[429x572]
Холодные пальцы на горячих спинах. Немного страшно, а ты совсем взрослая.
Ты такая забавная утром. Волосы растрепаны, губка нижняя чуть припухла, и твои глазки смотрят по сторонам. Ты запуталась в белом пуховом одеяле, и не понимаешь, что за окном солнце. Улыбнись скорее. Потягиваешься и нежишься в кроватке, и запускаешь правую ладонь в волосы, как бы пытаясь их «расчесать». Ты боишься оказаться смешной, но ты так прекрасна в пижаме из байковой ткани. Наблюдать за тобой со стороны одно удовольствие. Вот ты опустила ножки с кровати и пытаешься найти тапочек, который куда-то предательски спрятался. Не находишь его, и сомкнув пятки стучишь мысками. Раз-два-раз-два-раз-два. На голое тело натягиваешь мужскую футболку, человека, который тебе не безразличен, но чувства внутри ты не обволакиваешь в формы слов. Собрав волосы в какое-то нечто, уже в футболке ты бредешь на кухню. Первым делом засыпаешь, кофе в турку, три ложки (с горочкой) кофе и три ложки сахара, вода, и ставишь на огонь. Бредешь умываться, холодная вода покрывает твое лицо, и ты разлепляешь глаза, зубная щетка в зубах и ты пишешь первые слова мужчине, которому принадлежит эта самая футболка. Слышишь шипение с кухни, это твой кофе убежал. Садишься «с ногами» на стул, делаешь первый глоток кофе, прикуриваешь, и смотришь в окно. А там, что-то такое движущее, стремящейся, бегущее.. это  город. А потом начинается какая-то самобытная суматоха. И твое утро остается там, где-то в мятых простынях, в подушке со снами/слезами, в скомканном одеяле, и в тапочке, что на самом деле около кровати. Доброе утро, Я!

Я хочу, чтобы ты меня крепко-крепко обнял.
До боли.
До крика.
Так, чтобы чуть-чуть треснули ребра.
Так, чтобы я почувствовала себя настоящей и живой.
Твои объятия всегда нежны, и очень трепетны, но мне так их не хватает.
Хочу целовать тебя долго.
До сухости губ, до трещинок на нижней.
Хочу целовать так долго, что голова будет кружиться от недостатка воздуха.
Хочу сжимать твою ладонь, чувствовать твое тепло, которое медленно перетекает в меня, которое я принимаю, широко распахнув глаза.
Я хочу смотреть в глаза, и видеть в них счастье, и спокойствие.  

***

***

Я не могу понимать жизнь, когда молчат.

***

Хочется скулить в углу.
[550x367]

[550x370]
Мне тесно в своих желаниях, в твоих мечтах, и в доме. А в доме у озера мы не танцевали и не занимались любовью на накрахмаленных простынях. Мое одетое сознание стоит перед глазами, и хочется раздеться, обнажив всю себя, все свои страхи и всю свою жизнь! Я может, и расскажу кому-нибудь всю правду моего мирозданья, только вряд ли это кому-то надо, ведь у всех есть свои чемоданы жизней. А еще я хожу по лезвию, тонкому и острому, и может быть одно неверное движение, и соскочит нога, и я упаду. Очень тайная моя Вселенная, покрытая темно вуалью, а я не боюсь, я просто не открою, пока не почувствую уверенности в том, что это надо. На подоконнике стоят три бордовых розы, которые уже почти поникли, которые мне подарили на лжепраздник три разных мужчины. Три розы, одного оттенка, но каждая разная, с разными словами, и с разными мыслями в мой адрес. А, мне - то всего-то хочется букетик любимых цветов, но я знаю, что не раньше мая я их смогу получить, да и вряд ли кто помнит, что их я очень люблю.
Раскладывая ночью пасьянс, почему-то многие слова гадалки вспомнились, я не буду их цитировать, я буду их помнить для себя. Все так банально и просто, а я придумываю себе нюансы, в которых прячусь. Сама от себя. Насчет вот гаданий. У меня мама гадает, всем. Ну, она гадала подругам своим, друзьям каким-то, и я очень хорошо помню, что когда-то я ее просила тоже погадать, но она наотрез отказалась, а сестре гадала. Какая-то вот странная ситуация смотрится мне через призму быта своей жизни. Возможно, я все утрирую, и просто со своим максимализмом по жизни требую от жизни, от людей вокруг, семьи и себя слишком многого, но я так. Тяжело осознать себя в переписках, и записях.
Потертые блокноты, смазанные слова в них, и чувства точно так же теряются и разрушаются. Но слова мои золотые, и они для меня имеют силу, не читаю многое, потому что знаю, что произойдет, знаю, на что наступлю и как больно вынимать занозы ржавыми иглами.
Уносите меня к черту поезда мои вечной памяти!

[360x480]
Тусклый свет от вытежки, музыка тихо бьет из встроенных колонок ноутбука, пепельница усыпана пеплом, красная майка, цветные штаны, на правой руке на среднем пальце колечко серебряное. Ночное безумство моих мыслей и желаний бьется о стенки этой кухни, не первый час, день, месяц.
Хочу стоять на краю платформы, и чтобы поезд проносился мимо, чтобы сдувало. Дождь большими каплями бил по лицу, майка бы липла к телу, и кеды промокли.
Хочу быть в летним сарафане в поле, и так, чтобы травинки щекотали пальчики ног через босоножки. Чтобы ветер с холмов шумел в волосах, развивая разноцветные ленты.
Хочу стоять на мосту, и так чтобы дух перехватывало от высоты, и так, чтобы вцепиться в перила и бояться. На глазах слезы.
Хочу быть на крыше, неважно в чем, и какая погода, хочу просто дышать на крыше, глубоко вдыхая воздух в свои легкие, и долго протяжно курить, не бояться.
А мне просто сжимать твою ладонь, а мне бы просто быть уверенной в том, что я нужна. Я хочу получать «Доброе утро», и улыбаться, глядя в глаза! Я, наверное, слишком много прошу, а может я слишком избалована. Я не хочу. Я хочу.

Тебе хорошо,да?
Тебе спокойно в спокойном?
А я устала.
Сколько можно делить тебя с семьей, я им не конкурент.
Я тогда совсем ничто буду!
Может мне снова надо показаться сдохшей, чтобы ты обратил свой взор в мою сторону?
Подыхать на твоихз ладонях и греться твоими словами.
Грустно.

[328x455]
Мужчина в шляпе.
Не могу сказать, что он красив, или сексуален, но меня к нему манит. Сумасшедшие чувства, когда я смотрю в его шоколадные глаза, которые наполнены всеми самыми абсурдными желаниями. Мне сносит голову в неизвестном направление, и я готова лететь куда угодно. Меня сносит энергетикой, меня бьет невидимым током в самые слабые места моего сознания, аккуратно, но точно бьет в подсознание, и я могу натворить глупостей, ноне творю. Мужчина, который почти никогда не снимает свою шляпу, и плевать на все нормы этикета, она ему идет, и если он ее снимает, то всегда интересно на кого он ее наденет. Сегодня надел на меня, и десятки женских взглядов устремились на меня, а я курю. Он приносит мне большую чашку с кофе с молоком, дает конфеты, дарит метровую бардовую розу, и потом со сцены «Толстяк – верю в тебя». И я знаю, что «Толстяк» это я, хотя веса во мне 50 кг. Я сижу довольная в его шляпе, а он танцует на сцене, у него гитара, у него музыка, и его слова «Я не хочу, я не хочу платить вам за грязь». Я не заплАчу и не заплачУ, у меня мыслей нет. Эти женские взгляды, которые я ловлю ненавистью своим затылком, своей спиной, своими глазами, своим бюстом, скрытом майкой, своими ногами, своими губами. Моя детская непосредственность. Две косички, яркие маячка и юбочка, колготки цветные и ботинки тяжелые. Он подходит надменно, стоит немного за спиной, и свои теплые ладони кладет мне на плече, я запрокидываю голову и смотрю на него, а он улыбается мне, и говорит, что я тяжелая. Я тяжелая для него, для его мыслей, и ему хочется легкости бытия. А я только маленькое сокровище, который он хочет поить чаем, укрывать пледом, а потом..выебать хорошенько. Признаюсь, что я обожаю когда мужчины открыты в своих желаниях. Столько женщин вокруг, а он сжимает мою ладонь. Он так и будет моим сумасшествием, о котором я ему никогда не расскажу. Мой дорой, мужчина в шляпе.

Сегодня праздник весенний. Девочки-девушки-женщины с праздником вас-нас!
Одно могу сказать, любите и будьте любимы!!
Я всегда близко, если вы хотите этого!
Целую!

[480x480]

[446x480]
Ты прости меня, что я снова о тебе пишу, и что ты снова был в моих снах. Какая же была ужасная эта ночь, в который ты был явным, настоящим, только все же это сон. Ты снился мне. Ты. Ты несколько раз шептал мне фразу, даже когда я просыпалась, первое, что я слышала это «прости меня за все». Ты был таким реальным, я чувствовала твои ладони, твои поцелуи, как колит щетина, как я дрожу и не хочу целовать тебя, как отворачиваюсь, как чувствую, как болят ноги, убегая от тебя. Слишком реальный сон, в котором я чувствовала даже всю порнографию обнаженных тел, и каждый твой жест, и каждый свой вздох. Интересно, а я разговариваю во сне? Не хотелось бы. Мне чувствовалась, как ты весь дрожишь от страха, ты шепчешь, чтобы я простила, чтобы отпустила. Твое лицо так близко, я держу твою голову в своих ладонях, смотрю в твои на тот момент, синие глаза, и объясняю, что я тебя не отпущу никогда, ты навсегда во мне.
Такой реальности во сне со мной никогда не было, даже когда ты угадывал мои желания, даже когда растворял в лжелюбовных объятиях, даже когда я опускалась очень низко перед тобой. Никогда-никогда. Наша с тобой реальность никогда не была так чувственна, как этот паршивый сон. Я в нем чувствовала каждое твое движение, каждое пошлое и развратное твое движение во мне, твои поцелуи, и мое дыхание редкое прерывистое, гулкое. Ты знаешь, а я проснулась от страха.
У меня дрожали руки, мне хотелось пить и курить, как обычно бывает после секса со мной. Я вскочила с кровати, и долго не могла придти в себя. Кофе пролила, выкурила 4 сигареты подряд, умылась ледяной водой, но в ушах так и стоял твой шепот «прости меня за все». Невозможно придти в себя, залезаю в душ, смыть все, каждое слово и ощущение, каждую мысль, каждое ежесекундное желание. Утопится. Не плакать, не дышать, не смотреть. Стерла все. А потом я бегу к метро, спешу, поскальзываюсь, падаю. Мне смешно и больно, звонит телефон. «Мам, я тебе потом позвоню». В привычной палатке меня уже знают «Parlament “Extra Light”. Прикуриваю возле метро, бросаю полсигареты, и прикладываю карточку к кругу, мигает зеленый свет и прохожу.  Забегаю в вагон метро, прижимаюсь лбом к стеклу «Не прислонятся» и мне приходит смс. Мне так лень достать его из переднего кармана джинс, что я все равно это делаю. И, черт возьми, я смотрю на этот чертовый экран Nokia, и вижу, что сообщение от тебя. «Прости меня за все, ты единственная женщина от, которой я ощущал настоящую бескорыстную любовь к своей персоне». У меня текут слезы, прям в тоннеле между станциями, течет тушь, изысканный макияж к черту смазан и уже ничего не волнует, я выхожу на Кузнецком мосту и сажусь на лавку в центре зала, передышать, выдохнуть, отпустить.. И поехать дальше.

А я так и буду с вечнозакрытыми глазами, с твоими ладонями на моих веках. Тяжестью рук, и твоими глазами. Ты мое прошлое. П.р.о.ш.л.о.е.

[344x504]
Что же творится такое? В осколках мечтаний я разглядываю себя в полутемном свете маленьких пребольших тайн. У меня играет ночной блюз, и книга заканчивается быстрее, чем я успеваю всплакнуть над судьбой героев.
Мой мальчик, все мои сказочки для тебя, я складываю их стопочкой, перевяжу тесемкой и тебе принесу. Сильные сказки про Жизнь, ты же знаешь, как много я пишу, как исписываю все вокруг, и хочу захлебнуться в собственных буквах. Ты раствориться не сможешь, я не смогу подарить пену. А можно я буду сегодня такой, какой однажды себе снилась. У меня будут косы, а в них белые ленты. У меня синие платье выше коленочек, и рукава – фонарики! А еще у меня будут кожаные сандалии, с металлической маленькой пряжкой. А с острых коленочек будет сползать белоснежные гольфы, с каемкой кружевной. Глаза будут хлопать, а руки сжимать букет ромашек, и ты будешь рядом.  Тельняшка на твоем смуглом теле смотрится как литая, светлые льняные брюки со стрелками, мокасины из черной кожи, и фуражке в руке. Ты молоденький мальчик – морячок, который только стремится стать Капитаном, а я твоя маленькая, глупенькая и такая забавная Ассоль. Наши с тобой отношения и есть Алые Паруса, которые мы ждем, только вместе, только друг с другом. Сжимай мои детские ладошки, которые совсем не пухлые и без ямочек. Целуй меня в родинку, та, что на виске, и шепчи мне на ушко «наши моря впереди». В твоем кожаном портфельчике лежит сложенный листочек, а там мелким почерком, детскими закорючками смешные строчки, сложенные в аляпистые слова и предложения.

Тема «циркачек» плотно засела в мою бестолковую голову, и совершенно не хочет оттуда вылезать. Я пред сном много думаю о них, читаю, ищу какие-то отрывки про них, смотрю на фотографии, ищу в толпе, прописываю перед сном в своей голове. Эти «девочки» бывают разные, и как-то ночью, а точнее вчера я попросила одного своего знакомого рассказать о «них». Послевкусие после этой переписки сильно засело в мою бестолковую макушку, что теперь я о них думаю все больше и больше. И так, можете подслушать эту беседу.

  [показать]

[382x502]
Шепот слов, который вырывается из лживых губ. Я напишу о своем Безумие. Снова без имени, города, места события, и яви. Мой точный возраст останется отголоском, и Его возраст станет моей маленькой усмешкой в нашей с ним тишине. Ну, что Безумие, я переворачиваю в себе себя и пишу о нас.
Так получилось, что я знаю слишком много информации, слишком ярко и слишком стремительно взлетаю в жизни людей, и уже непонятно как там я либо усиживаю, либо прячусь, или меня растворяют. В Твоей жизни я очень давно, и может даже еще до того, как я родилась. В твоей жизни всегда есть и была я, как бы не ты и ни я не пытались отказаться от этого. Спокойный вечер, мой смех, может и слишком громкий, а может и такой, что ты чувствуешь через него всю меня. Письмо, еще письмо, еще и еще, быть ближе, улыбка. Я чувствую, как ты боишься оступиться, как боишься сказать, что-то не так, и я тогда развернусь, шарахнув дверью, почему-то с витражным стеклом, которое так звонко посыплется.  Ты не хочешь, чтобы я убегала, хотя знаешь же, что я никогда не смогу уйти, никогда не смогу навсегда. Вечер спокойный, сердца, стучащие и, сколько раз эти самые сердца предавали меня и тебя, но уже сейчас об этом не идет речь. За руку крепко, ключик, дверца. Тыдыщ!!
Страшно будто впервые, хочется как никогда, как ни с кем и ни за что. Волосы мои запутываются с каждым вдохом, ножки трясутся от удовольствия, мысли пропадают, сигареты мои кончаются, жажда мучает. Жарко телам, жарко мыслям, жарко желаниям, жарко жить. 7,5 ступней на одну спину. Кто знает? Ты знаешь, я знаю. Моим мыслям так тесно, что они не умещаются, ни в блокнотах, ни в белоснежных листах, которые стопкой сложены у тебя на столе, не в виртуальных листочках компьютера, и в мире нет столько салфеток.
Я с тобой хрупкая и еще меньше, я с тобой легка, и воздушна. Хочу быть покорной с тобой, но никогда не буду, потому что крылья моей Свободы закроют тебе глаза, и ты просто побоишься меня потерять, потому что я так легка. Правда, ведь?
«Никому не доверяй, наших самый страшных тайн. Никому не говори, как мы умрем..»

так получилось, что это Безумие далость нам на двоих.

[606x600]
Таких не так много, такие не так курят, такие не так пьют, такие просто не такие.
Выбеленные лица, реснички угольно-черным, и волосинка к волосинке, укладки шикарные, даже по утру.
Ноготочки тонкие, покрытые цветным лаком.
Они не бояться высоты, они не бояться ничего, только если испортить фигуру.
Они носят джинсы в обтяг и сапоги выше колен.
Они редко звонят кому-то с приглашениями, часто напрашиваются к ним.
Они с высокими прическами, и с крахмальным постельным бельем.
Они в холодильнике держат яблоки, огурцы, сахар и кусочек черного хлеба.
Расшитые золотом костюмы заполняют шкафы, туфли на каблуках всех цветов, а ажурное белье их спасает каждодневно.
У них не бывает критических дней, головных болей, и несчастных историй.
Их любят, а они преданно обожают.  
На них смотрят с придыханием, и когда они поведут ручкой сторону, скажут «ааах», протяжно и на выдохе, и так, чтобы восхитится громче других.
Их мало кто видит, они прячутся в городских кафе, в маленьких уютных квартирках, в своих комнатах одиночества.
Смотрят телевизор и мечтают о пачках с мороженным, и чтобы вкусное было варенье, и чтобы кофе стал слаще, и чтобы скрипка так не надрывалась.. когда они летят вниз головой.
Девочки-циркачки.

[604x404]
За руку нежно я возьму тебя, и не хочу отпускать, и не хочу распыляться в словах, я многозначительно молчу. Мы смотрим спектакль, в который я выкладывалась, который разбирала и получила пинок за то, что я не учусь в театральный университет. Ты немного ревнуешь, когда смотришь, как я гляжу на актера, как отслеживаю взглядом каждое его движение. Ты немного напряжен оттого, что я вздрагиваю, оттого, что я хмурю брови, и что мама моя рядом и смотрит за моими руками. Я держу тебя в своих цепких ручных объятиях, я кладу одну руку тебе на бедро, и я боюсь тебя отпускать. Ты прищуром смотришь на сцену, и краем глаза на меня. Я в тайне за тобой наблюдаю, как играет на сцене ”Pink Floyd” меня интересует, но я видела этот спектакль, конечно, я видела и тебя, но ты же сам все понимаешь. Любишь теребить мои ладошки, любишь слегка пощипывать меня, любишь смотреть в мои глаза и потом шепотом мне скажешь «Ты зеленка». Как хорошо, что цвет кожи у меня вполне здоровый. Тональный крем творит чудеса. *Улыбаюсь*.
А еще мы идем перед спектаклем в ресторан, где ты пьешь жасминовый зеленый чай, где моя мама заказывает картошку с грибами, а я как всегда решила добавить «изюминки» в эти пафосные места, и я заказываю манную кашу. Да-да в дорогом ресторане, при «Театре Луны», есть в меню каши, и манная в том числе. Я ела и чувствовала себя на седьмом небе от счастья, я окунулась в детство, но рядом со мной, обнимает за плечи самый теплый человек в мире. Так это смешно, наивно и по-детски, но это про меня.
Я люблю прятаться в твои объятия, особенно когда на тебе этот уютный свитер, с тобой я чувствую себя маленькой девочкой, которой так важно и так нужно показать  этот мир, аккуратно и точно. С тобой я чувствую, будто мой рост сантиметров тридцать ниже, и размер одежды только в детском мире. Чудеса.*Твоя частично*.

Моя сказка. Мое лето. Мой актер. Мой оргазм. Мои первые серьезные отношения. Мое безумие. Мой нервный. Мой ошибочный. Мой безответный.
О ком Вам рассказать?

[320x480]
Дымные колечки, шершавые мысли. Я сегодня никогда не забуду, я сегодня никого не забуду. Перебираю бусинки, как четки, и вроде бы надо привести душу в порядок, а не получается. Все в рваном ритме, в маленьком сне разрушающейся относительной действительности. И даже если выключить эту машину компьютер, и включить плеер – все равно не спиться. Все равно мысли лезут, а на утро их не успеваю записать, а встать с кровати, дотянуться до рюкзака, в котором лежит блокнот и ручка – не могу. Свет в комнате не включить, потому что сны наблюдаю ни я одна, и так мысли прозрачно улетучиваются и их даже не вспомнить. Территория разума граничит с безрассудством, и хочется нарушать все правила и быть плохой девочкой, и целоваться когда светофор горит красным. Хочется короткие юбки, длинные ногти, и волосы волнистые. У меня много летних ярких вещей, которые я уже хочу одевать и носить, но не могу в силу погодных условий средней полосы России. Москва, мой черно-белый город, с бегущими людьми, с миллионами машин, с оранжевыми фонарями, с сигаретами, где только можно.
Я вчера перебирала всю свою жизнь, а точнее мимо шагающих людей. Стольких мужчин вспомнила, столько слов, сказанных мне и мною, столько записей в блокнотах и столько одиночества внутреннего. Может, я в душе одиночка, которая никогда не найдет пристанище всецело, а только некоторыми своими гранями, только не навсегда. Я не буду принадлежать полностью кому-то, я не буду говорить слов «я твоя всецело», я могу дарить части мира своего и тела, а там как пойдет, там как получится.  
Хрустальные мечты, в них есть притягательная сила на то, чтобы их разбить и потом бегать босиком, и не бояться, что осколки врежутся в пяточки, и не бояться поранится и не бояться вида кровушки. Я помню слова из песни «если добровольно, значит ты довольна. Здравствуй, Камикадзе!». Я всю свою жизнь делаю добровольно, и мне бывает больно, но сейчас по-другому, сейчас все это отголоски, и пустые мотивы прошедшего времени.  

[458x453]
Белые чашки тонкого фарфора наполнены клюквенным морсом, мне горько из-за вкуса. Мерзнут пальчики, сердечко бьется, и тонкие запястья в браслетах цветастых. Морс холодный, чай горячий и последняя сигарета в пепельнице. Из глаз слезы катятся. Не вытираю, мне нравится это ощущение когда слеза впитывается в коже щеки и слегка пощипывает. Утраченная надежда ускользнула из не пухлых ладошек, словно воздушный шарик я отпустила в небо распознанных слез. Кричи – не кричи, не услышат и не поймут. Меня согревают руки расстояний и потаенных желаний.
Слышу голос света, слышу тайны своих желаний, чувствую влажные губы на своей шеи. Я никогда не буду куклой с фарфоровым лицом, длинными ноготками, и у меня вес больше 45ти килограммов. У меня большие зеленые глаза, но которые никогда не будут верными себе, и мне совершенно непонятно отчего во мне, сейчас поселилось чувство  безысходности. Прилипаю к оконному стеклу, вглядываюсь в темноту города, оранжевые фонари, проезжающие красные габариты машин – и я дышу, а потом рисую. Я пишу на столе гелиевой черной ручкой, а потом стираю все влажной тряпкой. Иногда так хочется взять и смыть кусочки жизни, и чтобы только пару капель напоминали об этих моментах. Пару капель толи слез, толи воды утекает в мою реку, которая сегодня является дорогой улицы 1905 года. Я так давно не курила на балконе, а сегодня вышла в одной майке, ветер залетел в волосы, покрылась мурашками, руки стали дрожать, и мысли шевелится. Режу тонким слоем свою жизнь, этот кусок под именем, и этот с именем, мое время года, мой месяц, моя ошибка, мой театр, мой оргазм, мое спокойствие.. беспорядочно – хаотично, как и в моем шкафу. Цветные вещи вперемешку, красные колготки с желтой юбкой, а там и шарф в цветочек, полосатые гетры с яркими трусами, лифчик кружевной возле джинс узких, фиолетовые чулки рядом с толстовкой в цветочек.
Надо разбираться, а сил нет, надо улыбаться и радоваться. И я обожаю эту фотографию.
Весна, принеси всем моим близким, родным, любимым, и тем, кто это читает только хорошие перемены!

 Пришла она, и кажется, что небо стало светлее, и снега почти нет, и что вот-вот и все взорвется в наступающей зелени. Она греет и многие наши мысли текут по-другому, с надеждой на нее мы говорим, что "дожили". У меня 21-ая весна, у меня весна иная, у меня все другое, даже звук пальцев, стучащих по клавиатуре другой. звонкой капелью. пару глотков/чашек/ кофе и я вдыхаю паршивую зиму, которую я все равно люблю, потому что в первые дни паршивой зимы у меня день рождение. .

Сегодня еще прощеное воскресение, НО меня оно не касается, и не надо просить у меня прощения, да и я не буду я его просить. У меня другое религиозное восприятие, у меня другие взгляды на жизнь, и я не хочу посвятить день тому, чтобы чувствовать обиду на других, и чтобыы обиженой выглядела я. 

Давно я не писала в режиме бреда, может быть оттого, что пишу не с превычного ноутбука на кухни, а из спальни, где я именно сплю, проваливаюсь в сон и меня никто не смеет трогать, потому что вся семья знает, что засыпаю я в районе 4х утра. Все хорошо, я знаю. Семейные проблемы улягутся, мысли разровнятся, сигареты скурятся и кофе я все не выпью.

И еще..
Вы бы знали какая я ревнивая..)

[550x368]
Земное притяжение так манит, что подкашиваются колени от усталости, когда так давно ничего не делал. Списки карт, истории болезней и маленькие дети с глазами побитой жизнью. За 300 рублей в Филатовской детской больнице, чтобы помочь. Брат творит глупости и страшные вещи, одно неверное слово и дед может свалиться с инфарктом, сестра старшая, которая срывает свои неудачи с мужчинами на окружающих слабее ее, и главное, что на своей четырехлетней дочери, которая во сне заикается. Все рушится. Деньги тратятся, мысли теряются и только в душе спокойно, относительно человека, который рядом. Я сейчас стала эгоистичная и наглая сука, которая не принимает никого в свою душу, потому что каждую ночь меня тошнит оттого, что за бардак творится в семье. Папин брат снова с амнезией, одна двоюродная сестра избила свою одноклассницу, которая же выигрывает соревнования по теннису, бабушка болеет ангиной, и в 75 это страшно. Мама пьет «Волокордин» и «Новопассит», а папа просто приходит специально поздно домой, потому, что он знает как здесь тяжело. Вторая бабушка тоже пьет лекарства литрами, потому что мой брат, ее внук чудит совсем не чудесные вещи, и ее внучка творит страшные страшилки, а правнучка еще мала. Мамина сестра не справляется на работе, потому что она каждые минут 15 начинает плакать, а папа, работая с мужем маминой сестры, поседел за неделю. Мой двоюродной дедушка умирает от рака, и совершенно неизвестны прогнозы врачей как долго он еще сможет быть с нами. Вот так все непросто в моей простой семье.

Я ЕЕ УБЬЮ!!!!!!!!!!!!!!!!

p.s приносите мне мандаринов,
кофе и сигареты.

Здравствуй, мой милый Друг!
Я так давно тебе не писала, и уже прошло время, когда наши дороги расступились, и мы остались стоять на своих тропах. Наши руки не сцеплены крепким замком, наши сердца хранят только самые старые и сокровенные тайны. Мои блокноты не хранят слова о тебе, только самые старые, которые в заклеенной коробке сейчас на даче, и с приклеенной на скотч табличкой «не вскрывать». Я помню как в 2004 году, я писала тебе стихи, отдавала их на перемене, и всю следующую пару тряслась от страха взглянуть тебе в глаза. Ты садился напротив, брала мою руку в свою и всегда твердил мне, что «Дашенька, все будет хорошо». Тебе всегда верила, тебе одному, и потом я развлюбилась и ты стал самым дорогим мне другом и человеком, который всегда был во мне. Сколько же тайн ты знаешь, и о скольких я пыталась скрывать. Сколько.. сколько..
А сейчас в моей жизни кипят страсти, совершаются новые тайночки, совершаются секретики, замаливаются грешки и приступы внутренних буйств бушуют. Ты знаешь, Друг, я уже развелась, и сейчас живу другим человеком, он мой Сокровенный. Мне спокойно внутри, он дарит мне спокойствие.
С мужем расходилась тяжело, ты же знаешь, как наши родители были и есть, привязаны к нам, и как тяжело им было понять, что все разрушено. Но сейчас вроде все успокоилось, и моего Сокровенного приняли, и я спокойна.
Друг, а я так скучаю по тебе своему, по нашим разговорам и по моим слезам на твоих ладонях, и когда-то пройденному вместе Питеру, и ты объяснял мне ступени взаимоотношений людей. Я так давно не слышала, как ты поешь, и как твои пальчики перебирают струны гитары и ты тихонечко, своим басом поешь «Облака, плывут по небу..».
Я помню, как я за тебя переписывала лекции, и только твоя мама могла отличить, где ты писал, а где я. Как же я люблю твоих родителей, и я всегда так и буду их называть Мама и Папа, для меня они очень близкие люди. Передавай им привет от меня, может они улыбнуться! Они у тебя святые люди, поверь мне! Знаешь, Друг, а я знаю, что все у тебя хорошо, что новая жизнь дает силы и возносит тебя вперед. Ты ж у меня такой сильный, такой смелый и главное, что ты большой молодец.
А помнишь, как ты сбегал с вечерних пар, и мы бежали ко мне смотреть «Не родись красивой», потому что нам нравился герой Коля? А сколько раз ты тайно проводил со мной дни – вечера – ночи – утра, когда твоя девушка этого не знала? А сколько же тебе писем я написала, и сколько эссе подарила на скомканных тетрадных листах..
Я скучаю. Но поверь, я чувствую, что ты рядом, даже когда сейчас ты так отдалился..
"Все будет хорошо"(с)
[700x666]