Луна
[400x300]

Ангел
[443x500]

Руки
[557x699]

Маска
[700x525]

Ворон
[488x365]

ЧБ кладбище
[375x500]

Могила
[291x399]

Ангел с крестом
[700x525]

[558x699]
666

Я - раб-исполнитель.
Я - верный Служитель Высочайшего!
Заклинаю Божьим твоим именем,
утренней звездой, созданной тобой,
воле которого покорны сорок духов зла
и все силы добра.
Среди них есть князь князей
и царь всех царей
из долины теней, из страны смертей.
И сидит он на троне вечности,
на голове у него венец,
на руках семь золотых колец -
с понедельника до воскресенья.
На груди князя тьмы ключи Соломона висят,
огненной геенной ключи горят.
Под ногами князя книга лежит,
сам Сатана эту книгу сторожит,
запечатана она семью замками,
и закрыта царя Соломона ключами
вся Господня неделя.
Подойду я к князю поближе,
наклонюсь к ногам его пониже,
книгу из-под ног его забираю,
именем твоим ключи с князя снимаю.
Обойдя легион духов зла,
двери мудрости отпираю,
Теургией Твоей в мастера себя посвящаю.
Я, раба Божья (имя). Святую Троицу знаю,
а имена дьявольской троицы в знаках книги читаю.
Господи, Всемогущий Бог,
создавший все из ничего,
даруй мне познать через ключи Соломона
всю мудрость его.
Ты, давший нам вечную жизнь через смерть свою,
дай благословение на чудеса исцеления.
Даруй мне познать Тайну,
неподвластную уму человеческому,
чудо рождения и тайны смерти-забвения
именем тайной Троицы
и именем той, чьим молоком ты. Предвечный, был
вскормлен
во благо и благие цели.
Хочу употребить твой ценный дар.
О, духи и полу духи, Андрагины и Ангелы.
Тернер! Тетраграмматон! Явитесь мне!!!
Гексаграмму начерчу углем,
Пентаграмму - огнем.
Теургию яви, Тетраграмматон.
Тетраграмматон, действуй!
Сила царства, будь под моей левой ногой,
сила таинства, будь под правой рукой.
Да пройду я, непоколебима,
между колонн, на которых стоит храм!
Да не померкнет блеск мудрости!
Да свершится мое заклятье!
Упади светом ночной звезды, легион страха!
Да наполнюсь я тайной силою, как сосуд!
Аллилуйя, аллилуйя, аллилуйя.

Красивые крылышки
[550x515]

midnight vampire
[458x698]

[499x698]
Вампир

От тебя пахнет кровью,
Мои дёсны взрываются страстью,
Что с глазами твоими, почему губы шепчут: «Ужасно»?
Я тебя не обижу страданьем и болью.

Ты кричишь исступленно,
Ты смотришь, не можешь поверить,
Пересохший язык мой скользит по твоей нежной шее
Обещаю: не будет больно.

Я хрипло дышу тебе в ухо,
Ты умрёшь перед самым рассветом,
Твоя жизнь заструилась по моим жадным венам,
Она приглушит мои муки.

Твоя кровь горяча,
Я могу захлебнуться блаженством,
Кровь сравниться с бодрящим воздухом вешним,
От неё я в безумстве пьяна.

Меня гнать будет свет…
Твои члены белы и красивы,
Твоё мёртвоё тело, лишённое жизненной силы
Так увидит рассвет.

Виселица
[252x350]

Оружие
[500x615]

Цветы
[699x538]

Ангел девушка 3
[378x698]

Ангел девушка 2
[326x393]

Ангел девушка
[337x384]

[306x400]
Несколько вариантов ответа на вопрос, сколько надо готов, чтобы заменить лампочку?
- Какую лампочку?!
- А нам все по фигу, у нас свечи есть.
- Три. Один чтобы, потея и кряхтя, заменить её, и два чтобы сидеть в стороне и неспешно обсуждать Лорда Байрона, новый диск Sopor Aeternus, и решение метафизических проблем в концепции суфизма.
- Ни одного, они лучше будут сидеть в темноте и плакать.
- Два. Один, чтобы сделать это, и еще один чтобы скулить, что Тило Вульф сделал бы это лучше.
- Шестеро. Один чтобы заменить лампочку и пятеро чтобы кричать: «О выключи этот кровавый свет, раздирающий мои глаза и сердце!»
- Вопрос поставлен не верно, правильно было бы спросить - сколько нужно народа, чтобы уговорить гота вкрутить лампочку?!
- Два. Один вкручивает, а другой ему рассказывает, как он готично это делает.

[375x500]
Кладбище

Вот кладбище опять передо мной,
Мне город мертвых руки простирает,
И чувство странное меня не покидает,
Что вновь вернулась я к себе домой.

В чуть подсиненном вечером снегу
Кресты, как притаившиеся души,
Чернеются сквозь слабую пургу
И шепчут мне:"Остановись... Послушай."

И я иду сквозь ряд чужих могил,
Читая выцветшие надписи и даты
Тех, кто когда-то жил, любил,
А может быть, и здесь бродил когда-то.

Синеет вечер, наползает тьма,
Надгробия теряются из виду,
Решу уже, что уходить пора
Давно... и вдруг к могиле странной выйду.

Склонившись, разгребу холодный снег -
Узнать лишь то, что видимо я знаю,
И сквозь усталость побелевших век,
Я улыбнувшись, надпись прочитаю.

И ангел каменный с опущенным мечом,
С крылами, занесенными метелью,
Меня легонько тронет за плечо
И тихо мне промолвит: "Полетели."