[241x340]
Настроение сейчас - хочется пошалить.Он был добрым, щедрым и умным, но рожденный на окраинах гетто, не имел почти никаких прав. Отец его был беден, занимался мелким ростовщичеством, едва сводя концы с концами.
С детства ему приходилось много работать, в основном это был единовременный грубый физический труд, на постоянную работу не брали, ибо никому из приличного общества не хотелось признаваться, что они используют сверхдешёвых чернорабочих из гетто.
Не далеко от перекрёстка, откуда уходили первые дороги его жизни, была парикмахерская "У дяди Зивы" - место, где мальчиком он проводил почти всё своё свободное время. Дядя Зива был уже стар и пользовался колоссальным уважением среди жителей гетто, в основном из-за своих житейских мудростей и способностей, благодаря которым ему было разрешено содержать парикмахерскую. Мальчик долго смотрел, заворожённый, как ловко ножницы в руках дяди Зивы делали из макаронин, свисающих с головы, красивые причёски и как надушенные и гладко выбритые джентльмены с гордым видом выходили из парикмахерской, небрежно бросая плату за отлично проделанную работу.
Однажды, когда не было посетителей, дядя Зива рассказал мальчику свою не малую на приключение историю. Он рассказал про то, как с детства был слаб и не мог никак иначе заработать, кроме воровства, как его поймали однажды. А так как им было лень искать виновного, то его осудили и за убийство. Он был человеком из гетто и не имел прав. Как долго сидел, завёл дружбу с разными людьми, как научился всему, чем владеет. Когда же его освободили, то бывшие его сокамерники помогли ему встать на ноги и получить разрешение на работу в парикмахерской.
Мальчик был ещё слишком мал, чтобы понять весь его рассказ. Его заинтересовали последние слова дяди Зивы: "... вот так, мой мальчик, я вырос от мальчишки, ворующего пирожки из булочных до брадобрея"
Эти слова о том, что дядя Зива вырос добра добрее отпечатались в голове мальчика на всю жизнь.