сижу пьяненькая тут, а за окном трещит мороз и снег искрится, а не мой васька, кошачий потрох, лежит себе на моих же коленях и тихо бздит, вонючка.

грустно мне.
грустно мне, ребяты!
чё делать?
как быть?

только два вечных вопроса волнуют тонкую душу.

про третий вопрос забыла: зачем?

ой! а четвертый еще: почему я?

одно обстоятельство не может не радовать - гидрометеоцентр лично мне ничего не обещал, но к бабке не ходи, а ясное небо завтра обязательно меня разбудит. дождусь, когда чужие, а потому и послушные дети проснутся, накормлю их завтраком, замотаю их в варежки-валенки и пойдем пугать заиндевевший лес звонкими голосами.

жаль, что нет никакой возможности бывать здесь вместе после заката и наблюдать картинки невозможно тихих и ароматных вечеров родины моей, моей малютки.
благоухает все: и луна и звезды, и свет в окне соседского дома, и лай, как-будто грозных, шавок и даже ветерок, приносящий эту брехню мне.
пахнет все. и все пахнет завтрашним хлебом. меня принимают в доме рядом с которым, на соседних улицах, живут дружной слободкой пекари. НОНПАЗЫ.
...а завтра утром кого-нибудь из младших отправят к ним и волшебный запах придет и в наш дом, собирая всех за самым большим столом...

...и вырву из обжигающей лепешки добрый кусок и раскрою его нежно, а в самое его сердце положу кусочек масла поменьше, но такой же добрый, а сверху залью это счастье янтарным и пахучим, как все цветы мира, медом.
масло, тая, сольется с медом и унесет меня туда, где деревья - великаны...

всё. всё есть.
когда подписывала ведомость о получение документа, руки, от волнения, тряслись так, что сейчас я не узнаю свою подпись.

да, да, п.а., ты прав!
мои руки растут из опы, когда речь заходит о фото, потому что не умеют даже держать аппарат.
кстати, под текстом есть "комментарии" - все, плиз, туда.
и нех засорять эфир ...