

Степною природой неброской
Пленила мне душу Тамань,
Где Чёрное дружит с Азовским,
Где Крым обнимает Кубань...

...Очнувшись от сонных историй,
Замечу вдруг с краю стола
Частичку Азовского моря
За круглою гранью стекла.

Тихонько к столу подползаю.
Жжёт сердце, о лете скорбя.
И свет чуть заметный мерцает,
И вижу в том свете тебя...

Мы в людях порой видим силу тогда,
Когда её нет и в помине.
В отчаяньи взрыв возникает всегда.
Но бурей песчанной в пустыне

Он может последние силы убить,
Ведя к распадения грани.
И разум, и волю вконец иссушить
В порыве бесовских желаний.

Агония жертвы... Ни грамма в ней нет
Того, что спасёт от паденья.
Стремительно меркнет сознания свет,
Потерян контроль поведенья...

Кто бьётся, взвинтясь, забывая про план -
Обманной энергией брызжет.
Вся сила и мощь в тот момент - лишь обман,
А он - всех слабее и ниже.

Тогда лишь победный нащупаешь путь,
Когда пресечёшь вспышку, чтобы
Не лить на других беснования ртуть,
Травя, заражая их злобой.

Переть на рожон, выступать и грубить
Всегда неумением было
Эмоций отрядами руководить.
Быть мягким, спокойным - вот сила!

Звуки я не ушами лишь слышу!
Образ зрительный музыка шлёт!
Тон неровен: то ниже, то выше;
Изменение тона влечёт

За собой изменение цвета:
Образ краски меняет свои.
Что октава? Ведь радуга это!
Забываешь, частоты где чьи!

А мелодии - те же картины.
Цвет-насыщенность - суть громкость-тон...
И всё это - эмоций причины:
Радость, страх, или сдавленный стон...

Звук и цвет - это будто бы гиды
В потаённом души уголке.
По холстам, по симфониям видим
Все теченья в эмоций реке.

Настроение, краски и звуки
В соответствии строгом живут.
Соответствий причины в науке
Объяснений давно своих ждут.

Я над этим и сама размышляю,
И пытаюсь нащупать ответ.
Все сигналы с рецепторов, знаю,
Создают в мозге образ - свой след.

Это в клетках процесс возбужденья.
Его сложность вовек не познать!
А процессы со сходным теченьем
Свой исток могут запросто брать

От различных явлений природы,
И от мнимых к тому же, заметь!
А вот образы, что антиподы,
Могут общего "предка" иметь.

Аналогии все, параллели -
Проявленье закона того...
Сложно? Знаю. А вы как хотели?
Мозг - он в теле сложнее всего!

Мозг - загадка! Решенье проблемы
Не найдёт и "продвинутый спец"!
Да, и там все процессы - по схемам.
Но знаток этих схем - лишь Творец...

В тот час, когда в пропасть лечу с крутой выси,
И, выдохшись, сердце встаёт на бегу,
Я жечь не могу фотографий и писем.
Подарки выбрасывать я не могу.

Цепляется сердце: ведь это - родное!
И разума глас повторяет за ним.
Ведь если сотру это - как без него я?
Как с горем тогда совладаю своим?

"Один не гуляй по тропинкам, где вместе,
В обнимку, любовь вы когда-то несли.
И чтоб не навлечь счастья мёртвого мести,
Ты памяти струны больные не зли!" -

Я правило это всегда нарушаю.
Срывается сердце, заплакав навзрыд.
Но всё ж по тропинкам упорно гуляю,
И бью себя, бью, хоть и так вся избита.

Сошёлся клин с клином в отчаянной стычке.
Но факт привыканья играет здесь роль.
Пусть в волнах солёной и горькой привычки
Сполна нахлебавшись, на дно уйдёт боль!

Та соль, что щипала душевные раны,
Держаться в сознаньи давала зато.
А в будущем вещи из соли пусть станут
Набором простых сувениров на стол.

Набор отдаёт мазохизмом особым.
Да, грустно смотреть. Но и кайфа есть часть.
Тот кайф - ностальгия. Боль вытерплю, чтобы
Ушедших лет звёздочка в мыслях зажглась...

Он шёл по жизни и шутя, и гордо.
Рукою мог потрогать небосвод.
И перешагивал почти все горы.
А те, что плеч повыше, брал в обход.

Он был един, но множество обличий
На всякий случай при себе имел.
Шаг черепахи на полёт мог птичий
Сменить легко, коль требует ход дел.

Но не судите: были то не маски!
Он в каждом из обличий был собой!
Не красил свою жизнь главою сказки,
Не выдавал чужой успех за свой.

Не доверялся слепо чьим-то мненьям.
Не действовали жесты, тон и взгляд.
Кумиров не лепил себе с рожденья.
Кто знает, что пожнёшь с их пышных гряд?

Цензура тщательно вела анализ:
Всё ль с фактами и с логикой в ладах?
И все, кто бред впихнуть ему пытались,
Набили лишь мозоль на языках.

В беседах по душам за чашкой кофе
От каждого лишь истину ловил.
Из всех моралей, догм и философий
Свою, неповторимую, лепил.

Во всём он видел логику, структуру,
Явлений кухню чётко понимал.
И, как на досках шахматных фигуры,
Людей, шутя, рукой передвигал.

Причём он чтил их нравы, интересы,
И против личности войной не шёл.
И даже коль взыграют в ком-то бесы,
Он против бесов лишь сраженья вёл.

Стратегии защит и нападений
Непроизвольно строились в мозгу.
Не гнулся он под грузом вражьих мнений,
Плевал на все подножки на бегу...

Рефлексам он умел не поддаваться.
Желаньями, страстями управлял.
От боли мог душевной отрываться,
Её с собою не отождествлял.

Смотрел он как бы на неё снаружи.
Она не в нём! Она - вон там, в углу!
А мы же часто с болью как бы дружим.
Она и рада править на балу!

Зачем сливаться с ней? Ведь этим самым
Мы боль питаем, силы ей даём!
Скажи себе: страданий моих гамма -
Реакции лишь в мозге головном!

Лишь возбужденья, импульсы в нейронах!
Сознание же - царь и господин!
Пусть боль оно не кормит! И все стоны
Утихнут! Знай: ты с болью - не един!

Ну а приятные переживанья
Умей подробно, ясно вспоминать.
В сознаньи вызвать это состоянье,
И волею стараться удержать.

Вот с ним как раз и надо как бы слиться,
Кормя душою, духом и умом.
Сперва даёшь ему ты укрепиться,
А после оно - крепость твоя, дом!

Представь всё до прожилки, тонко, ярко!
Играй! Актёрский в каждом есть талант!
Фантазия в реальность шлёт подарки,
Повязывая сверху красный бант!

И даже миг полёта вдохновенья
Возможно по желанью вызвать нам!
Ты вспомни лишь души былое пенье,
И мозг запустит свой пакет программ!

Начни творить! Пусть неохотно, вяло,
Но вспоминая прошлых дней полёт!
И смотришь - вот уж поживее стало,
А вот уже совсем легко идёт!

Процессы креативные мелькают;
Ассоциаций, образов - мильон!
Привычку аппетита каждый знает -
Во время трапезы приходит он!

* * *

Он знал рецепты, техники мышленья.
Фантазию и логику сливал.
Полёты в облаках по приземленьи
Сквозь быта прагматичность пропускал.

Всё смысл имело, всё всегда у места.
Романтика с практичностью - друзья.
Замешан был он из контрастов теста,
Но их сумел в гармонию связать.

Добро он мог увидеть в каждом худе.
Из недостатков пользу мог извлечь...
В моменты, когда прочь бежали люди,
Мог безмятежно отдохнуть прилечь.

Покой в душе хранить всегда старался.
Нить мыслей в панике негоже рвать!
Он панике вообще не подавался,
В любой пожар умел те нити ткать.

Привычка взвешивать все "за" и "против",
Вести учёт всему: внутри, вокруг -
Развив её, в крушеньях обретёте
Спасательный надутый туго круг.

А тот, чей мыслей ход нетренирован,
С пути собьётся лёгким ветерком.
И ступором, иль гневом слепым скован,
Падёт никчёмной жертвой пред врагом.

* * *

Он не терпел простоя и безделья,
Весь день был энергичен, суетлив.
Задачи ставил сложности предельной,
В фантазиях мгновенно их решив.

И верил, что решение готово.
А вера всё решала за него,
Чтоб данное себе самим же слово
Сдержалось, не обидело его...

В бессмертном, как Вселенная, романе,
Что жизни стал учебником для многих,
Переплелись две Силы, две дороги:
Добра и Зла. Блаженства и страданья.

И в состязаньи вечном "кто сильнее",
Людскими судьбами игрались Силы...
А кто же Воланд? Сила Зла. Но с нею -
Добро, плечом к плечу. Всё вместе слил он.

Роман стереотипы смело рушит,
И новый взгляд на вещи открывает.
Пусть Зло карает только злые души!
А добрые, наоборот - спасает!

Бал Сатаны - апофеоз сюжета.
Вершина, кульминация идей...
Главы той строки, что глагол поэта,
Зажгли сердца, умы и дух людей.

Роман сказал нам много. Вне сомненья.
Не зря поставлен он в шедевров ряд.
И он не сгинет в беге поколений.
Ведь "рукописи" всё же - "не горят"!

Душа моя горит в огне,
А сердце центр ада.
Я не живу! Я лишь во сне!
Будить меня не надо.

Когда открою я глаза,
Я боль познаю снова.
Не упадет с ресниц слеза,
Не пророню ни слова.

Душа моя горит в огне,
А сердце центр ада.
Я там, поймите! Я во сне!
Прошу, будить не надо

Боже! Как благодарена судьбе
Я за то, что она подарила
Мне тебя, вняв упорной мольбе,
Той, что тысячу раз повторила я!

Лишь недавно я жила, как в аду.
Злой огонь был внутри. В нём сгорала я.
Повторялись мольбы, как в бреду.
Губы сохли... Душа умирала...

И - свершилось! Обрушилось вдруг
На меня безграничное счастье!
И забыла я всех прежних друзей.
И умчались навек все ненастья...

Без тебя не прожить мне и дня.
Не могу без тебя, друг сердечный!
Знаю я: если бросишь меня,
Жизнь моя оборвётся навечно!

Ты люби! Заклинаю тебя!
Бог оценит твои все старанья!
И прости, что такой выросла я,
Что тебе причиняю страданья...

Я брожу во тьме за жизни гранью.
Дверь обратно в жизнь я не найду...
Тропок - ни одной. При всём стараньи
Я ни в рай, ни в ад не попаду...

Я застряла в дыре между мирами,
И не знаю, что мне делать тут.
Я одна... Закрыв лицо руками,
Жду, всё жду я, что меня найдут,

Ангелы, иль черти - уж не важно,
Лишь бы ясно стало, что к чему...
Дрожь по телу. В жилке, в клетке каждой...
Почему я здесь? Ну почему?

И часы проходят, дни, недели,
А меня не ищет здесь никто...
Обо мне забыли... Знать, хотели,
Чтоб блуждала одина среди пустот,

Чтобы здесь с избытком искупался
Каждый жизни промах, каждый грех...
То, чего всегда я так боялась -
Ждать, и быть отрезанным от всех...