Не люблю грамматику, в ней столько фатализма. Вы посмотрите только! Ирреальное желание. Действие, которое не состоялось... Не люблю фатализм, он на меня давит. Я люблю лексикологию и её волшебный красочный мир, тонкий и живой, мне нравится чувствовать, как он дышит. Ощущать тонкие грани понятий и значений, лёгкую вуаль частичной синонимии... Я всю её вижу как на ладони.

-/-



LI 7.05.22

неземное существо ты.

Мы бесстрашные. Никакой жалости к себе. В каком ужасном глухом одиночестве живёт каждый из нас! Словно окутанные туманом...
Я лежу и сплю, крепко, как ребёнок. Я и есть ребёнок, своевольный, капризный, и стремлюсь к сути вещей. Мне неведома ни скорбь, ни чувство вины, так просто освобождаю себя от всяких чувств. Они сами покидают меня. Потому что они выше меня и поднимаются вверх. Выше всего человеческого во мне. Они превращаются в туман и окутывают меня. Я едва могу видеть сквозь завесу... Ах, закройте меня, закройте мне глаза, прошу. Лучше бы я была слепа и шла только на звук.
Всё обречено. Совершенная любовь стремится покинуть мир. Она не выживает здесь, не выдерживает давления тяжести, появившись, тут же умирает. Она поднимается вверх и превращается в туман. А я вдыхаю этот холодный воздух и пытаюсь согреться рано утром, в самом дальнем уголке своей постели.
Вот и идти пора... Пора, пора... Нет толку разговаривать с пустотой. С тишиной я предпочла бы разговаривать. Потому что когда говоришь в тишину, точно знаешь, что кто-то услышит. И звук разносится легко и далеко. А в пустоте никого нет... Мучительная нежность охватывает меня этим утром. Я не буду даже включать музыку. Бескрайняя моя, так много в себе таит. Спокойная, как водная гладь (а над ней туман). Где же ты была, безумная? Теперь я должна уходить...

LI 7.05.22

Куда подевалась моя обычная рассеянность? Каждый жест, каждый шаг фиксируется в памяти. Вот я крашу губы красной помадой перед зеркалом и кривляюсь под трэк Stillste Stund, вот выхожу из дома, смотрю на небо, замечаю его цвет, переключаю музыку в плеере. Всё помню до мелочей, будто это так важно.
Мне трудно поверить, что когда-нибудь я соберу вещи и просто уеду. И так же выйду из дома, как и в очередной раз, и в наушниках будет играть синтипоп, и подниму взгляд на небо точно так же. По привычному маршруту, по знакомым улицам, стоя в пробках, а может, их и не будет, если это будет утро. Я бы хотела, чтобы это было раннее утро. Я посмотрела бы на сонный молчащий город и может, прониклась бы какими-то жалостливыми нотками, я же чертовски сентиментальна... Мне всё равно, что это будет: вокзал или аэропорт, главное, увези меня, и музыку погромче. Синтипоп - синоним счастью, которое пока недостижимо. Мои мечты, робкие и смелые, наивные мои все надежды. Увези меня навстречу им... Я выхожу из дома вечером, смотрю вдаль, а там туман.
В колонках играет: Iris - Disintegrate

LI 7.05.22

Я очень-очень хочу счастливой быть. Хочу не бояться мечтать. Без боли воспринимать красоту. Хочу, чтобы всегда звучала любимая музыка. Хочу, чтобы ничто не тяготило.
Танцевать, звенеть, играть, кружиться. Как ребёнок радоваться мелочам. И чтобы кто-то видел меня до самой глубины, но при этом столь же безболезненно и легко восхищался мной.

LI 7.05.22

Кто-нибудь, кто-нибудь, уже придите наконец и заберите меня от этой пустоты. Она наступает мне на горло. Хочу кричать и смеяться, лишь бы только не тишина.
Захотела перечитать "Чёрный обелиск". Некогда так восхищалась Изабеллой, так сопереживала Людвигу. Теперь не могу читать - каждая строчка вызывает слёзы, и я знаю, что это ненормально. Дело в том, что когда нас трогает история, сами герои, и от сопереживания им хочется плакать - это совершенно естественно, более того, это положительный результат. Но переносить всё на себя - ошибка, это делает нас больными и отстраняет. И вот теперь и я, возможно, не смогу больше открыть эту книгу.
Стараюсь подавлять слёзы в тишине, улыбаюсь.
Погрязла в экзистенциализме. Увязла по уши.
Боже, Изабелла! Ты вся полна звоном...

LI 7.05.22

Вещей и людей, которых сильно любишь, которые имеют сакральный смысл, не бывает много никогда. Ведь каждому нужно отдать силу своей любви, а если бы их сделалось слишком много, меня бы просто не хватило.
Есть книги, которые я так люблю, словно это люди... Я люблю их много больше, чем некоторых людей. Трепетно, с замиранием сердца могу их перечитывать. По многу раз, каждый раз открывая для себя заново. Иногда открываю, чтобы подтвердить какую-то свою мысль, рассеять сомнения. Много хороших книг, много любимых - захватывающих, интересных, восхищающих, вызывающих широкий резонанс. И все они попадают мне в руки всегда вовремя. Я вообще много и с удовольствием читаю. Но фундаментом для моего духовного развития послужили лишь несколько...
Не могу умолчать про "Идиота" Достоевского, из-за которого я не спала ночами. Эта книга - как отражение действительности, она помогла мне получше узнать саму себя. Произведения злюк Сартра и Камю - как пойманное настроение, состояние, в котором я нахожусь уже долгое время. Такие книги всегда встречаешь с радостью узнавания и горечью осознания. Я нахожу душевный отклик в героинях Чехова и Островского, я могла бы разговаривать их словами.
Но есть такие, что расширяют горизонты. Если бы не они, я бы никогда и не узнала, что мир так глубок.
Для меня, в первую очередь, это "Заратустра" Ницше, "Процесс" Кафки и "Чёрный обелиск" Ремарка. Вот. Это море слёз, вызванное ослепляющим светом. Пожалуй, я всё сказала.

LI 7.05.22

Мир лёгок, глубок и полон радости. Я это знаю точно.
Радость от любимой музыки, книг, стихов, внимания, общения с друзьями, от того, что идёт снег, от того, что вечер - красоту можно найти почти везде, насладиться можно чем угодно - всё открыто, всё здесь, перед тобой.
Но всё-таки, это так грустно. И это не душа моя томится в тоске и страхе, больше нет - она свободна, но свобода безусловно печальна: ведь некуда лететь, нет ей нигде пристанища. И если бы меня где-нибудь ждали, как легко пришлось бы мне перейти из одного в другое...
Как же мне глубоко...

LI 7.05.22

Так отвечала мне жизнь тогда и при этом зажала изящные ушки свои:
«О Заратустра! Не щёлкай так страшно своей плёткой! Ты ведь знаешь: шум убивает мысли — а ко мне как раз пришли такие нежные мысли.
Мы с тобою оба — сущие недобродеи и незлодеи. По ту сторону добра и зла обрели мы свой остров и зелёный свой луг — мы вдвоём, одни! Уже оттого и должны мы ладить друг с другом!
И если мы и не любим друг друга от чистого сердца, — то гоже ли злиться на то, что не любишь от чистого сердца?
И что я лажу с тобою, и часто слишком лажу, ты знаешь это: и всё оттого, что ревную тебя я к мудрости твоей. Ах, эта мудрость, полоумная старая дура!
Если бы мудрость твоя сбежала однажды от тебя, ах! тогда мигом сбежала бы от тебя и моя любовь».
Тут жизнь задумчиво оглянулась вокруг и тихо сказала: «О Заратустра, ты мне недостаточно верен!
Ты любишь меня вовсе не так сильно, как говоришь; я знаю, ты думаешь о том, что хочешь скоро покинуть меня.
Есть старый тяжёлый-тяжёлый колокол-ревун: он ревёт по ночам до самой твоей пещеры:
— когда ты слышишь, как колокол этот бьёт полночь, тогда между первым и двенадцатым ударом думаешь ты о том —
— ты думаешь о том, о Заратустра, я знаю это, что ты хочешь скоро покинуть меня!»
«Да, — отвечал я робко, — но ты знаешь также —» И я сказал ей нечто на ухо, прямо в её спутанные, жёлтые, безумные пряди волос.
«Ты знаешь это, о Заратустра? Этого не знает никто...»
И мы стояли лицом к лицу и глядели на зелёный луг, на который как раз набегал прохладный вечер, и плакали вместе. — И жизнь была тогда мне милее, чем вся моя мудрость когда-либо. —
Так говорил Заратустра.

Грустно, как же грустно... Это мой вечер. Это мой закат.
Но всё будет до мажор.

Я сказала:
- Мы с вами похожи.
Она отвечала:
- Это вообще откровение. Но да.

А я же вижу, говорю, по поведению - как вы легко переходите из одного состояния в другое, как вы пели - какая лёгкость наполнила зал. Я же вижу. Ах нет, говорит, лёгкость - если бы это было так, это очень сложно. Для других это непосильная лёгкость, это ответственность, сложная черта характера. Людям не выстоять перед ней, они ослеплены, они опускают руки.

И снова я оказываюсь в эпицентре конфликта между лирой и драмой. Я говорю: на клавиатуре я где-то здесь, - и показываю свой диапазон, даже чуть выше. Так посмотри же, какое большое расстояние между мной и нижним регистром... Небо и почва... Я говорю: у меня нет корней, а тебе они и не нужны, тебя уничтожит, раздавит этот дух тяжести. Ты должна во что бы то ни стало сохранить свою лёгкость. Он тебя отпустил: так лети, скажи ему спасибо, оставь на земле! Какое откровение - не стой у закрытой двери, не вешай себе на шею груз чужой скорби. Она говорит: не твой долг себя отдать этим тяжёлым душам, они тебя поглотят, задавят... И как она права. Вот я встретила такого же человека, как и я - и неспроста. В жизни ведь ничего не делается просто так, мы это помним же?
Думаю, что меня должны учить такие же, как и я.

А секрет знаете в чём? Я должна научиться спокойно, безболезненно воспринимать драматические образы. Отрешенность. Жизнь только здесь и сейчас - я переживаю и плачу только в момент исполнения, и переживаю не свою боль, а боль той же Лизы из "Пиковой дамы", а затем возвращаюсь к себе. Да, призвание лиры - дарить любовь, но себе тоже нужно её оставить, а не всё им - жадным, тёмным, поглощающим, так нуждающимся в ней, но не умеющим её принять.

Я такая маленькая, а такой мощный поток воздуха во мне, яркий, ослепительный луч света, я его чувствую, словно сижу на нём верхом... И он несёт меня вверх.

Я воспылала нездоровой страстью к контрабасам, они меня так манят своей фундаментальностью, глубиной, спектром тембральных окрасок. Всё не могла пройти мимо, когда кто-нибудь играет на нём в коридоре в училище. Сегодня, только, увы, сегодня, наконец я выждала момент, пока никого не было вокруг, и решилась подойти к контрабасам, оставленным учениками возде стены. И, как всегда это бывает, стоило мне только прикоснуться, дверь распахнулась и вышел его обладатель. И сразу всё понял.

- Любишь контрабасы?
- Да, - отвечаю. - Очень люблю.
- Тогда можешь поиграть.
- А сам умеешь?
- Да, это моя специальность.

И как же я была благодарна, я сидела в укромном уголочке, приникнув к деревянному корпусу, перебирала струны и слушала-слушала-слушала. Так может это и была моя настоящая мечта последних двух месяцев?

Я так счастлива.
В колонках играет: Hurts - Blood, tears & gold

LI 7.05.22

Во все времена варвары с упоением уничтожали самые прекрасные творения. Во имя своих убеждений, в жертву своему богу, богам ли - но хоть одно содеянное когда-либо было во благо? Имело ли смысл?
Неопределённость, невосполнимость, необратимость - это мой дух тяжести. За что мне эти скорби? Разве я заслужила? Разве лёгкая и свободная душа лиры может быть жертвой? Зачем хотите её гибели?

LI 7.05.22

Меня так легко сделать счастливой. Для этого просто окажись в нужном месте в нужное время.

Заебали эти нервы! Чувствую себя декабристской женой.

Мы все бухие, тут оргия (с) @sedictor

 

В Иркутске организовали встречу пользователей twitter. Поскольку из тви не вылезаю уж год, решила обязательно прийти. Но я ужасно волновалась, потому что из всех своих фолловерсов в реале знаю очень немногих. А если совсем честно, думала, что буду сидеть тупить, так как большинство публики - компьютерщики. Тем не менее, я пользовалась популярностью. Да что тут говорить, девушек-то было значительно меньше, а вообще все люди - милые, приятные, а главное - общительные. Так здорово, когда можно просто подходить, знакомиться (представлялись все вдвойне - имя плюс ник), болтать. Завела кучу знакомств - пришло более сорока человек, познакомилась почти со всеми, само собой, была рада видеть и старых друзей. Наконец-то научилась играть в мафию, а ещё играла в логическую игрушку на айпэде юзера @golodnyj, исполняющего роль шоумена на вечеринке, это было ещё когда мы только вшестером сидели - я играла, а мужики надо мной потешались и подсказывали. Приехала я вообще самой первой и ждала одна, но через пару часов даже стало не хватать мест. Здорово было всей толпой наблюдать за изменением ленты с хэштегом #twirkutsk, а когда пришли домой, началась такая активная переписка и тотальный, я бы даже сказала, повальный фолловинг, что ни в сказке сказать, ни пером описать! До сих пор продолжается. Жду групповое фото, к сожалению, на нём не все, и в списке присутствующих отметились тоже не все. Общение - это так здорово, масса позитива! Вечерина удалась просто на пять с плюсом, по объёму впечатлений очень давно не было ничего подобного! Единственное, что немного нерационально добиралась домой - понадеялись успеть на последний вечерний транспорт, в итоге сперва долго ждали на одной остановке, затем прошлись до другой и тоже ждали, и причём, всё это были только проводы меня %) 

 

UPD: Фотки подоспели. Качество говённое, но выложу, просто на память - и чтобы заценить, как нас было много :)

 

[700x525]

И как я тебе расскажу про тропический сад, про стройные пальмы, про запах немыслимых трав... Ты плачешь? Послушай... Далёко, на озере Чад, изысканный бродит жираф.

"Незаменимых людей не бывает. Но я о невосполнимости говорила, а это другое. Это частичные синонимы, и обычно в любом контексте употребляются вместе - "невосполнимость и незаменимость". И даже в проекции на жизнь. Заменимость - это полная синонимия. А восполнимость - лишь частичная. Заменить можно что угодно, со временем уж тем более, но горечь утраты не пройдёт никогда".
 

"Jauchzet Gott in allen Landen" - лучшее утешение дня и ночи, но знаковой для меня останется кантата "Ich habe genug".
"С меня хватит, довольно!" - может сказать уставший. Но иной совсем контекст: "Мне довольно, мне хватает того, что есть бог".
И мне довольно того, что идёт снег, а в наушниках звучит Бах. Для меня бог - в этой музыке, а ни в одной из церквей, а значит, это эквивалентно. И я обретаю надежду, что симфония моей жизни закончится до мажором.

Ich freue mich auf meinen Tod,
Ach, hatt er sich schon eingefunden.
Da entkomm ich aller Not,
Die mich noch auf der Welt gebunden.

"С радостью встречу я смерть свою!" - говорит человек. Она лишь освободит его от всякой печали.
Какое счастье, что есть музыка Баха, и она никуда не денется от меня.

LI 7.05.22

Тот, кто считает, что в мире есть только грязь, горечь и разочарования - глупец. А тот, кто не замечает счастья в вещах, из которых мир состоит, - ещё и слепой. Многие, как и мой безнадёжно заблудившийся друг, ошибочно полагают, что жизнь - это страдание, которое изредка скрашивается солнечными проблесками. А на самом деле она состоит из радости, и лишь иногда омрачается страданиями, которых в большинстве случаев можно было бы избежать.

И там, где нас нет, я остаюсь.

LI 7.05.22

[23:47:28] Kasia: я наверное скоро в анкете как какая-нибудь ТП напишу: если вы слушаете металл - идите на йух!

[23:48:05] Kasia: а если вы его играете, да ещё при этом в активном поиске да позже 89 года рождения - тогда я вообще вас боюсь