А вот если я все-таки стану писать короткие посты и без фотографий и вовсе.
Что ж тогда будет?
Прикрой свою наготу белой накрахмаленной простыней. Упадут темные волосы на спину, и я буду водить указательным пальчиком по твоему позвоночнику. Я стану целовать тебя в плечи, а ты будешь искусывать свою нижнюю губу. Твои ножки замерзнуть стоять на холодном полу, и тогда я согрею их своими губами, я поцелую каждый пальчик твоих чудесных ножек. Я согрею своими поцелуями и твои ладони, тонкие пальчики будут получать тепло от жаркого моего дыхания. Ты не замерзай в белой простыне, и не стесняйся своей наготы, ведь ты так красива, и бесподобна. Я когда смотрю на тебя, я не верю, что совершенство может быть так близко, что ты можешь дать мне глоток воздуха, и даже не отнимешь. Ты будешь хлопать глазами, а я сяду перед тобой, буду проводить ладонью по всему твоему телу, по глазам, бровям, щекам, губам, шеи, спине, груди, животу, по тому-самому-месту, по бедрам, по икрам, по пяточкам и мизинчикам ног. Ты будешь жадно пить красное вино, и одна капелька упадет из уголка твоих губ на белоснежную простыню. Я хочу быть этой каплей, я хочу быть к тебе ближе и ярче. Моя маленькая тайная девочка, я так очарован твоей неизвестностью. Ты очень наивно смотришь мне в глаза, пытаешься найти там слова, но я сглатываю слюну, и ты ничего не услышишь, я буду молчать.
Ты сидишь напротив зеркала, спускаешь до бедер, всю ту же белоснежную простыню и рассматриваешь свое тело. Ты проводишь ладонью по шее, чуть-чуть сдавливаешь ее. Запрокидываешь голову назад, а потом вернув ее в исходное положение, ты очень сладострастно улыбаешься. Ты своими ладошками проводишь по шее, и правой рукой сжимаешь грудь, чуть сдавливая. Как же это красиво, это будоражит сознание. Пытливо пальчики ползут к животу, но завидев мой взгляд, тут, же одергиваешь и повыше натягиваешь белоснежную простыню.
Я хочу подойти и спустить с тебя эту дурацкую простыню, и любоваться на тебя обнаженную, но ты не позволяешь. Я украдкой смотрю на тебя с противоположной стороны кровати. Ты игриво берешь тонкие сигареты с ментолом, быстро «стрельнула» глазками на меня, и, не спрашивая меня, чиркаешь спичкой. Закурила медленно, смакую каждым глотком этого едкого дыма. А в моем бокале, пару капель грусти, да глоток вина. Ты падаешь спиной на белоснежные простыни, куришь в затяг, и твои темные локоны падают на подушку, а ты лежишь и куришь в потолок, и неизбежно много пью.
В моем бокале вино, и я любуюсь на тебя, а потом ты встаешь напротив меня, скидывая белоснежную простыню, и у меня выпадает бокал и красные капли разлетаются на белоснежной простыне..
[604x453]
Пытаюсь закрыться в вечности, запираю ставни и вешаю большие чугунные замки, а ключики со всего размаха бросаю в Москва - реку. Никакие тайно – явные желания не будут сбываться просто оттого, что мне так хочется. Всему свое время и способность на жизнь. Листаю свои блокноты, перечитываю свои прошлые записи и немного улыбаюсь своей сентиментальности. Улыбка в 32 зуба не получится, потому что у меня всего 25. резкие перемены состояния, и резкие нравы на звуки тишины. Снег успевает прилипнуть к ресницам, и прикрыть мне глаза. Кеды скользят по поверхностям, и я падаю на свою задницу - разлетаясь с мандаринами. И плакать, и смеяться. Хочется разрезать много листов на тонкие полосочки, и сделать их цветными, и потом сбросить с девятого этажа и смотреть, как приземляются они на темные плечи людей, закутанные в зимние куртки, пальто, и шапки с помпонами. Смотрю с балкона как по скверу напротив дома, дети едут в санках, а родители их везут, пыхтят, сопротивляются с гололедом, и везут своих чад домой. Очень добрая картинка, но все равно мне щемит в груди. Мне захотелось самой упасть в омут детства, вспомнить детский сад, большую тяжелую шубу и шапку смешную, и валенки, с резиновыми галошами. И мама тащит за руку сестру, и забирает меня из сада. Вляпаться в детство.
Господи, как же он красив и бесподобен. Эти губы, волчьи глаза без намека на сострадание для окружающих. Руки сильные, руки смуглые. Яркая шапка, прикрывает темные волосы, красивая куртка закрывает тайны тела, узкие штаны, показывают какая офигительная задница, и не по-мужски прекрасные ноги. В этих глазах можно захлебнуться, и не побояться прошлого. Он прекрасен. Такие юноши сотни раз разбивают сердца, и горько плачут барышни, вспоминая прикосновения к своим телам его руками. Он замечает и начинать смотреть как голодный ребенок, как мужчина, который явно переигрывает правила, и верит, что ты поддашься его игре. Целует, небось, до умопомешательства, а когда проводит тыльной стороной ладони по щекам, уже начинается дрожь и блажь. Ради таких мальчиков можно променять всю свою жизнь. Они не бояться бить сердца своим дамочкам, они ничего не бояться, перед ними весь мир.
Может быть, и я променяла бы всю свою сейчас спокойную жизнь на безумие с ним, но.. Мне дороже спокойствие, безумия хватало. Но, черт возьми, если бы не спокойствие души, я бы отдалась без оглядки, и мое сердце было бы в его копилке. Я еще о нем напишу, потому что такие образы души на дороге не валяются, а только в метро проезжают изредко.
[604x453]Закрываю глаза на идиллию вирусного счастья по венам. Вкалываю все больше уколов, все больше боли, и потом сладкий момент, когда через шесть часов мне вручают счет за починку зубов. Завтра еще приеду и добью оставшиеся несколько, еще несколько коронок, пару десятков тысяч и я улыбнусь спокойнее без нервов этим зубным врачам. Мой хирург, друг моего милого звонит мне и в панике спрашивает, почему теперь Черногория, и как же быть с его днем рождением? А мне почем знать, когда мне все скажут после двадцатого числа, и когда злостный загранпаспорт будет в руках. Может мне сегодня проиграть последнюю битву сна, не проснусь, а нарисую, и не мальчика, целующего мои руки, с сухой кожей от ветра, а девочку, такую с косичками и с карими глазами, и алыми губами, чтобы самой страшно было. Истерия перед сном – нормальное явление.
Сердцебиение стабильное, и в трещинах моих обветренных губ скапливается аромат ментоловых сигарет, и на ночь чай с успокаивающим бальзамом для десен. Я сегодня так искренне улыбалась, мое время на два часа назад, и может быть, я не правильно шагаю, зато чувствую, что в ногу. Моя коллекция снимков от зубных врачей украсит мой первый фотоальбом другой страны, и мне будет смешно и глупо. Я буду хохотать в лицо всем этим людям, потому что у них в сердцах нет главного – с.п.о.к.о.й.с.т.в.и.я. Как же я счастлива, что обрела его, и не заключаю в рамки отношений, и того хуже любви. Чувствует меня сквозь километры и два часа назад, и ругается когда я поздно ложусь спать, и потому что у него рано, и я хочу быть ближе, хоть и по долбанной системе icq.
«у тебя есть два года, чтобы понять, что это».
Скорее бы 21 января, загранпаспорт в руки, а дальше уже все равно! Я чувствую то, что Милый чувствует меня! Сокровенный.
[604x405]
Моя судьба мне посмеется в лицо криками как кричат когда приближается потолок на хрупкие плечи. Я не выдержу такого удара, но чтобы не мучиться сама себя добиваю. Я растратила силы, куда-то дела, а может за ночь и наберусь. Какая же сегодня в 20:00 была восхитительная луна, как же она строго на меня смотрела и была нереально близко, и я верю, что это был муляж. Кто-то повесил, а я бойся. Немного стало больно в груди оттого, что сейчас мое прошлое так беспомощно и одиноко, а я играюсь в хладнокровную стерву, которой совсем не жалко, а мне жалко только потому, что все слишком медленно двигалось, особенно осознание. Ушло его время, стоит за дверью с надписью «Прошлое: не ворошить».
Я решила отказаться окончательно от всего, и жить настоящим и сегодняшним. У меня нет настроения, я просто тихонечко кричу в свою собственную пустоту. У меня кривые зеркала моего прошлого, там нет ничего кроме как повода посмеяться над собой. Забываю, что я есть и почему сейчас во мне все так. Мне хочется скорей чего-то нового, чего-то такого приторно-сладкого, с сахарной пудрой, и немножко такого, чего еще не пробовала, такого, что еще не смогла сама себе подарить.
Ты знаешь, как мне хочется сбросить в обрыв и лететь, расправив крылья. Ты ненавидишь шифоновые платья и когда я так много курю. Ты терпеть не можешь, когда я начинаю играть в детские игры с взрослым акцентом на жизнь. Давай же сегодня побегаем вдоль шестиполосного шоссе, или снова по шпалам. Я хочу ливень! И грохот поезда, и тепло от солнца, и максимально тонкие грани между нами.
А еще я длинными ногтями буду месить грязь в поле, потому что там то и откроется вся наша страсть, и только никому не говори.
Загораются свечи, я сегодня сижу одна и при свечах, все так же курю и пью кофе, и уже почти иду спать, только вот друзья из разных городов пишут, и друзья, которых отпускала.
А сейчас пора и себя отпустить..
Я хочу тебя целовать медленно, и слегка касаясь губами твоего тела. Хочу, чтобы ты немного дрожал от сладострастия, которое сливается между нами. Хочу запускать свои пальчики тебе в волосы, и спину держать ровно. Я хочу выгибать спину, и чувствовать как выгибается твоя. Мечтаю пальчиками путешествовать по твоему телу, и целовать каждый миллиметр твоего тела. Хочу тишину разрывать стонами блаженства, и засыпать на твоей груди. Обнимать твое смуглое тело, сжимать твою ладонь. Целовать твои ресницы, целовать щеки, шею. Помнишь, а с шеи все и началось, хм, в интересный вечер августа. Я помню тот вечер очень хорошо, и струи воды, бьющие по жарким телам. И когда в глазах отражались свечи, и холод на балконе, и прерывистое дыхание на двоих, и утро, и поцелуй твой в висок, и потом когда ты уже вернулся днем, ты смотрел на меня лохматую, домашнюю и сказал, что «бесподобна ты». Мне была смешно, а вокруг никто сначала ничто не понял. Потом еще один день с тобой, карамельный каппучино и покупка фильмов, и смотреть их, валятся без объяснений. Ты никогда ничего не говоришь, а мне дайте сил понимать молчание и читать между строк. Твой задорный смех над комедией, и моя улыбка, когда я смотрю на тебя. Ты улетел, и так ничего и не сказал. Была разбита. Прилетел, увидела и целовала как друга, потому что непонятно что, а потом и закрутилась. Мы закружились наравне с листопадом , мы не отпускали ладоней, и все равно томно молчали.
Ты снова молчишь, а потом ты прилетаешь к моему дню рождению, удивляешь собой, мы не отпускаем ладони и друг друга из объятий. Задыхаемся в холодных простынях, шепчем друг другу тайные желания, и танцуют в кроватях тонкие па и не скромные па-де-де.
Блин, блин, блин – как же я скучаю!!!
Этой ночью мы с тобой смотрим фильмы, пьем литрами чай, кушаем бутерброды, чихаем, сморкаемся, кашляем и курим одну за одной. Мы болеем, но это не мешает нам смотреть ильмы, затыкать собственное мнение, ибо потом кино не досмотрим, нам нравятся герои и героини на героине. Красивые фильмы, умные фильмы, и близкие рядом. Нас пробивает поесть бутербродов, и какой офигительный свежий хлеб. Без нервов, а спокойно смотрим кино, и кушаем бутерброды. Я не верю, что мы знакомы почти 2 года, ощущение, что намного больше, намного ближе и теснее повязаны, чем сами так думаем. Судьбы-люди, и все так непринужденно, в теплом омуте кашля и чихания на два голоса. А потом спать, расползаясь по разным углам кровати, и ночью приближаться друг к другу, и обнимать. Просыпаюсь от того же сна, и я упираюсь лбом в кудри а кудри сжимают мою ладонь. Была бы красивая лесбийская любовь, но это такие дружеские мы. Ничто не испортит и не посмеет это все изменить, такие вот мы тонкочувствующие натуры, с угрызениями совести в маленьких кухнях. И кто бы мне, что ни говорил, я все равно ее люблю. Мою.
На разных улицах живет разная девочка разных мыслей.
Прощаюсь с собой.
Прощай!
Когда-нибудь и я стану писать короткие посты, которые разлетятся в цитатники ли.ру. я буду писать короткие философские мысли и буду считать это философией. Нет, это не претензия к кому-то, это так размышления. Я пишу посты, такие как чувствую и то, что чувствую на данный момент. И может, действительно, я размазываю все по строчкам, приятной патокой обливаю, но так мне чувствуется.
[352x510]
В моем городе начинается тепло, +1 как никак, а он уже сидит на берегу Моря, у него +15 и ему что-то шепчет Море, и он называет это Секретом, а мне не обидно – у него свои счеты с ним. Совершенно невнятное существование вне него, не держать ладони и не смотреть в глаза. Уже больше месяца так, но я терпеливо жду. Жду документов, жду его решений, жду понимания, и жду слов, жду чисел, жду себя. Как можно ждать себя? Можно. В сентябре он мне сказал «в каждом из нас живет человек, к которому мы тянемся» - вот я и жду эту себя в тебе, и тебя в себе.
Люблю смотреть на светофоры, как зеленый сменяется красным, как красный бежит к оранжевому и тот к зеленому, а как чудесно нам сигналит шагами зеленый человечек. Перебежать по зебре, и не смотреть ни в право и не влево. Запоминаю проезжающие машины, их номера, людей за рулем. Заглядываю в окна напротив, которые на расстояние сквера. Внизу по улице в 4 ряда горят красные огоньки габаритов, а у меня уже холодный кофе, который я пью. Нет такой реальности, в которой я бы не была, и нет той фантазии, которую я еще не придумала. Есть только фантазии, которые не успели стать реальностью. Закрытые окна, потому что холодно, потому что хочется спрятаться, только в его объятиях. Чувствую и вспоминаю, как мы засыпали рядом, каждой клеточкой чувствовать, и каждой клеточкой быть в напряжение. По холодным простыням среди ночи, и укрывать его, и прижиматься, и целовать, и чувствовать, как он встает выпить воды, и как целует тебя в плечо.
[604x435]
Мне мама не разрешает ночью не спать. Все время норовит меня уложить спать. А я курю на кухне, она видит уже холодный кофе в чашке, видит, как пепельница наполняется различными бычками, видит фотографии на мониторе и чистые листы Word'a. Все время мои глаза смотрят на нее, и я так и останусь для нее загадкой. Она никогда не узнает всей правды моего существования, и даже если она что-то где-то прочтет, я докажу, что это красивые фантазии, и пусть она лучше гордится тем, как здорово я придумаю жизнь, чем думает, что это моя такая. Мамочка смотрит, как ее дочь рисует картины, без иронии и претензии на творчество, как с надеждой смотрит на телефон и ждет человека в интернете. Мамочка ты знаешь, что я для тебя всегда останусь загадкой.
Так глупо верить в чудеса счастья, и мне так хочется побегать под дождем, хочу летний сарафан и ливень. Хочу мокрые волосы и чтобы вода стекала по лицу и бежала вдоль всего тела. Хочу носить майки на голо и юбки летние. Признаться себе не смогу в том, что хочу на самом деле. Месяц уже как кто-то улетел, и осталась я сидеть с этим багажом нового в себе, и черт знает, что с этим всем делать. Принимаю, глотаю, изучаю, выбрасываю, пытаюсь уловить и принимаю-принимаю, вкусное драже.
Заостряю свой взгляд на пустоте вида из окна, там тихо, и только потому что я сижу в квартире где пластиковые окна закрывают шум, а кто закроет шумы в моей голове и кто прекратит показ кошмаров во снах. Снится несколько ночей подряд одно и тоже..
пишем же лишь тогда, когда нам больше нечего делать.
(Лев Шестов)
Мне сказали, что «таких не бывает», а я хочу залечь в коробку с цветными карандашами. И на альбомных листах рисовать картины детства, и подписывать, что мне три года. А может мне сегодня стать маленькой краской для разукрашивания жизней, хотя кисточки нынче не в моде, рисуем стеклянными шариками, выкладываем картинки на снегу. И сколько бы слов не сказать, и как бы точно не подобрать метафоры, но никогда не передать истинного смысла, что творится внутри. Разлетаемся по уголкам тихой музыки слов, и немножечко просим прощение у самих себя. Сладкая и манящая патока сознания, и вкушать все. Впитывать трещинками губ, смаковать на язычке, и потом сглатывать – и тонкой струйкой по гортани в недры организма, разливаться теплом. Танцы на углях собственно-соженных мостов, без боли и крика, холодает нынче от прошлого. Веет каким-то ветром, залетают какие-то метели, и все отражается настоящим. Растопленные льды томятся в жаре, плавится. И сами плавимся, валяясь на диванах, просиживая ночи в интернете, забалтывая все на телефонных проводах, и в коротких сообщениях мобильной связи. Ищем, просим, придумывает знаки внимания, мне не написали, мне не приняли, а вот и черт со всем этим, все хорошо – в.н.у.т.р.и.
[604x453]
Девочка маленькая, девочка хрупкая, девочка теплая, девочка нервная. Приближается и съедает взглядом без всяких маленьких тайн, без танцевальных ироний в смехе пустоты. Громкие серьезные речи о достоянных и оды любви к холодным сердцам. Живешь, пишешь, чувствуешь, пьешь, ешь, спишь, теряешься. Приглушаешь себя в очередной прозе жизни, намыливаешь все в собственном соку и закрываешь мыльной пеной слов. Принципиальные действия в солнечной системе и между звездами. Прыгаем, падаем, разбиваемся, бегаем - со звезды на звезду. Считаем свои следы на песке, смотрим, как их смывает волнами, и чувствуем, как песок застывает между пальцами ног. Раскладываемся частичками на маленькие облака, и думаем, что так и должно быть, типа мы это заслужили. А на самом деле, все, что делается, оно делается не зря, и мы все это притягиваем, на что настраиваемся то и получаем. Мы можем притвориться расстроенным струнным инструментом, но на самом деле мы все тянем и тянем к себе происходящее. Мы валяемся бесхозным магнитом в пространстве, и притягиваем к себе все железки наших дополнений. Мы боимся своих истинных желаний, потому что боимся, что не оправдаем исполнения. Ну, исполнится оно, и что дальше? К чему стремится? К новым желаниям, тогда зачем старое? Мы забываем свою собственную реальность, потому что существуем в бытие. Быт и реальность совсем разное, не принимающее, не осознанное. Меня учат не бояться, а я все равно боюсь. Такая вот трусливая натура.
..Никогда не пойму стихов своих, и только потому что я не умею их писать, и только потому что их нет в моей жизни.
Только сухая проза чувств, событий, времен, существования и запредельных разумов..
..Я научусь что-нибудь делать хорошо и изысканно, и пускай это не будет литература..
С [496x480]
овсем немного слов до полного понимания. Совсем немного неслетевших фраз с обветренных губ. Совсем немного возможностях для реализации всех целей. Совсем немного сил до исполнения желания. Сталкиваемся лбами, расшибаем лбы об стенки, затыкаемся и закусываем губы, чтобы помолчать. Разделяемся на маленькие частички и с разбегу влетаем в махровые объятия пустоты. Мне тошно от болезненной игры в одиночество, но когда рядом нет нужного человека, то остальное все стирается как самый неудачный карандашный набросок. Можно или нельзя, но так нужно. Скоро совсем стемнеет внутри, потому, что воздух перекрывается молчанием, и совсем нечем подпитаться. Ищу воздух сквозь маленькие редкие буквы, через фотографии дня рождения в декабре, и в маленьких подарках, в который не умещается самоучитель. Я захотела проиграть себя на скачках, проиграться лошади в упряжке, наверное, не так обидно. А ветер за коном сносит с ног, и в минус семнадцать перчатки не спасают. Желания перекрывают настоящее, и может быть так оно лучше, ведь кто-то должен думать, а я все мечтать и разлетаться в собственном эхо.
Я исписываю строчки в любовных романах своей жизни, и ощущение, что пора уже писать мемуары – не могу надеяться на талант, но разные позы и количество мужчин можете рассчитывать. Что за чушь несу, а? Мне может сегодня приснится кошмар, и я знаю, что там будет. Бесполезная правда во снах, пусть и останется тенью сознания, в просмотре подсознания. Летние ночи забыты, сентябрьские вечера брошены, зимние дни перед глазами, прожигаюсь.
Толпа будет скандировать «свобода» - а я забуду полное значение этого слова.
«С» - сентиментальность,
«В» - время,
«О» - опыт,
«Б» - близость,
«О» - отношение,
«Д» - дело и
«А» - анархия.
Наполняюсь непонятными смыслами и принципами, принимаю в дар мнения и реакции, танцую под чужие дудки и сто раз думаю, принимать ли это, или нет. Сравниваю себя с собой, нет-нет я не ругаю себя за прошлое, я наоборот горда, что я все это прошла, научилась, попробовала, вкусила и почувствовала. Цифрами не считаемся, вспоминаем только хорошее.
Очень холодно, оказывается, стоять пятками на кафеле, особенно когда только вылез из кроватки, и совершенно не осознаешь, что еще происходит. Непонятно почему небо слишком синие, облака слишком пушистые и солнце слишком уж предательски заманчивое.
Узоров на окнах нет, и давненько я что-то их не видала, и не мечтала стать таким художником как «естественный мороз».
Становится слишком жарко внутри, накаляются собственные страсти в сердцах, и беспроигрышные игры становятся слишком проигранными. Немного до весны.
Ведь, правда, если рассудить, то до весны совсем немного пару вдохов, пару выдохов, и мы уже в сердце начинается весна без приключений погоды. Стеклянные глаза разбиваются в шоковом состоянии.
Блеска давно уже нет, и все это иллюзии наших страстей.
Безумные танцы под звуки собственного шороха мыслей.
А бывали моменты, когда нас всех ждала Ямайка, и была готова принять. Чтобы носить летние шорты, и вместо маечек верх от бикини.
Соломенные шляпы, и ни грамма косметики. Бронзовая кожа, ровные спины, длинные ноги, торсы сильные, и наша страсть под пальмами.
Коктейли алкогольные, соки стекающих с губ по шеи и к груди.
Соблазнительные жесты, и только жара не от солнца.
Я не стану плакать на вечерних мероприятиях изысканной роскоши, они меня не волнуют и не тревожат. Как бы не задохнуться, не захлебнуться, рассчитать траекторию полета пули в висок. Еще немножко, дайте мне красивого воздуха без брызг шампанского, дайте подышать в открытое окно, дайне половить снежинки, дайте посмотреть на листопад, дайте искупаться в озере голой, и дайте же наконец-то подержать в озябших руках подснежники. Дайте месяцы прочувствовать, и прозевать дни недели, и забывать часы и минуты. На темной улице, в морозные вечера, я буду танцевать босиком на снегу, я одену белое платье в пол, я накроюсь бордовой шалью и танцевать под тростниковые дудочки, а в руках держать ромашки.
Мой понедельник будет мужчина в джинсах и пуловере, немного небритый и растерянный.
Моим вторником станет юноша в костюме с кейсом в руках, и с пакетиком персикового сока.
Моей средой станет девочка с томным взглядом, и пачкой сигаретой возле мобильного телефона.
Мой четверг будет в джинсах и майке, с добродушной улыбкой и яркими глазами.
Моя пятница будет в ярких вещах, возможно с пивом и всегда хохочущая.
Моя суббота будет в пижаме и с плюшевой игрушкой, и пить молоко с печеньем.
Мое воскресение. Оно.
Вечернее платье я сниму, и соскользнет шелковая сиреневая ткань со смуглых плеч. Я вытащу парочку шпилек из волос, и они упадут, прикрывая эти же плечи. Я влезу в мужскую рубашку, и босиком по холодному полу пройду на кухню, где закурю немного дрожащими ручками. Я смою грим на лице, и приду туда где я буду настоящая. Снова в белом и на снегу. Вот и мои месяцы. Потом.
River on asphalt (21:09:56 9/01/2009)
а ты бы хотел пожить в 19 веке?
Сокровенный (21:10:12 9/01/2009)
нет..
Сокровенный (21:10:25 9/01/2009)
еще раз....
Сокровенный (21:10:32 9/01/2009)
зачем....
River on asphalt (21:10:43 9/01/2009)
а ты чувствуешь когда ты жил тогда?
Сокровенный (21:11:00 9/01/2009)
все жили
River on asphalt (21:11:12 9/01/2009)
откуда такая уверенность?
Сокровенный (21:12:31 9/01/2009)
склад ума..
River on asphalt (21:12:49 9/01/2009)
понятно.
а хотел бы заглянуть в будущее?
Сокровенный (21:12:55 9/01/2009)
нет
Сокровенный(21:13:07 9/01/2009)
его нет как и прошлого
River on asphalt (21:13:33 9/01/2009)
как это нет прошлого?
а чем же мы взрослеем и набираем собственные сиы и опыт?
Сокровенный (21:14:11 9/01/2009)
мы сегодня живем
Сокровенный (21:14:30 9/01/2009)
ни одной секунды нет позади
River on asphalt (21:15:27 9/01/2009)
получается, что прошлое это иллюзия воспоминаний?
Сокровенный (21:16:09 9/01/2009)
не будь заложницей только моего мнения
River on asphalt (21:16:40 9/01/2009)
я не заложница, я интересуюсь, и пытаюсь понять твою жизненную философию!
Сокровенный (21:17:14 9/01/2009)
это невозможно)
River on asphalt (21:17:55 9/01/2009)
возможно, но попытаться то я могу!
Сокровенный (21:18:31 9/01/2009)
можешь
River on asphalt (21:18:48 9/01/2009)
итак..
River on asphalt (21:15:27 9/01/2009)
получается, что прошлое это иллюзия воспоминаний?
Сокровенный (21:19:53 9/01/2009)
почему иллюзия?
River on asphalt (21:20:26 9/01/2009)
но ведь прошлого нет, но ведь что-то мы помним.
Сокровенный (21:21:09 9/01/2009)
есть "время" и есть "события"
River on asphalt (21:21:29 9/01/2009)
тогда почему это не назвать "прошлым"?
Сокровенный (21:22:10 9/01/2009)
можно называть как хочешь
Сокровенный (21:22:24 9/01/2009)
но этого времени нет
Сокровенный (21:22:35 9/01/2009)
его нет
River on asphalt (21:22:39 9/01/2009)
только лишь потому что оно ушло уже?
Сокровенный (21:23:33 9/01/2009)
кто? время?
Сокровенный (21:23:39 9/01/2009)
что))
River on asphalt (21:24:10 9/01/2009)
да, этого времени "прошлого" нет, только потому что оно ушло?
Сокровенный (21:24:31 9/01/2009)
что такое время?
River on asphalt (21:26:53 9/01/2009)
время это то что нас с тобой наполняет, событиями прошлого, настоящего и еще неизвестного будущего. это метафора суточных норм.
Сокровенный (21:27:25 9/01/2009)
)) интересное ТВОЕ определение...
River on asphalt (21:27:38 9/01/2009)
а по-твоему что такое время?
Сокровенный (21:27:57 9/01/2009)
во вселенной его нет\
Сокровенный (21:28:22 9/01/2009)
это земная придумка
River on asphalt (21:28:50 9/01/2009)
ну, я почти так и сказала, про метафоры суточных норм.
Сокровенный (21:29:14 9/01/2009)
угу..
River on asphalt (21:29:41 9/01/2009)
но ведь вся история человеческой цивилизации, никак не может быть метафорой. как так?
Сокровенный (21:30:15 9/01/2009)
ты уверена что это единственная правильная история?
River on asphalt (21:31:08 9/01/2009)
нет, конечно есть и другие версии, но доказательства есть только одной, и мы ей верим, т.к. она единственная та, что доказана и доказывалась веками.
Сокровенный (21:31:55 9/01/2009)
хорошо
Сокровенный (21:31:59 9/01/2009)
))))
River on asphalt (21:33:03 9/01/2009)
но ведь это правда так, Юр! Ты сам рассуди, мы верим всегда в то, что на лицо, более явное и конкретная. если я тебе покажу стул и скажу - это стул, ты мне поверишь, а если я тебе покажу плавленый сыр и скажу, что это стул - ты мне не поверишь!
Сокровенный (21:34:23 9/01/2009)
лучше при встрече такие разговоры.... не могу через комп
[305x480]
Нарисованные улицы стертых границ и беспощадных городов. Широкими малярными кистями смазываем небо, набрасывает брызгами снег, и еле заметно валиком проводим линии солнца. Бегаю вверх и вниз по своим внутренним лестницам, голыми пятками о доски, ладонями о перила, и все в занозах. Как бы шею не сломать, когда буду кубарем лететь с этих же лестниц. Тяга за тягой, невозможное состояние сквозь холодный воздух города.
Я подвесилась телом в неизвестности и непонятности. Теперь нет Болгарии, и в планах Черногория. Мне ничего не говорят, и может я, и останусь – кому-то это на руку, а мне непонятно. Слезливая я какая-то. Очень много переживаний, и какие-то необоснованные слезы. Страхи. Страхи. Страх_и. Молча, утыкаюсь в свои колени, и прячусь в собственных словах неуверенности. Я поеду куда угодно, ты только скажи мне, что ты меня ждешь, и что хочешь, чтобы я была рядом. Я хочу весны, я уже устала от холодов, а они только впереди. Мне холодно сегодня внутри, и слишком страшно за себя. Разбитая. Разлетаюсь в куче своего бесполезного существования, очень страшно, и очень глупо. А если нет, а если ты поймешь, что на черта тебе я, когда вокруг так много прекрасных европейских женщин, что вокруг есть женщины не_истерички, и которые молчат о своих чувствах, с которыми просто и легко. А тебе со мной сложно, но ты все понимаешь. Ты все знаешь, и сам не даешь этим знаниям слова, а я ищу тебя среди этого города и среди своей жизни, и тебя там так много, что может сводить руки от желания обниматься. Я загадываю желания о объятиях, нужности, здоровья и исполнения желаний. Я совершенно не умею молчать. Я могу совершенно болтать и рассказывать. Пей до дна мои соки, и тогда сил будет меньше, и меньше возможности кричать о чувствах.