[Я все равно буду тебя любить,чтобы не кричала бы нам реальность.
Захлебывайся в своем непонимание окружающего!]
[338x256]
[я все еще в твоем запахе. Черт!]
[316x479]
Игра ли это? А правила снова остались на фабрике чувств. Какая разница, что это такое, ведь всегда выпадает дубль. Дубль чувств, дубликаты слов, дубли-люди..
Убеждаю себя в том, что не хочу знать, что же происходит. Затыкаю уши песнями ,где по кругу тянется строка "возьми на память мое сердце". Да и зачем на память потрепанный кровавый сгусток? Не хочу знать, что же будет впереди. Просто.. Всё просто просто. Игры/не_игры имеют свойство заканчиваться.
Помню у меня был знакомый-Ноябрь. Все какие-то с ним взаимоотношения такие и были. Холодные, снежные, моментами дождливые с вспышками солнца. Слишком плотно повязана до июля, до Человека Июль..
Жаркий, душный, даже удушливый, с ливнями и грозами, ветрами, лужами на тропах, и с палящим солнцем. Люди-месяцы..
А я тринадцатый, потерянно-утерянный. Нет, это не самобичевание, это искренний и бесполезный поиск себя. Как-то слышала, что я Май ,видимо от глагола "маяться".
А ведь всё равно поднимем свои носы выше к солнцу, даже если оно за облаками..
[399x461]
Среди фальшивых городов, есть настоящее. Мы настоящие. Каждый по-своему настоящий и придуман, а может и продуман! Мы переиграли. Мы проиграли. А кто-то может и в выигрыше. Никто не знает ни чужой, ни тем более своей правды. Такие вот необъяснимые игры разумов и чувств. Попробовать объяснить, это всё равно, что искать иголку в стогу сена, очень тонкие условия, и какие-то правила, написанные невидимыми чернилами, и озвученные немыми голосами. Что есть "мы" во всем этом?
Есть я и Она. Это самое нелогичное, и самое необъяснимое. Самое тонкое и самое непознанное,
[люблю]
{и я когда-нибудь полюблю Саратов}
/мы вчера нашли свободу-чуть привысили дозу\
Самое обидное то, что я никогда не смогу отказаться от твоего города. Я никогда не смогу сделать там, чтобы туда не приезжать. Я повязана с твоим городом плотнее, чем с тобой. В твоем городе учится самый родной для меня человек. Еще три года ей там учится, и я обязана к ней приезжать. Обязана себе. Я Ее очень люблю, и никогда не оставлю в этом городе, и пусть я приезжаю максимум на двое суток, но пусть эти маленькие воспоминания ее греют, когда она будет идти по улицам. И надо попробовать закрыть глаза на то, что ты тоже в этом городе. И попробовать заткнуть свой рот, из которого рвется крик, что ты и Она мало того, что в одном городе, так с этого года, вы еще на одном этаже живете.
А я буду приезжать жить в ее комнате, курить в коридоре четвертого этажа, ходить в коротких шортах и майках с глубоким вырезом, и смеяться с незнакомыми мужчинами! Я буду мыть посуду других, я буду чистить зубы возле раковины, где может чистил и ты, я буду ходить в чужих мужских тапочках, и кутаться в шерстяные кофты твоих сокурсников.
Я буду плакать на коленях Ее, прям на первом этаже перед входом, я буду отталкивающе красивая, и воздушная, а ты вновь укусишь себя за локти, что упустил! Не важно, что будет.
[Просто все-таки твой город, для меня, изначально не твой, а Ее] [320x480]
[635x699]
Я штамп, я клякса, я стала девочкой в твоем списке побед.
Как чудесно!
Я твоя сама нервная победа, столько нервов вряд ли ты тратил на кого-то еще.
Поездка, звонки, подарки, да и просто счастье.
Я тебе покупала радости, чтобы гормон счастья играл в тебе, и ты был счастливым.
Мне не важны суммы, мне не важны счета и квитанции на оплату, мне это все не важно.
Меня колбасит от осознания всего этого.
Как же мне хочется тебе сейчас плюнуть в лицо, а потом самой же и целовать это лицо, эти руки, эти губы, что говорила ложь/правду.
Снова и снова готова простить, снова готова рассыпаться перед тобой, и ждать пока ты склеишь и снова разобьешь.
Дважды в одну реку не входят, а только заплывают огромными заплывами, а так же трижды, четырежды, да сколько сердце выдержит.
Реки впадают, а вот реки слез впитываются либо в кожу, либо в бумажные платочки, или накрахмаленные рубашечки.
[575x666]
Моя грань стерлась. Моим сердцем воспользовались, накидав туда кучу иголок, щепочек, гвоздиков, залили клеем похоти и выкинули в течения быстротечных рек. Мне так холодно. Я вся дрожу от страха осознания, от зубной боли, оттого, что почти не ем и много курю. Мне слишком устало. Так глупо искать ответы на правдивые вопросы, слишком затуманенные игры. Простится с собой, или с тобой..
Я ничего не понимаю. Я так люблю, я так искренне разрезала себя на частицы и дарила тебе себя. Я буду чашками в твоем доме, и пиалками на кухне, а потом острыми осколками, если ты, конечно, все разобьешь. Высыпай эти осколки в души и смотри, как корчатся сердца на твоих ладонях. Ты перемалываешь меня в песочную пыль, и раздавливаешь тяжелым офицерским сапогом своего существования.
Не могу смириться, и не могу осознать. Как же грязно. Грязь использования, грязь бытия того, что ты И я, как я считала, были "мы".
Я так ненавижу этот июль. За это время я слишком много поняла, слишком много осознала, пережила несколько жизней. Я находила и теряла людей, вновь находила, и терялась в них. Танцевала босиком по росе от удовольствия, что ты есть у меня, бежала по раскаленному асфальту городского моста, чтобы прибежать к тебе, и в августовский холод шла босиком к дому, и кеды в руках. Я разбавляла свои краски жизни, и сгущала внутренний мир до миллиметров. Я почувствовала себя женщиной, желанной, любимой, нужной, и все тщетно. Все только на чуть-чуть. Июль страшный месяц. Июль милых сообщений, и грязной правды на влажных устах. Все ложь. В это не то, что надо бы поверить, с этим надо бы смириться! Попробовать осознать сердцем, потому что голова не работает. Как так можно? Не верю в эту жестокость.
«Я говорил, что люблю тебя, тогда когда чувствовал» - ты чувствовал только тогда, когда я целовала тебя ниже пояса, когда сжимала тебя в объятиях страсти, и когда ты делал мне больно, смакуя каждым своим ударом. Что ж, красивая любовь. Я тебя в эти моменты ненавидела, ты брал грубо, но я получала удовольствие, только потому, что это делал ты, тот, которого.. пошлость! Очень похабно и пошло, но это та правда, которая оказалась правдой. Я придаю свое тело на успокоение твоей похоти, заботливо целую и наслаждаюсь каждым движением. Мерзко, наверное, но это так, так есть и никуда не убежать от этого.
Холодно то как!
А ты грел:
- словами
- поцелуями
- объятиями
- действиями
- шепотом
- криками страсти
- кофеем
- и ледяным молоком.
Тебе нельзя шоколад, а ты его ешь. У тебя будут болеть ступни, но ты пройдешь эту тропу своей жизни! Иди! Ты свободен! И тебя не должно волновать, что происходит со мной.
Хотя, очень хочу, чтобы волновало, чтобы ты переживал, чтобы придумывал страшилки, когда меня нет дома, чтобы.. уже не важно
[601x699]
Я каждый раз говорю своим друзьям, что пусть они радуются, что у меня нет прав! Я боюсь дороги, и поэтому не сдам на права. А вот представьте себе, что как только бы у меня внутри что-то да взрывалось, то я бы прыгала в машину и уезжала бы. Неважно, что машины нет, всегда найти можно было бы. «Папа, дай машинку до магазина доеду», а сама бы гнала под 180
на какой-нибудь трассе. Нет, действительно радуйтесь!
Еще хорошо, что я живу отдельно от родителей, и не прошу у них денег. И хорошо, что каждая монетка заработана мной, и у меня нет в друзьях миллионера, а иначе «товарищ миллионер, дайте-ка мне денег на трусики», а сама бы рассекала рельсы и шпалы подальше от столицы.
Как хорошо, что нет знакомого миллионера.
Как же сейчас хочется уехать, подальше от всего этого. Или того. Можно и сбежать относительно близко, это в Питер. Город, который всегда принимает, и который заставляет дышать, даже прерывисто, или как-то глубоко. Просто мой Питер, это мой Питер. Хочу оказаться с незнакомыми людьми, и можно в одной постели. Какая ж теперь разница кого и как целовать.Я разбросала себя, и не надо собирать, потому что не получится.
Тебе уже совсем наплевать на меня, а мне совсем не наплевать, что же с тобой.
Я хочу проснуться в чужой постели, и сжимать чужие руки, потому что так я буду блядью в твоих глазах.
Какая грязь, а туда ты и сложил все мои чувства, и втоптал своими башмачками со шнурочками!
[365x320]Ты знаешь, что я потерялась. Теперь тебя нет у меня совсем. Ты просто слишком просто все решил. Я знаю, что ни с кем тебе не было, так как со мной. Я сужу и с твоих слов, и с языка твоего тела, которое придает тебя слишком часто. Ты знаешь, что было со мной, когда ты и я были в одной кровати. Я не говорю про похоть смазанных поцелуев, и про вкус тел на языке, я про нашу правду. Банально хочется снова сорваться к тебе, встряхнуть, ударить по щекам и крикнуть "Очнись!". Но от чего тут просыпаться тебе, когда тут все очевидно.
[Дорогие друзья, я если осмелюсь, то напишу всю правду наших отношений, без лишней патетики чувств, а просто и банально].
Мои нервы летят по ветру твоего города, и застилают небо над твоей головой.
Ты измеряешь шагами периметр своей комнатки. Шкаф, две кровати, два стола (кухонный и типа письменный), две тумбочки, холодильник, навесные шкафы для посуды, табуретка, два стула (один разрисованный тобой), телевизор, dvd-проигрыватель, усилитель, колонки висят по углам, и что еще?
Где-то под кроватью валяется мое сердце, где-то там..
Проиграла я тебе. Проиграла я тебе себя. Проиграла себя.
Заставь меня поверить в то, что ты только меня использовал, и я тогда набью себе цену тем, что я потрясающая любовница!
Это цитата сообщения Агвен Оригинальное сообщение
карамельная правда на палочках
Простая недолюбовь.
Мальчики жмутся к девочкам, ласково сжимают ладони, в тени узеньких улочек.
Дарят тонкие хрустальные поцелуи девочкам, а те не ценят, и продолжают смотреть на воду.
Мальчики пытаются отучить девочек нервно грызть маленькие ноготочки, говорить грязные слова пухлыми губками, хмурить брови.
Мальчики играют с девочками в опасные игры, называют девочек котятами, а те прогибают спинки, и греют губы бой-френдам.
Девочки собирают фотографии на память, и продушенные листочки, изредка уклоняются от поцелуев, больно царапают до крови души своим «друзьям».
Девочки боязливо прижимаются к мальчикам видя страшных пауков, весело хихикают и фотографируют своих друзей на память.
Милые и приличные девочки хранят на своих современных компьютерах коллекции фотографий с полуголыми девушками, и даже изредка фотографируют сами.
Тонкие девочки после пейзажей и натюрмортов рисуют мальчиков на память и по фотографиям.
Девочки говорят, что им нужны только друзья, девочкам скучно, когда их целуют.
Банальные девочки вечерами ходят по заброшенным домам, фотографируют бредовости и своих друзей.
Мальчики плохо спят ночами, думают о девочках, пишут им смс-ки.
Девочки обнимают мальчиков, нюхают духи которые им нравятся, дразнят мальчиков.
Мальчики становятся тигрятами, кусают девочек и нежно целуют шейки.
Девочки скучают, слушая мальчиков, и все равно вечерами ходят с ними в парк.
Девочки боятся страшных комнапий, и сами пугают детей на улицах.
Мальчики влюблены в девочек безмерно, а девочки мечтают о новых мужских духах и чем-то еще очень меркантильном.
Девочки живут ради нового Гламура, на который им сильно пофиг, и своих обожаемых «стишных(С)» настроений, а мальчики ради девочек.
Девочки не пускают мальчиков от себя, держат где-то рядом, как лекарство от скуки.
Мальчики страдают, а девочки утешают их поцелуями и рисунками.
Девочки одиноки так же, как и мальчики. Но, кажется, первые счастливы.
Кто в чьих кудрях?
Она красива до точности движения пальцев по пианино, она немного художница, почти писательница, и ни разу не пианистка. Разрисовывает жизни кистями рук, и краска под ногтями, где был французский маникюр.
Кто он? Черт его знает.. Я не знаю. Вижу его картины, читаю его записи, и не слышала пианино из-под его пальцев. Не рисует специально, не пишет по заказу, да и черт знает что он..
Спустя 4 весны две пары глаз взглянули друг в друга, и непонятным образом оказались в одной кровати, где под стоны и крики блаженства пытались понять и обрести друг друга. Сплетают губы в поцелуях, тихонечко подсматриваешь и радуешься. В две ладони раскрашивают жизнь огромными мазками, глядишь на них и веришь.
Веришь в счастье, веришь в любовь, веришь в судьбу, веришь в дыхание на двоих..
Судьбы в картинках, в записях на мокрых салфетках, звуки пианино разрезают насквозь, а их тела разбросаны в городе..
Это цитата сообщения _Ми Оригинальное сообщение
88
«.. я всех своих [спутников/ц] пусть год, пусть день, пусть час - но любила..»
я любила..
я любила их всех..
[479x364]
Так грустно, или так пусто? Совершенно иные сознания рассекают меня. Люблю. Кричу. Шепчу. Говорю. Плачу. Уезжаю. Совершенно все бестолково. Все в пустоту.
[03.08.08]
[03.08.08]
Мы с тобой не играем, не теряем.. я не верю, что снова все закончилось, что ты вновь разрубаешь канаты, обливаешь мосты бензином [кровью] из моего сердца, и кидаешь спичку через плечо. Гори все синим пламенем!!! Не оглядываясь бежать от тебя, раздавливая, в дорожной пыли, свое сердце вновь и вновь. Растирая его в твоей же койке..
[03.08.08]
Если бы я умела ненавидеть, то я бы возненавидела тебя только за то, что ты вытеснил привычное прошлое. Вспомнила, как ты прикоснулся к моей шее лезвием ножа (не острой стороной), ты хотел чтобы я вздрогнула от холода, а я вздрогнула от другого.. Тут же нервы расшатались, и тут же курить.. задымить прошлое.. ты все понял, а точнее вспомнил, и целовал мне лицо, ладони, говорил что никогда не обидишь, что будешь рядом, что справимся со всеми моими страхами и прошлое закроем, а на следующую ночь я рыдала, что вот он страх стал былью..
[06.08.08]
Это цитата сообщения Apr Оригинальное сообщение
Надо сразу уходить, чтоб никто не привыкал.
Иногда люди уходят. Не на совсем, но от тебя.Иногда такие люди извиняются. Я не знаю за что. За себя ли?Но что если люди эти были теми немногочисленными, но все же лучшими днями твоей жизни? Как.. как объяснить им, что их извинения - это фактическое признание твоей жизни ошибкой.
Только я еще не решил что страшнее быть покалеченным/случайно убитым кем-то или быть не нужным.
[669x642]
Мне затянули горло тонкой атласной лентой, а может и капроновой леской, перетянуто, и дышать мне почти нечем. Слышу твой голос, мне хорошо, но мне больно. Ты там, где познакомились мы, там где ты сказал впервые свои еще прозрачные чувства, такие как роса, мелкие, но манящие, ты там где бросил меня, снова.. Бросил..нет ушел от меня. Ты поверил в историю про то, что меня все-таки нельзя любить, и я не хочу напоминать, что же можно тогда. Говорю с тобой, слезы текут из глаз, захлебываюсь, запинаюсь, не могу слов найти, чтобы хоть что-то выразить. Лепечу только, что «чтобы не случилось, и где бы ты ни был бы я рядом». Ловлю себя на том, что позвони ты мне в любое время, я подскочу к телефону, и если надо то сорвусь к тебе, даже опасным автостопом, и плевать, что я девочка./девушка/твоя потаскушка. Как глупо все это сейчас звучит, потому ты сам знаешь, что никогда не обратишься ко мне за помощью, даже если бы и были бы рядом, хотя бы в одном городке. Так скверно, разлетается все внутри. Невозможно. Не могу отказаться от твоего голоса, от твоих сообщений, от твоих слов, а все, потому что люблю так люблю, что плохо. Помню твои любовь/ненависть и ненависть/любовь. Все перемешивается в моей дурной голове, все так же просто запутывается, как и крашеные локоны. Расчески специальной нет, поэтому все выдираю, не замедляя ходы. Больно. Кричать - все равно нет сил. Не нужно тебе это, а мне кричать в пустоту, тоже как-то обидно.
[320x480]
Пытаюсь вызвать ревность хоть какой-то каплей, а все равно в никуда, в тебе есть уверенность меня. И не зря.. Я с тобой, я все так же твоя, твой афоризм уже не работает [у твоего меня есть моя ты], теперь только [у меня моя ты] – сокращенный беспредел существования.
Я ругаю себя за то, что дала тебе шанс, но и наслаждаюсь тем, что было в этот маленький промежуток. Дурочка я! Как же хочется закрыть глаза, и оказаться рядом, на той самой маленькой кроватке в твоей скромной обители.
А в углу на столе, за телевизором стоят наши хлопья «Хрупка» (читай: Мутка), пиалочки с маками, и ложки..и чашка с оранжевым подсолнухом. В холодильнике, в дверце на нижней полке стоит молоко «Вкусный день» 3,2% жирности. Стоит кофе, который ты не пьешь, чай, который заваривается только для тебя, и чайная ложка.
Что пишу сама не знаю, видимо лимит беспорядочного бреда никогда не закончится. Не перечитываю, из принципа. Завтра..утром.
Я так скучаю..
P.s А профиль действительно мой!
Это цитата сообщения Подлинность Оригинальное сообщение
Без заголовка
навеяно Даней...
а этих девушек надо выводить из себя...
Надо умиляться колечкам дыма и картинам написанным кровью на белых простынях...нужно молчать когда она плачет и когда она смеется...
Эти девочки втискивают себя в маленькие платья,высокие шпильки и с огромной сумКОЙ.в которой помещается вся жизнь...вышагивают...
эти девочки любят шепот и мокрые волосы,они запрокидыват голову и томно,наошупь ищут спасение в нем...
они не боятся темноты,и смерти,только собак немного...они верят тебе пока ты дышишь,а когда перестанешь дышать-они тебя простят...
Не смей говорить ей нельзя и одумайся...стань ее тенью,эй этого хватит...целуй ее ноги,и считай богиней,тогда она окажется у ТВОИХ ног...она будет плести паутину из слов-бусинок-сигарет...и в итоге ты не сможешь жить без нее,а ее уже нет..........
окутанная простыней,в предрассветном тумане,она будет думать смотря на тебя спящего"а не сбежать ли?.."и зевнув уснет ,прижавшись к тебе...
только не думай что ты ее приручил...для нее это самое страшное..она не мечтает быть чьей-то,она должна быть ничьей...ей так нравиться.
[530x699]
Ты знаешь, что этой ночью я снова почти не спала. Я сжимала телефон в руках и подушке дарила свои слезы. Мокрая наволочка, а за стенкой друзья веселятся. А мне так хотелось спать, а мне так не спалось. Я читала тебя, как же ты красиво пишешь и говоришь, а я слышу твой шепот.
Мне не верится, что больше этого не будет. Сегодня на автопилоте чуть не совершила утренний звонок тебе, и уже на последнем пред_гудке сбрасываю. Не верю, не верю..
Дай мне пощечину, чтобы я догнала своей тупой головой, что все закончилось.
В Москве льет дождь, небо застелено серой простыней туч, и мне в настроение рабочие будни. На цветные ленты распускаю свои чувства, и хочу привязать к мельницам простоты жизни.
У тебя твоя пьеса, к которой я имею эгостично прямое отношение. В этой пьесе всего два героя. Одна твоя роль, вторая мой прототип. Ты говоришь, что Канифоль списана с меня, что ж – хорошей игры тебе на сцене с той, что напоминает меня. Во всей пьесе есть две постельных сцены, целуй чужую грудь для дипломного спектакля, а я буду смотреть, и хлопать твоей игре. Сейчас пытаюсь быть сукой, но не получится – слаба_я, слабая!
Слова из пьесы, ставшие твоей характеристикой:
"Ты маленький человек, слабый человек. Большую часть жизни ты мучаешься. Мучаешься от неудачной любви, от бесплодного творчества, от своих комплексов. Ты ежедневно смотришь на себя в зеркало и отмечаешь прибавление седых волос, задавая себе вопрос: зачем всё это надо, а стоит ли?.. Не будет ли лучше оборвать всё разом? Но опять-таки ты мучаешься тем, ждет ли тебя что-нибудь где-то там. И это "где-то там" правду тебя своей непостижимостью и одновременно влечет к себе..."
Прочтите на досуге маленькую пьесу Д. Липскерова «Река на асфальте».
С такими девочками надо быть троготельно - нежными. Надо сжимать их худенькие запястья и целовать пальчики поочередно. Надо показывать заботу, и всю трогательность, даже пустых сердец.
Девочки должны чувствовать крепкие плечи, в которые можно спрятаться с наслаждением. Девочки должны сжимать грубые мужские ладони и ничего не боялись, идя вперед, только вперед.
Глупым тонко-чувствующим девочкам надо покупать джинсы по размеру, и целовать их грудь, восторгаясь.
Слушать их бред, и подыгрывать блеску глаз, добрым улыбкам, и настроениям. С ними нельзя играть, потому что из-за тонкой душевной организации каждая игра может оказаться для них последней.
Их можно/нужно скромно целовать в висок, и пришептывать «бросай курить». Иногда надо варить им кофе по утрам, прям в постель подносить чашечки из тонкого фарфора, и пижамы сохраняют тепло.
Нужно быть дерзким, чтобы синдром «принцессы» не зашкаливал нормы. Шалостям нужно не только по-доброму улыбаться, но и поддаваться. Будьте в строгих костюмах, а они в гольфиках и с карамелькой за щекой, и пускайте мыльные пузыри и поите их ирландским кофе в дорогих ресторанах.
Таких ранимых девочек надо крепко сжимать в объятиях и говорить им шепотом «будь у меня умницей».
Смеяться с ними над поклонниками-ровесниками, но, ни в коем случае не над чувствами.
Целовать девочек в ссадины худеньких коленочек.
Улыбаться их маленьким обидам, и показывать украдкой жизнь.
С такими девочками надо быть аккуратным в постелях, потому что они могут расцарапать потом себе души за то, что обнажили спины. Такие девочки распускают локоны, и придаются похоти в дорогих отелях, но потом хотят воздушных шариков и плюшевых мишек в руках.
С девочками надо быть осторожными, ведь они могут незаметно влипнуть в души.
Как звонко капли слез разбиваются о страницы дневника. Снова, нет, еще один финал от тебя. Вторая точка в наших отношениях. Я не верю. Дай мне возможность поверить в то, что уже ничего нет. Я не верю – не поверю. Я снова читаю свои чувства, снова читаю твои слова, хах, «любовь прошла – завяли помидоры». Я не могу сейчас без тебя. Ты слишком меня открыл, открыл новую, неизвестную, тайную и томную, и вот так вот оставлять новорожденных не делает тебе чести. Ускользаешь в ветрах между реками. Я прошу тебя, избавься от меня, удали со всех возможных проявлениях, я сама не смогу.
Мои заботливые папа и мама, как-то забыли своей дочурке вложить: ненависть, обиду и гордость. Поэтому набирайся силенок и сам нажимай на клавишу «удалить». Я не смогу сейчас с тобой общаться, я не смогу писать тебе просто «привет», а ты не поверишь , «дела нормально».
[381x503]
Нет. Нет.
Да. Нет.
Я не смотрю фотографии.
Нет. Да.
Нет. Нет.
Я не читаю сонеты Шекспира в тоннелях Подземки.
Да. Да. Нет. Да.
Нет. Да. Да.
Я перебираю бусинки своей памяти, стирая лишнее, оставляя нужное.
Нет.
Я не надеюсь.
Да.
Я верю.
Да. Да. Да.
Нет. Да. Нет.
Я верую в тебя и в твою веру.
Нет.
Я опускаю свои руки, и ладони ниже пояса.
Да. Да.
Нет.
Я не ревную, я очень ревную.
Нет. Да.
Нет. Нет.
Я расцеловала твои сны, и добавила в них ложку дегтя.
Да.
Я рядом.
Нет. Нет. Нет
Это цитата сообщения МадмуазЭль_Ка Оригинальное сообщение
Для "zapiski na mandarinke"
Довольно трудно писать объективную критику столь романтичного и чувственного дневника такому цинику, как я. Поэтому я выскажу все, что думаю о тех двух страницах, которые мне предстояло просмотреть, ведь остальные были откритикованы до меня.
zapiski na mandarinke – юзер с собственным стилем повествования. В миру, Дарья Александровна, девушка, умеющая чувствовать и наслаждаться жизнью, которая своим дневником может попытаться заставить чувствовать нас, очерствевших сердцами, циников. Я как-то не могу представить, чтобы в ее дневе когда-нибудь появилась запись в стиле «Всем хай. Он – козел, я умная. А у вас как дела?».
В то же время, я недоумеваю, зачем вы так рано записались на перекритику. Записей, после предыдущей критики, было слишком мало, чтобы осознать, хотя, в то же время, достаточно, чтобы выловить суть. [Записки на мандариновых черновиках элемента "Жизнь"] – дневник, в котором каждый пост безгранично наполнен чувствами. Будь то скука, любовь, желание, страсть, грусть and etc. – все равно цепляет какой-то легкостью повествования.
Детскими снами с сахарной ватой на устах мы целуемся на каруселях. Снимаются липкие майки, дрожат плечики и целуются руки. Мы придаемся аристократичным ласкам прямо в центре города. Какого? Мы с тобой засыпали в разных городах, и встречаемся где-то в своем. Город, построенный чувствами, ощущениями и эмоциями. Яркими бликами, сквозь сумраки прошлого я снимаю с тебя футболку. Твое красивое тело манит, я бью себя по ладошкам, потому что пока мне ничего нельзя. Во снах я возможно покорна. Воздушные шарики привязанные к щиколоткам уносят сознание в неземное пространство страстей. Мои мысли давно уже на американских горках, а мои страхи в отражениях кривых зеркал. Это парк аттракционов наших нервов, наших потаенных желаний и похотливых речей перед сном. Ты даришь мне охапками «лотос», цветок сей прекрасный, а я закрываю глаза от наслаждения его запаха. Линии судеб вытаптываем босиком на теплых песках, возле моря наших побед. Тонкими сладкими линиями.
Мы запустим в этом городе чаек над его крышами, будут они наши сбывшееся надежды. Я держу тебя за руку, я ловлю каждый вдох, ну, а как ты там? Ты сам осознаешь насколько на этой карусели жарко, и мы с полуобнаженными телами опускаемся на мягкие мечты. Целую твои ладони, но уже через несколько секунд, я ощущаю тебя в моей власти. Только рыпнись!
Знаешь, а на самом деле, я просто мечтаю засыпать на твоей груди, и просыпаться с тобой рядом, ну или от запаха свежесваренного кофе со сливками!
К вине автора же я, как и предыдущий критик, отнесу ошибки, которые коробят читателя. Я бы с радостью о них умолчала, но своей глупостью/грубостью они отчетливо кидались мне в глаза. Девушка, я вас просто умоляю, проверяйте орфографию после написания постов, все мы грешим порой, но все же.
В целом могу сказать, что дневник своеобразен, со своей изюминкой. Надеюсь, автор ее не потеряет, хотя и сомневаюсь, что можно всю жизнь прожить с розовыми очками на носу. Я лишь желаю вам, Дарья Александровна, чтобы воздушные замки никогда не разрушались, очки прочно сидели на носу (если уж вам с ними так хорошо), а этот наивный максимализм продолжал идти с вами в ногу. Вашему дневнику - больше читателей, и если когда-нибудь я увижу вас в числе тысячников, то буду знать, что любовь все-таки есть, и люди стремятся ее найти.
Иногда циничная, Ядвига Крик