и перекроить к чёрту весь мир для себя.
ведь я такая худая, что мне всё большое.
даже этот мир.
подогнать под себя. чтобы лёг по фигуре. чтобы не выглядеть жалко в непомерно большом мире. чтобы всё устраивало.
Если ты хочешь любить меня, полюби мою тень.
Открой для нее свою дверь, впусти ее в дом.
Тонкая длинная черная тварь прилипла к моим ногам.
Она ненавидит свет, но без света ее
нет.
что со мной будет?
Даже те, кто ставит себя выше других, не показывают этого по отношению к ним. Высокомерный тон выдаёт если уж не завистника, то определённо человека, чувствующего конкуренцию. Это так глупо - надуваться перед совершенно незнакомым человеком, тем более, который к тебе расположен. У меня вызывает по меньшей мере недоумение. Поберегли бы силы.
Я изначально со всеми держусь ровно и приветливо. А если кому-то это не нравится, мгновенно получает взаимность.
Ох, в изолятор меня. Срочно.
Всё чаще сомневаюсь в моей будущей профессии. Особенно меня раздражает, что сейчас каждая готошлюшка, отсняв пару "фотосессий" на подружкину зеркалку называет себя не только "фетиш-моделью", но теперь и переводчиком. Они видимо сообразили, что красивой быть недостаточно, надо быть ещё умной и духовно богатой. Набивают себе цену. Почему-то переводоведение представляется им наиболее лёгким из возможных "чем похвастать", и подходящим для них. Естественно, со средними или даже минимальными знаниями языка. Ещё не хватало, чтобы меня, настоящего в перспективе переводчика, ставили в один ранг с этими дурами. Буэ. Ах да, а ещё они все певицы поголовно. Насмотришься на них и жалеешь, что выбрала для себя такие пути. Была бы себе фармацевтшей, жрала бы вещества, и не парилась бы ни о чём. Ых.
Не подписывайте открытки по обстоятельствам. Я, конечно, понимаю, что подруга дико обрадуется, если вы напишете ей в открытке: "Желаю вам с Васей много детей", ведь это всё, что ей надо на данный момент, да и вы покажете себя такими участливыми, заботливыми и понимающими друзьями. А через год дорогого Васи и след простыл, а ей останется только открытка, и то нафиг не нужна. Так что желайте абстрактных здоровья, счастья и любви - всегда пригодится.
Не хочу петь. Боюсь петь. Мне кажется, я пою и у меня вибрато. У меня появился новый жуткий комплекс и фобия. В училище мне сказали, когда я спела с вибрато, что это значит профнепригодность. Я тут же исправилась и спела без вибрато, но я теперь не понимаю, когда я пою с вибрато, а когда без, мне кажется, что я всё время пою с вибрато, и что я профнепригодна. Я не знаю, что мне делать,я вообще боюсь открыть рот и взять ноту, потому что думаю, что случайно спою с вибрато, а если я не смогу себя контролировать и петь без вибрато, то это значит, что я профнепригодна как вокалист. А профнепригодность это всё равно что бесплодие. Я не знаю, что тогда будет. Ну вот нахрена надо было мне так говорить? Я после каждого занятия выползаю оттуда, полностью уничтоженная морально, иду и просто ничего не вижу перед собой, а дома сразу заваливаюсь спать. Придётся перед уроками обдалбываться нещадно транквилизаторами, чтобы было на всё плевать, иначе я не смогу там учиться.
Утро началось с дикой рези в желудке. Как будто кто-то намотал мои кишки на кулак и резко дёрнул. Аж в глазах потемнело. Отличное утро. Блевать мне приходится довольно-таки часто, но тем не менее я очень боюсь. Помните, как в Симс 2? Страх вырвать, снижает мотивацию. Поэтому я сидела почти не двигаясь, думая, что если пошевельнусь, меня тут же вывернет наизнанку.
Изнанка.
Я - ужасный призрак прошлого. Я настигаю, где бы ты ни был. Только я больше не смеюсь истеричным смехом. Я улыбаюсь спокойно и жутко, как у Ахматовой. Своим разъехавшимся ртом, смотрю неподвижно стеклянными запавшими глазами, скрестив костлявые руки на груди. Я ведь уже умерла, верно?
Я равнодушно шляюсь по магазинам. Я себя жалею, я ведь такая несчастная, поэтому нужно, чтобы у меня всё было. Новая сумочка, новые туфельки, босоножки на лето, плащичек, тонна новых футболок и кофточек, летние платьица, костюмчик. Больше ведь у меня ничего нет. Ах да, и ещё книжки. Много книжек. Я боюсь, что моей жизни не хватит мне, чтобы прочитать всё, что хочу. Но читаю довольно быстро, 500 страниц осиливаю за два дня. Пугает то, что от электронных книг я решительно раз и навсегда отказалась, а на бумажные просто не хватит денег. Я хочу прочитать всего Ремарка. А там ещё много, много. Следующей читаю "Искру жизни", Компьютер не включаю уже три дня, точнее, включаю на полчаса проверить почту да накатать очередной пост в уютный попахивающий мертвечинкой бложик, да и всё. Всё.
Я убиваю себя.
Я убиваю себя.
Я убиваю себя.
LI 7.05.22 beta
[604x442]
Кстати. Я сегодня вечером сожрала четыре куска торта. И до этого ещё рис, спагетти и куриную ножку. Это всё нервы. Перед каждым занятием вокала буду нещадно обдалбываться феназепамом, а то на меня плохо действует тамошняя методика преподавания, когда смешивают с говном. Ну как в балете зато. А завтра разгрузочный день. Как я не хочу завтра.
LI 7.05.22 beta
Под ногами грязь. Мерзкая чавкающая каша. Грязь. Ничего кроме.
Ненавижу театр и актёров. Ненавижу наклеенные ресницы, синтетику, бабские задницы у мужчин и висячие сиськи.
В колонках играет: Глеб Самойлов - Но пасаран
Люблю смотреть и читать про смерть, особенно мучительную, убийства, трупы, жестокость. Тянет на чернуху. Другое и не интересует особо. Любовь - только если кто-то сходит с ума или обречён на смерть. Ненавижу хэппи-энды.
Я очень хочу есть. Серьёзно. Это ещё не тот этап, когда пустой желудок становится чем-то самим собой разумеющимся, и на еду смотреть не хочется даже. Я в мучительном переходе между этими двумя состояниями. Пустота постепенно меня заполняет, я чувствую, как она вторгается в меня. Мне хочется выть и лезть на стенку, я пытаюсь отвлечься, но не могу думать ни о чём, кроме еды. Вообще, насрать на учёбу, пойти и проесть все оставшиеся деньги в суши-баре, так, чтобы даже на проезд не оставалось, наесться так, чтобы потом тошнило, но в последний же раз, а потом тихо закончить свой бессмысленный путь в какой-нибудь подворотне, где никто меня не будет искать и никто не найдёт.
В колонках играет: Агата Кристи - Вольно!
...а я сижу, закинув ноги на стол, заваленный тетрадями и учебниками, тупо смотрю в монитор и слушаю Агату Кристи.
Покрасилась обратно в чёрный. Сходила на концерт Хворостовского. Музыкальный театр напоминал показ мод, там было много богатых красивых людей. И концерт понравился тоже. Много читаю. Почти непрерывно. Похудела. Думаю, имеет ли смысл дальше. Что-то подсказывает, что имеет. А на самом деле это глупая игра, и мне вообще всё равно.
И вот вроде бы всё у меня есть, а так пусто, так пусто. Хочу прийти в свою маленькую депрессивненькую квартирку в пустом доме, и проплакать два дня, без телефона и Интернета. Я так давно не плакала. Поплакать? А я забыла, как. Хотя я же знаю, что не поможет. Я не знаю, что поможет. Да ничего не поможет. Апатия. Я устала всё время искать решения, которые в итоге не подходят. Груз несуществующих проблем тянет к земле, давит хрупкие плечи. Их так много... Ну почему их так много, почему они все роятся в голове подобно наскомым и всё никак не выстроятся в простую красивую закономерность. Хочу освободиться. Хочу, чтобы было легко. А вместо этого почему-то ежедневно просматриваю форумы анорексичек и подсчитываю калории. Думаю, наверное, что легко - это буквально, и если я похудею, мне будет легко. Доля правды в этом есть...
Хочу вообще другой мир. Не нравится мне этот. Хочу, чтобы меня никто не знал. Да и наверное, чтобы вообще меня не было. В принципе. Так точно будет легче.
В колонках играет: Агата Кристи - Позови меня, небо
LI 7.05.22 beta
У меня будет депрессивная комната с синими стенами и весьма унылым видом из окна. И много зеркал. А я не могу на себя смотреть. Не хочу.
Это никогда не кончится, эта сраная чёрная полоса. Да на самом деле, она продолжалась всегда, изредка прерываясь псевдосчастливыми моментами. Псевдо потому что это всё было заблуждением, а значит - и не счастье никакое. Возможно, я вовсе не знаю, что такое счастье.
Мне удалось похудеть летом, а теперь неделю сижу на ABC и результаты нулевые. Вес держится. Я ненавижу эти уродские сорок три, которые свисают с пояса и делают лицо квадратным. Я знаю, что когда я похудею, я снова не буду счастлива. Но по крайней мере, я буду не так уродлива, как сейчас.
Мне банально не хватает силы воли отказаться от вкусненькой пиццы и сырной булочки. Моя мотивация недостаточно высока, чем в прошлый раз. Ещё и мама за мной следит после того случая летом, и мне нужно, чтобы она ни в коем случае не заподозрила, что я худею. Как же мне надоело притворяться, что всё хорошо. Я натягиваю на себя улыбку примерно так же, как старые раздолбанные камелоты, которые мне больше на размер, зато их можно носить с шерстяными носками, чтобы было тепло. Потому что уже ближе к середине февраля, а у нас упорно держится -30. Весна, говорите, скоро? Мажешь, мажешь руки и лицо кремом каждый день, а кожа сухая и тонкая, отвратительная на ощупь - как у старухи, кажется, что сейчас лопнет и начнёт облезать тысячей слоев. Почти месяц я не вылажу из джинсов. Особенно круто это всё смотрится с норковой шубой, за которую меня ненавидят все нищебродские педовки нашего университета. И я их тоже ненавижу. Когда одна очередная шавка с тонкой душевной организацией чапает мимо, состроив морду топориком, я ловлю себя на мысли, что готова броситься на неё и убить. В универе почти ни с кем не разговариваю, чтобы лишний раз не раздражаться. Но я не могу смотреть на эти рожи. Меня окружают только серость и уродство. Везде серость и уродство. И я сама часть серости и уродства, как бы я их ни ненавидела, я часть, и следовательно, я ненавижу себя. Я ненавижу себя за свою внешность, за свой бездарный потреблядский образ жизни, за то, что с собой сделала, за то, что со мной было, за то, чего у меня никогда не будет и в конце концов, за то, что имею. А точнее - я не имею ничего, кроме ненависти к себе и к окружающему миру. Не спасает даже чтение, которым я так увлеклась в последнее время. Я ненавижу свои старые шмотки, потому что я в них выгляжу уродливо, и они мне просто надоели. И знаю, что если даже куплю новые, всё равно ничего не изменится, так что и смысла нет их покупать, а лучше уж купить диски или книги.
Когда я смотрю на себя в зеркало, я вижу там какого-то уродливого человека. Мне трудно это признать, но зеркало не может показать кого-то другого, так что это я. Мне хочется взять в руки ножницы и кромсать эти отвратительные облинявшие волосы, протыкая заодно висок, отрезать кусок уха, наконец, вонзить их себе в шею.
Красота есть, но она где-то далеко и кажется недостижимой.
Если не буду худеть, буду совать себе иголки под ногти. Надо же что-то делать.
LI 7.05.22 beta
Сейчас все худеют, потому что это модно. Придумали образ анорексички, который ТП воспевают в тупых стихах, как раньше воспевали стерв и мажоров. Я точно к этому не отношусь и под этот образ не подхожу. И цели у меня другие.
Достучаться сквозь стекло. Не слышно. Изоляция. Пустота.
Заразить пустотой.
Ну открой же.
[438x657]
Я узнала, что меня сглазили, и узнала, кто именно.
Это тебе всё потом обернётся ещё хуже.
Ну вот опять... Недавно только писала, как это глупо и опасно, а сейчас сама понимаю, что ничего не изменилось, и нужно всё равно худеть. Девочки выше меня на 5-10 сантиметров с весом 35-40. Я чувствую себя куском сала по сравнению с ними. Маленькая, жирненькая... Ненавижу своё тело. Да и себя тоже.
35... Да я в жизни столько весить не буду...
Долбанная зима... Вчера очень неудачно упала - аккурат на коленку, плечо и, главное, локоть. Этот несчастный нерв на локте - искры из глаз посыпались. Весь вечер немела рука, я перепугалась. Ещё и голова разболелась, не знаю, от этого или нет, хоть я головой и не ударилась, но встрясти как следует оставшиеся мозги могла. Сегодня всё болит, просто ужас... Как будто меня через мясорубку пропустили. Скорей бы весна и всё растаяло. Вчера весь вечер так есть хотела, до трёх ночи не могла заснуть. Утром просыпаюсь и никакого чувства голода. Съела на завтрак два куска пирога, так теперь меня так тошнит... Вес 42. Ох.
А теперь всё по-другому. В том аллегорическом строящемся доме (помните?) теперь горит по вечерам пять окон. Теперь душа живёт между красных кирпичных коробок и теряется где-то там в одиночестве.Теперь на больших телевизорах крутят концерты Depeche Mode. И пьют чай с шиповником. И много читают. И остаются... Главное, что остаются...
Теперь у слов и у слёз другой смысл. И не иссиня-чёрный, а кофейный цвет волос идёт мне куда больше. И мне больше ни о чём не говорят ваши злые лица и дешёвые лакированные сапоги. Всё другое. Просто другое.