Заигралась маленько в шелках и теплых шалях. теплые носочки, свитера с высокими горлами и длинными рукавами - раздражение от щетины на шее. В бокале белое сухое, по венам алая багряная, на бумаге черное. мои загадочки - вопросики - звездочки - клубочки - все к чертям перегорит во мне.
Мой Огонь гороскопа воспламеняет во мне невидимые пожары с разрушительными силами. Горят во мне планеты, города, имена, даты, люди, кошки, муравьи и воздух. Запах гари приследует огарками свечей, что когда-то я ставила за свое спасение. Бенгальские огни воспламеняли во мне искры на раздражение и похоть, на сочный секс по утрам и романтику ночами - фейеверками души. Я горела в сотнях руках, меня обжигали тысячи губ, и только одна пара глаз меня ослепляет.
 

- Трудно любить ведьму?
- Трудно когда не любишь? (с)

Я ощущаю как заполнена слезами, в моем организме с октября месяца скопиось слишком много слез, и их не выплакать просто так, в пустоту. Конечно, у меня слева в груди есть шкафчик, в котором имеются запасы вопоминаний, чтобы плакать не в пустую. Раскрывай не хочу.

Я любуюсь на наши фотографии, и понимаю, насколько же я изменилась за все то время, что мое сердце бьеся неровно и хрипло. Вообще ощущение, что у моего сердца хроническая простуда: оно кашляет, чихает, хрипит и просить влаги. Температура сердца ое количество градусов по Фарингейту.

[400x479]

А уже 4-ого января я буду в самолете, который домчит меня до Москвы.
Я еще никуда не уехала, а я уже скучаю.

Нет, это не послепраздничная апатия, и не депрессия раненого сердца, это даже не дождь за окном, это просто мне хуево.
Нет ничего страшнее осознания -  оно бьет слишком больно, но самое болезненное, нервное, и колкое то, что я ничего не смогу с этим всем сделать.
Я не скажу, что именно не так, я не напишу об этом сказку, я не разрисую стены в дрожащем холоде и сырости, я просто буду молчать - переваривая в себе, и потом эта однородная масса выльется слезами - так бывает.
Уже неделю, у меня на репиде играет диск Дидюли "Цветные сны", и я вся в этих ритмах, барабанах, трубе, и танцах - порой даже босиком.
Мне хочется сорвать горло в объяснениях "что не так" - но молчу.
Терпеливо молчу.
А иначе.. я просто знаю, что будет в ответ "Не нравится? Я насильно никого не держу".
Есть люди, которые просто позволяют себя любить - так получилось, что этот случай в моей жизни, мне позволяют любить.
[488x480]

Ну, что мой друг Пьеро - мы навеки вместе, в перехлесте от сердца.
Ты у меня на правой лопатке, диагональ сердце проведена.
 

Ну, вот он пришел, Новый и уже 2010 год. Каким он будет? Не хочу загадывать. Как отмечала – хорошо и весело, танцуя босиком и отбивая пятки Вб мраморный пол в ресторане. Сумасшедшие танцы под национальный сербский оркестр трубачей. Алкоголь не пью, не хочу, не мое, два глотка белого вина за всю новогоднюю ночь, а голова не болит. Реанимация Капитана, таблеточку «спазгана», водичку холодную, и силы еще есть. Накануне проходили уже это. И так день второй в 2010, а так день третий пьянки – мы на опохмел-пати, все начиналось чинно и благородно, на столе закуски, молочный поросенок, которого выиграли накануне, пиво в кружках, сок в стаканах, через 5 часов мы снова танцуем, а я больше не могу, я залипаю под сербское телевиденье, и мне, честно говоря, уже эти пьянки поперек горла стоят, но я ничего не выскажу я же примерная девочка, и, черт возьми, не имею права на скандал. Промолчу.

Вчера ночью мне бесом в голову въелось кое-какое чувство, но я пока никому его не озвучу, все равно оно не ложное, оно как всегда верное, у меня иначе не бывает. Имея в себе силу, и знания -  я становлюсь, беззащитна и невыносима сама к себе, так уж суждено. Есть те внутренние силы, которые во благо внутреннего не работают, разрушительная сила собственной правды и только.

 А у нас дождь идет второй день подряд, а у меня клетчатый зонт, и желание спрятаться от всех, в том числе и от себя самой. Это не похмелье, это усталость от себя.

[400x532]

Я люблю – с каждым днем все сильнее и сильнее, глубже, проникновенней, но как всегда у судьбы есть свои счеты.

Люди, человечки, носители чувств и сердец!
Поздравляю Вас всех с Наступающим Новым Годом!
Желаю Вам всем исполнения желаний,
мечтаний,
счастья,
любви
(обрести, найти, поддрежать, вернуть, вдохнуть, выкинуть, прочувствовать),
гармонии с самими собой и с миром,
желаний искренних,
в нужные моменты одиночества хорошей музыки,
людей рядом близких и настоящих,
которые всегда поарят улыбку и настроение,
забот - хопот, которые будут приносить только радость,
низкого неба и
ярких звезд,
пледов теплых,
кофе вкусного,
сигарет любимых,
шоколада настоящего,
вина крепленного, и чтобы
ваши глаза искрились счастьем,
и превосходством.

Любите!!
Не запирайте сердца, они потом забьются
за вас
самих!

[500x375]

Всегда ваша -  Daria Fisher
(шизофреник-романтик)

Дыня.
Два стакана по 200гр - полные виски.
Белые чулки на худеньких ножках.
Болеро на голое тело.
Мятая простынь.
Виски. Виски. Виски.
Душ.
Чулочки. Раздражение от щетины. Хрип.
Виски.
Сон.
 

На 2010 год я ничего планирую, и даже завтрашний последний день 2009-ого я не знаю, как проведу. Я примерно помню, что на 16.00  записана в парикмахерскую, что в 14.00 мы с милым садимся в Volkswagen Touareg (рабочий), на заднее сиденье бросим мешки с подарками, и в дурацких новогодних колпачках и с мишурой на шее будем развозить подарки друзьям. Еще я знаю, что через час я пойду на маникюр, чтобы завтра быть еще краше. А еще я знаю, что сейчас вот стиральная машинка доделает свои грязные дела, и я буду развешивать постельное белье.

Я слишком четко чувствую сейчас себя в себе. Я ощущаю каждой секундой и каждым вдохом свои поры, и свои желания, свои мысли и ощущения. Я чувствую все, по-настоящему, без игр и иронии беспроигрышных лотерей. Я чувствую себя в гармонии с собой. Каждое утро я здороваюсь с небом, землей, солнцем и горами – я не шизофреник. Я учу язык, и говорю на смешанном, что порой вызывает улыбку у знающих.
Может это все слишком странно, но я только сейчас, в течение второго месяца, начинаю чувствовать, что я ему нужна, что он действительно во мне нуждается, что я дорога. А что я чувствовала весь предыдущий год? Только свою любовь и его уважение  моим чувствам и искренность желаний. Ко всему приходят, надо только подождать, нужно уметь ждать. И еще раз процитирую Илюшу Разина «чтобы быть счастливым – нужно уметь ждать». Я, конечно, не ждала как верная псина на привязи, но я просто ждала, что рано или поздно, ко мне повернуться лицом, и у нас будет подобный диалог:

- я так люблю прятаться в тебе, в твоих объятиях.
- так прячься, здесь ты в безопасности.

Я срываю глотку в хрипах ночи, и на утро смотрю еще сонными глазами, как мой родной человек одевается на работу, и входя в комнату, дергает меня за палец ноги и шепотом «Дань, я сейчас свет включу – глаза аккуратней». И я прячусь под одеяло, а потом постепенно просыпаюсь, и еще сонными глазами смотрю, как он подбирает галстук, как смотрит на меня, как улыбается, как заворачивает меня в халатик, и надевает тапочки на ножки с красным педикюром. Я тру глаза, а он целует меня в нос и «позвони днем, когда будешь идти ко мне на работу». И я еще минуты две стою в коридоре, вдыхаю Givenchy. Иногда, я так хочу разложить всю свою любовь по полочкам, разъяснить себе за что и почему я люблю этого человека, но потом забываю об этой безумной идеи и облизываю губы, вдыхая его вкус.
На моем теле испариной и каплями Givenchy.

  [604x404]

Белые чулки, строгая юбка, болеро на голое тело – нет, нет, это не новогодний костюм, это мои маленькие тайны вселенной. Это так мы одеваемся, чтобы встретить из ванны – любимого мужчину. Ох, уж эта пошлость в одежде, действиях, шепоте, на губах. Каждую ночь я растворяюсь в порочности и желании, в собственном придыхании и растерзанной плоти – черт, мне это так нравится. Я получаю всю похоть своего сознания, именно сознания, и только с одним человеком – чудеса, черт возьми.
Когда любишь, ты даже самый настоящий трах, называешь «занятие любовью», даже шлепок по голой жопе назовешь «его нежным прикосновением». Каждую ночь, я выламываю себе спину в удовольствии, и с раздражением от щетины. Каждая ночь не похожа на предыдущую, что-нибудь всегда у нас новенькое и наше.
Такие тайны нашей кровати, которая горит жаром, у которой сминается простыня в судорогах удовольствия. На кровати, после чего мы устали падаем, ты прижимаешь меня к себе, крепче сжимаешь запястье, целуешь в спину и шепотом «добрых снов» - это уже другая грань, другая наша реальность, где мои нежны, милы, и спокойны.
Я даже не могла представить, что в тебе столько сил, столько разных пороков поведения, столько невозможного, что утром я не хочу просыпаться, и ощущение, что будто я ночью вагоны разгружала, а не утопала в сладострастие наших тел. Самые нескромные желания осуществляются, говорится о них с придыханием, и я теряю разум. Пролетаю Вселенную, и еще выше, и еще свободнее, полет над вечностью, парю над собственным телом.
Занимаясь любовью с любимым человеком, «оргазм» - слишком пошлое понятие, тут, все-таки что-то другое, метафичекое, с оттиском гармонии тел. Я люблю всю свою похоть, свою страсть, которая накрывает меня, где только можно и нельзя, но впервые за всю жизнь меня может полностью раскрыть один человек – наслаждаюсь.
[396x472]

Лучший мой подарок на 2010 год,
это то, что я отмечаю его с тобой,
и 1 января 2010 мы будем в одной постеле.
Вдыхая может перегар, а может страсть - мне
плевать.

Главное - мы. Мы вместе встретим и проводим.
Крепко за руки.

«я конечно не подарок тебе, но знаешь милая, ты такая невыносимая…»

 «я застывал ночами возле твоих окон, и если ты бы не жила на 9ом этаже, я бы дышал на стекла и потом рисовал бы узоры, которые ты бы видела каждое утро…»

 «я очень хотел бы тебя целовать, долго и нежно, и не нужны мне к черту твои реакции, просто губами впитывать в тебя твое тело, твою кожу, твои мысли и дыхание твое, такое сбивчивое и такое хриплое…»

 «я бы спрятал все сигареты мира от тебя, а так же вылил бы весь кофе, и ты бы научилась- таки пить зеленый чай с молоком…»

«…а еще твои глаза всегда похожу на табличку «sex», и что-то там тако-о-о-о-о-ое неизвестное»
 
«твоя мать тебя любит, отец уважает, а я бы хотел тебя трахнуть на крахмальных простынях придорожного отеля»

«…помню, я как-то видел тебя в городе с подругами, ты смеялась и шутила, но я видел насколько ты, надменна»

«чужая ты становишься с каждым днем, и дело не в расстояние, а в том, что тебя не погасить, ты еще больше разгораешься и сжигаешь все на своем пути…»

«…у тебя своя дорога, у меня своя – не пересечемся, но помни, что ты должна беречь себя, хотя бы для себя самой»

[402x604]
Холод. ночь. страх.

Просыпаюсь среди ночи от дикого холода.
Все мое тельце покрыто мурашками, глаза аж страшно открыть, потому что кажется, что заморозятся они, и я больше никогда не моргну.
Сводит кончики пальчиков ног и рук, дрожу.
Время показывает примерно  час ночи, а меня трясет, как будто уже близится рассвет.
Мне так холодно и так страшно, и уже глаза начали слезиться, руками в поисках своего теплого и настоящего мужчины.
Я цепляюсь за простыню, как слепой котенок ищу выход из пустой коробки, мне дико страшно, и мерзлота чувствуется каждой косточкой. Кости уже будто заледенели, и я уже не в силах пошевелится.
Что же это такое происходит-то?
Мне ломит суставы, глаза не открыть, вся кожа в мурашках, и уже судорогами начинает сводит правую ногу.


Судороги.
Страх.
Глаза закрыты.


Я набираюсь смелости, и открываю глаза, а вся фигня в том, что мой любимый спер одеяло, а я от него отползла.
Ох уж эта ночь.

Я прижимаюсь к горячему родному и любимому мужчине, отогреваюсь, улыбаюсь и заворачиваюсь в теплое одеяло. «что случилось?» - спрашиваешь меня сквозь сон, «все в порядке, просто ты воришка одеял» - отвечаю, целую тебя в плечо и засыпаю.  

Кто-то жаждет моих откровений, и пытается выяснить, через каких-то знакомых как я живу, и что происходит в моей жизни. Трусость мешает спросить прямо, хотя может на московском номере и лежит стопка непрочитанных сообщений. Мне хорошо тут, где не ловит МТС, и где я диктую номер телефона, начиная с «06…», и далее по тексту.
Я просыпаюсь и засыпаю рядом с любимым мужчиной, который все еще дышит прерывисто, и который обескуражен моей красотой, он не может проникнуться до конца, что это я, и я с ним. Мои глаза часто рассказывают ему легенды моего сердца. В выходные мы в поисках подарков, а в воскресение вечером мы вместе рисуем темперой. Он раскрашивает бутылку из-под любимого виски, я же рисую кофейную чашку в море. Он рисует на мне, и с детским восторгом в глазах рассказывает об этом друзьям. Мы все также, как и год назад вдыхаем «Моменты радости» от Nivea и обожаем кофе по утрам.
Он вот знает, что порой мне надо выспаться, и поэтому на выходных почти не будит, только украдкой, только лаской, только робкими поцелуями – а я не сплю, я хитро делаю вид, что я крепко-крепко во снах, и он проявляет настойчивость, чтобы я просыпалась. Он делает мне кофе, пока я смываю ночь с лица, и расслабляюсь в тишине и шорохе его объятий.
Мне легко и свободно, даже когда наши обнаженные тела на расстояние миллиметров – мы свободны. Мы не ограничиваем, друг друга, но только иногда я ревную слишком явно, и цепляюсь за ладонь, чтобы обезопасить себя. Моя ревность может зашкаливать, и он это знает. Бывает так, что он специально рассказывает мне про женщин на работе, которые к нему как-то пытаются подкатить, но я стискиваю зубы и просто тихо и безобидно шепотом «убью их».
Мы распланировали Новый год, и будем отмечать вместе с друзьями на берегу озера, в далеко от города, где-то в горах, где-то где сердца бьются чаще и слаще, где я буду в открытом платье, а ты в бесподобной рубашке, где я буду твоя, а ты мой – наш Новый Год. Я не загадываю желаний сейчас, я не боюсь искать слова, и заключать все в словоформы – я наслаждаюсь.
Творчеству сейчас нет места, есть только моя реальность, которая меня возносит к небесам, и я красными ноготками еле хватаюсь за облака.  Держу тебя, вдыхаю, задыхаюсь.

[400x479]

И я все это сейчас пишу,
чтобы было чем занять руки,
пока алый маникюр сохнет на моих руках.

Может, стоит принять данность. Может пора признать себе, что ты зависишь от меня, от моего нахождения в твоей жизни.

Я жду от тебя письма. Жду когда объясняю на ломанном сербском, что такое махито и что туда кладут. Я танцую в рок-клубе под панк-рок, отрываюсь как когда-то в свои 15, и разрушаю сознание. Я танцую на столах, и у меня кофта с открытым плечом, чтобы все видели мою правую лопатку. У меня лифчик в панковскую клетку, и я хочу танцевать, босиком отбивая пятки об дощатый пол.

Я жду от тебя письма. Жду, когда в тихую проверяю почту, когда утренние глаза еще мало, что воспринимают, и телефон застывает в молчание. И мне, кажется, что ты сейчас намеренно пытаешься исчезнуть из моей жизни, чтобы тебе не было так больно. Чтобы ты смог оторваться от меня, как лепесток на ромашке с шепотом «любит».

Я жду от тебя письма. Жду, когда рассказываю русскую азбуку детям, и перепачкана вся красками. На букву «ш» ребенок говорит «шкура медведя», и я разрываюсь в хохоте, смысл известен только тебе и мне, но ребенок молодец – знает русские слова, и буквы, и мы уже считаем до 70-ти. А ты забываешь даты, и стираешь лица в слова.

Я скучаю, и жду от тебя письма. Дайте мне ром – спрайт – лед – лайм – мяту и Sex Pistols громче!  

Мой милый и ненаглядный я с тобой каждой клеткой. Мне непривычно и странно писать о том, что все хорошо. Между нами гармония биения сердец. Я чувствую тебя. Ты приоткрыл мне свои железные ставни, и я теперь не боюсь, мне теперь спокойно. Да, ты сложный, но ты такой искренний и правдивый. В субботу мы бегали по городу в поисках подарках, спорили – думали – рассуждали, и остались довольны всем, что накупили. Но мы не могли пройти мимо нижнего белья с детской печенкой из «Шрека» и купили килограмм белья и мне – да-да, я в свои 22 ношу исключительно детское белье и белые чулки для контраста и красоты. Я буду целовать тебя очень романтично, и похотливо. Я буду твоей девочкой, и слишком робкой особой.

Амели моя ‎(11:37):
в тебе фонтанирует счастье, ты в буквальном смысле захлебываешься всем тем, что сейчас тебе дарит твой мужчина. Ты так высоко летишь, что ничего иного не видишь, кроме света. Тебе тепло и уютно. Такое ощущение, что бездомный ребенок, очень много лет скитающийся, от порога до порога, от пинка до улыбки и вновь пинка, наконец-то нашел свой дом. И вот теперь греется, питается, и просто не верит своему счастью, что возможно вот это действительно именно ТОТ дом, который он так искал. Он хочет строить, облагораживать. Готов работать круглые сутки напролет, не жалея сил, только бы этот дом действительно стал его. Как-то так

Амели моя ‎(11:38):
в тебе сейчас очень много сил и энергии
ты с радостью принимаешься, включаешься во все его начинания
бросаешься и свято веришь в его слова.

Амели моя ‎(11:39):
Только его слова для тебя сейчас, правда и истина. Никто и ни что кроме него для тебя сейчас не имеет ни значение, ни какой бы то ни было

Я люблю - и я готова об этом кричать, но за второй месяц жизни под одной крышей, в одной кровате, я ни разу этого не сказала вслух, ведь у меня такие болтливые глаза.

Сходили-таки и мы на "Аватар".
Ага, на английском языке с сербскими субтитрами.
Ага, конечно же я Все поняла, главное, что переводчинк был рядом.
О фильме говорить не буду.
Имхо оставлю при себе.
Тссс..

И все-таки я всегда буду для тебя не_просто_родственница. И как бы я не накрывала себя грязью, пороком, духотой - ты непобедим. Сколько бы я тебе не рассказывала тебе про своих мужчин и страстные ночи - все равно ты все также преданно меня любишь.
Пошел третий год...
Я твоя, черт возьми, родственница,  а не любовница! 
Тебе нравится меня баловать, и быть прекрасным ухажером, с дорогими подарками и капризами, но ты пойми, что я никогда тебе не смогу ничего дать. И факт того, что ты брат моей мамы, хоть и двоюродный меня отталкивает. Не люблю я тебя, как мужчину. Не люблю.
Мне 22 - тебе 40, о чем мы можем толковать? Ты любишь каждый мой миллиметр, восхищаешься красотой, каким-то умом, вызывом и стремлением. Тебе нравится наблюдать как я меняюсь, и как еще больше пытаюсь облить себя дерьмом, чтобы тебя оттолкнуть, но ни в какую. Ты пишешь мне "Девочка моя, я все равно тебя люблю. До тебя я не знал об этих чувствах - ты открыла мне, такому уже старому горизонты и миры, а я дурак - школьник". Ты хоть сам понимаешь, что за ахинею ты говоришь? Я твоя племенница, а не любовница. Не будь дураком, просто прими тот факт, что я наровне с другими твоими племнниками: Машей, Тошей, Ваней, Лизой, Василисой ит Аней. Мне не нужны дорогие подарки,  и прочее - просто запомни, что я тебе родственница.
"Я хочу чтобы ты родила мне ребенка"  - ты что за бред? Какой ребенок? Тебе жену надо, а не красивую девочку с картинки. Услышь разум, блин!
Я твоя племенница, а не любовница.
[630x428]

А кто-то говорит,что мы с тобой похожи...

 

[450x298]

Я просто тихо и спокойно тебя люблю. Понимаешь, милый, все сложности я прячу в себе, и никогда не признаюсь тебе в них. Сейчас я чувствую себя в твоей жизни, сейчас я чувствую, что я тебе нужна, что у тебя что-то неловко просыпается ко мне.
На дворе 25 декабря, а у нас за окном +18 градусов. Я чувствую, как ты сжимаешь меня в объятиях, растворяешься в нежности и таишь как шоколад на солнце.
Я люблю тебя.
Мы с тобой все сможем, построим настоящие горизонты, и будем жить счастливо, приоткроем все двери и смело, сцепившись ладонями шагнем вперед. Мы отважные путешественники по собственным мирам, открывая вертикали и диагонали сознаний, и только шепотом, одними губами, я скажу тебе, что я не могу без тебя. Эта душевная зависимость превращается в физическую, без тебя не дышать и не жить.

Я прошу прощения у Господа Б-га за все свое прошлое, потому что ошибки слишком порой жестокие, и возможно я еще не рассчиталась за них. Мне сложно признать и принять все одной, и я чувствую, что ты мне поможешь – ты даешь мне уверенность.
Держи меня крепко-крепко, я не исчезну, просто без тебя мне страшно.

[450x300]
Я училась быть красивой для тебя и с тобой.
Одевая высокие каблуки, короткие платья, узкие брюки, майки с декольте и золота на тонкой шее.
Я размазывала себя по твоей коже, и впитывалась, словно крем для сухой кожи, словно так и должно быть.
Я целовала тебя тогда, когда ты этого не хотел.
Готовила вкусные ужины, и, нахваливая меня, ты ждал реакций, а я молчала.
Ты говорил мне, что на выходные сбежим, но не выключаешь телефон.
Ты просишь меня быть открытой с тобой, когда все твои двери закрыты от меня более чем от кого-либо.
Я надевала белые чулки и красными ногтями впивалась тебе в плечи, целуя нежно, и страстно.
Я пила махом холодный виски и маленькими глотками белые вина.
Я была для тебя каждым вдохом.

Ценишь ли ты это?
Смотришь ли на это глазами добрыми?
Думаешь ли обо мне в свободные минуты?
Дрожишь ли от воспоминаний?
Помнишь ли, как твои ладони касаются моей спины?
Улыбаешься ли мне?

А ведь ни черта не изменилось, все милый точно также.
Все тоже самое и сейчас, каждым вдохом и каждой секундой, каждым мгновением.
Я твоя.
Все также высокие каблуки, короткие платья, вилка в левой, нож в правой руках.
И только так, и только сейчас ты осознаешь, что я слишком много делаю для того, чтобы ты был счастливым.
Ты обязан быть счастлив.
Со мной.

К черту эти слова беспечности.
Я смогу стать сильней еще, и противостоять этому влиянию.
У меня расписан каждый час, и я уже не понимаю, что такое вставать около часу дня – очень хочется.
Ты теперь целуешь меня между лопаток и сжимаешь запястье.
Теперь я растворяюсь в нежности, как сильно ты сжимаешь меня.Теперь я чувствую себя в тебя, а не тебя в себе.
Я пытаюсь быть собой.

Время мчится по дорогам, рассекая асфальтированные ковры.
Я рассекаю своими маленькими крыльями эти облака, что в растворяются в горах туманом и дымкой сумасшествия.
Мы ставим задачи и тихонечко идем к их решение, расписывая каждый шаг алгоритмом свободы.
Губы, зацелованные тобой сквозь сон.
Стрелки часов прибегают к отметке «3» и ты почему-то начинаешь меня целовать, возбуждая уже не только сознание.
«Мне определенно нравится, когда ты в белом белье, контраст твоей смуглой кожи и еще татуировка…мммм..» - ах ты мой извращенец, родной.
Стекла вдребезги, и стаканы полны до краев апельсиновым соком.
 

Жажда мучает.

«Она надолго тут?» - «Как получится» - «Ты сам хочешь?» - «Как дорога повернет, но я буду рад» - «Она такая красивая у тебя» - «У нее глаза зеленые» - «Ведьмочка?» - «Есть немного». 

За заходом солнца следует рассвет, за моими глазами бездна.
Мы растворимся в полусне и полудреме, целуя друг друга в оголенные участки кожи.
До утра выживаем дыханием тел друг друга.
Я долбанный фетишист – я обожаю целовать твою спину.
Помнишь, как я разрывалась в тишине и сумраке этой  комнаты постельных тонов.
Я ударяюсь о стенки своих слов, и пальцы в кровь и лица размазаны в прошлом.
Нашем прошлом.
Из уст проносится фраза «а помнишь когда мы…»
Я в трусах с коровками сижу листаю твои капитанские журналы, и тебе так нравится эта картина, что растворяешься в умиление и улыбке.
Мы съедаем на двоих тонны шоколада.
Ты любишь смотреть на меня, когда я сплю, и сам украдкой целуешь, будто боишься.
«Не развивай во мне комплексы!» - ключевая фраза вчерашних покупок.
В этом городе просто нет размеров на меня, ну нет тут девушек размером XS.
Мы учимся быть вместе и делать все поровну, хотя какого черта посуду мою только я?
Ну и, что я все равно тебе улыбаюсь.
Ты ни один день не можешь представить меня вне тебя, ты уже сам часто говоришь «мы» и «у нас» - а я так редко, только с собой, акцентирую на этом внимание.
Наши небеса опускаются ниже только для нас, и солнце слепит меня.
Губы мои искусаны в желание тебя, и только ты.
Черт возьми, что со мной?
Ты горячий даже уже изнутри, и мне главное не получить ожоги и травмы крайних степеней.
Не бежать, не спешить, все постепенно.
Раскрыться перед тобой, и ты увидишь меня обнаженной, целуя каждый мой миллиметр, распыляясь в сплетение тел.
Можно тихо-тихо заснуть,  чувствуя твою руку у себя на талии, и крепче прижимай к себе.
Небо нам даје снагу!*

[450x539]
 

*Небеса дайте нам сил.