Ошеломляющая красота!

Многие думают о Финляндии как о стране холода и темноты. Однако финский фотограф Осси Сааринен считает, что страна намного больше, чем предубеждения о ней.

Именно поэтому мужчина решил показать еще одну удивительно очаровательную сторону своей родины.

Осси передает то, как чувствует финскую природу, особенно нетронутые леса, покрывающие почти три четверти всей страны.

 

 

 

 

Финские животные кажутся очень загадочными и очаровательными, как будто они вышли из сказок. Осси не упускает шанс захватить красоту финской дикой природы.

Он считает, что каждая встреча с животными становится незабываемым и ценным опытом (ну, давайте не будем говорить о встрече с медведем).

Теперь давайте насладимся атмосферой сказки в его фотографиях!

1.

Ossi

С таким объемом сумасшествия, происходящего в нашей жизни каждый день, обязательно нужно делать перерыв, то есть время, чтобы отключить ваш разум от суматохи, забот, работы и просто посмотреть на некоторые красивые и счастливые вещи. Как например эти восхитительные мыши-полевки.

Эти эффектные кадры были сделаны Майлсом Гербертом, британским фотографом и руководителем «Captivelight». Этот человек также устраивает различные семинары и тренинги,на которых обучает людей, как правильно фотографировать хищных птиц, лягушек, мышей и многих других зверьков.

«Эти мыши-полевки были сфотографированы в помещении — в моей фотостудии, говорит Майлс. Мы предоставляем свою фотостудию для фотографирования профессиональным фотографам, которым нужны качественные и красивые кадры. Использование специально разработанной студии позволяет нам не зависеть от погоды и делать любые кадры. Однако, если клиент хочет, мы можем предоставить для него открытую студию на свежем воздухе»

«Практически все животные, с которыми мы работаем растут вне воли, так как по сравнению с дикими, они более спокойны и устойчивы к такими нагрузкам. После фотосессий мы отправляем животных в заповедники» — объясняет Майлс.

Мышки получают огромное удовольствие во время фотоссесси, так как им очень нравится кушать тычинки и нектары цветов. Малыши отвлекаются, наслаждаются вкусной едой, а мы тем временем работаем не покладая рук. Это беспроигрышная идея, благодаря которой, вы можете увидеть всю красоту этих крошек, резвящися среди тюльпанов.

Взгляните на эти яркие и очаровательные кадры, которые заставят вас улыбнуться даже в самые грустные и печальные дни. Приятного просмотра!

       29 ноября исполнилось 29 лет, как умер мой друг Натан Эйдельман. Завтра я ложусь в больницу, могу к 29 не вернуться, потому воспоминания о Натане публикую сегодня.

 ПЕССИМИСТОМ БЫТЬ ПОШЛО Две тонны цемента       Случилось так, что в 1948 году я оказался в компании бывших учеников знаменитой в Москве 110 школы. К тому времени все мы уже были студентами. Я учился на втором курсе юридического института, Валя Смилга - на физтехе, Юлик Крелин - в медицинском, а Натан Эйдельман на историческом факультете МГУ. 
     
     

       Ребята как ребята, дулись в подкидного дурака, и проигравший должен был громко блеять барашком. Устраивали небогатые, но очень веселые и шумные застолья, во время которых Смилга и Эйдельман затевали буйные словесные баталии, один из них называл какое-нибудь историческое имя, скажем, Навуходоносор, а другой тут же обязан был отчеканить: “605 - 562 до нашей эры”. Юлик Крелин находился в состоянии постоянной влюбленности, и нас, еще заставших раздельное обучение и окончивших мужские школы, это очень занимало.
       В школьных и студенческих застольях я участвовал и прежде, и девочки давно уже меня интересовали. Однако компания Натана чем-то существенно отличалась от всех, где я бывал раньше. По возрасту мы были ровесниками, и росли примерно в одинаковых семьях, но что-то в этих ребятах было такое, чего не было в других моих сверстниках. Может быть, раскованность, легкость в общении друг с другом, этого мне лично всегда не хватало. Может быть, начитанность не по годам, чем они даже чуть-чуть кичились. От них впервые и услышал я запомнившуюся мне фразу о том, что всегда надо уметь “сохранять лицо”. Я в ту пору об этом еще не задумывался.
       Скоро в семью Эйдельманов пришла беда. Его отец, фронтовик и известный журналист, был обвинен в сионизме и посажен. Освободился он уже после смерти Сталина. Рассказывал, как в бараке сосед, старый еврей, однажды спросил его, сколько писем разрешено ему писать домой. Яков Наумович ответил: одно в полгода. Сосед вздохнул: “А если бы победил Лев Давыдович, вам бы разрешали писать целых два письма.”
       Эйдельман - старший отличался энциклопедической образованностью и взрывным темпераментом. Этим в полной мере наградил он и сына.
       Когда через много лет отец умирал от рака, Натан от него не отходил. Умирал Яков Наумович тяжело, мучительно и при полном сознании. Накануне смерти, с трудом произнося слова, он спросил, когда играет бразильская команда - в те дни шло первенство мира по футболу. "Послезавтра”, - сказал Натан. “Жаль, - прошептал Яков Наумович, - я уже не узнаю результат”.
       МГУ Натан закончил в 1952 году, диплом защитил о банковском капитале, очень тогда увлекался экономикой. Отец еще сидел, и Натана никуда не брали на работу. Помогли... две тонны цемента. В одном из подмосковных городов - устроиться в самой Москве Натан и не рассчитывал - директор заводской школы рабочей молодежи, с которым Натан вел переговоры, спросил, чем он может им помочь. “В каком смысле?” - не понял Натан. “Ну, скажем, нашему заводу очень нужен цемент”. Цемент? Откуда у Натана цемент? Но случайно