Если говорить о простых пользователях музыки, то что-то не могу уже видеть ушибленных музыкальным образованием и их отрицание, вызванное заметными психологическими травмами. Взрослые люди сжимаются, в глазах ужас от простейших вещей. А потом начинают рассказывать про то, как их в детстве мучили, заставляли, и чуть ни плачут. А сами музыку любят, и к ней способны.
Ну что за безобразие? Также больно видеть тех, кто при встрече с информацией за первый класс музыкальной школы говорят "я этого не знаю, не понимаю" и сразу пассивно опускают руки. А копни - каждый может после пары занятий.
Правда, эти занятия приходится наполовину тратить на то, чтобы расколдовать человека, растолковать ему, что бояться нечего. Надо всё время отвлекать игрушками и показывать, насколько всё просто и сейчас получится. Преодолевать сопротивление.
Мне таких ужасно жалко и всегда безумно хочется помочь. И это у меня получается, что интересно. Только поток травмированных бесконечен - это последствия целого периода в стране.
Но почему тогда все говорят, что музыка - это очень сложно? Сложность ее в другом. Теория - в принципе, простейшая, изучается мигом при желании, это уровень математики за третий класс. Выучивается семь названий нот, знаки альтерации и нотного правописания, выучивается, как нота выглядит на инструменте - на клавиатуре это происходит быстро, на других инструментах подольше - и в принципе человек вооружен.
Но для чего вооружен? Для личной практики. Дальше начинается самое главное: надо слухово соотнести теорию с ощущениями от реальных звуков произведений, научиться эти ощущения внутри себя различать. Отличать на слух кварту от квинты, субдоминантовое ощущение от доминантового, пунктир от свинга, большой мажорный септаккорд от малого мажорного, терцкварт от квартсекста. Научиться это слышать в произведениях. Набрать слуховой багаж и механические навыки в руках - быстрое попадание в нужные клавиши, уверенные готовые гармонические ходы в употребимых тональностях.
Или обратный путь: любовь к музыке и ее слышание уже есть, а теория расскажет, как именно люди договорились называть то или иное музыкальное ощущение, как классифицируют типичные музыкальные обороты, как они работают.
Это удобно - пользоваться теоретическим инструментарием. Сначала простейшим, потом может возникнуть интерес к сложному. Но не насильно, конечно.
И всё это - лишь промежуточный технический этап, как письмо и чтение. Дальше - вся литература мира. В случае с музыкой - вся музыка, созданная человечеством. Игрушечные или настоящие, более или менее сложные музыкальные задачи.
Но даже простая песенка тренирует душу. Любой шажок вперед, хоть изучение и применение первых трех аккордов - это событие, притом, судьбоносное. Человек перестает в музыке быть пассивным и прибитым, напуганным и неуверенным. Он творит и участвует сам в искусстве.
Если бы это было абстрактное знание - еще туда-сюда, можно и не знать. Как девайсами пользуемся и не знаем, что внутри. Как космогонию знаем приблизительно, нам важнее уметь разбираться с ключами к дому, понимать, что такое деньги, уметь включать и выключать газ и воду.
Музыка же лежит на грани между абстрактным и практическим. Казалось бы, без нее можно жить. А на практике - нет.
Оказывается, она - важнейшая часть человеческой жизни. Учить ей только талантливых - всё равно, что читать никого не учить, только избранных по конкурсу. А остальные пусть живут и не мучаются, обойдутся без книг. Но на самом деле они - мучаются, потому что не исполняют свое предназначение, не получают запланированные уроки души.
Да, кому-то грамота не поможет, и обучение будет зря. Но мое сердце болит за тех, кого безграмотность лишила важнейшего и запланированного судьбой куска жизни. Ампутировала, можно сказать.
Когда люди говорят, что вовсе не собираются петь и играть, это совершенно не значит, что они этого действительно не хотят. Это может маскировать смущение, выученную беспомощность и попытку сохранить лицо. А маленький ребенок, лишённый самой лучшей на свете игрушки, внутри плачет.
И еще замечу. Попытавшись исполнить самую простую музыку, человек уже иначе слышит и воспринимает чужие исполнения. Заглянув в ее структуру, начинает больше понимать, от чего влюбленные в музыку люди получают такие глубокие ощущения.
Человек испытывает максимальное погружение, когда музыку не только слушает и дергается под нее, а напевает, наигрывает, аккомпанирует себе и исполняет. Способен подбирать любимые песни, даже сочинять свои произведения. А для этого нужно хоть минимально знать ее конструкцию и способы записи - классические вроде нот, или альтернативные вроде аккордовой цифровки или пианоролла.
Но в обучение надо заманивать, а не запихивать. Знания надо подавать как самую привлекательную на свете ценность (чем по сути они и являются). Педагогическое насилие - не проблема музыки и ее предметов. Это проблема педагогов, которую они сделали проблемой учеников. И покалечили
Читать далее...