В колонках играет - LemuriaНастроение сейчас - Это не настроение. Это жизнь.Через неделю Новый Год. На улице – весна. Дождь и солнце. Дождь, дождь, вечный дождь, ненавижу весну. И эту поддельную зиму.
«…хочется опять начать сначала Куплет печальный» Зонтик остался дома, поэтому успеваю хорошенько вымокнуть, пока прохожу два квартала до «Рэд булла». Там тихо и спокойно, для байкеров еще рановато, а «нормальный» народ заходит редко. Молчаливый бармен, стул в углу, «мне как обычно». Как хорошо быть «ничем», ни о чем не думать, ничего не слышать, но жизнь идет без остановки, моя и чужая. Через час бар начинает наполняться, и я ухожу снова под дождь. Галерея «Дзига» уже работает. Почему бы и нет
Медленно иду между двумя рядами странных картин, оставляя мокрые следы. Но здесь нет сердитых старушек-уборщиц, нет пугающих знаков «руками не трогать», здесь есть только я и чьи-то мысли, чувства, эмоции, чья-то жизнь, выставленная в картинах, необычных, нестандартных, порою забавных, порою пугающих, как вот этот «Аборт. Портрет эмбриона». А еще за углом есть кафе без вывески, посвященным людям известное; там варят великолепнейший кофе, там всегда найдешь знакомых и в то же время чужих, которые ни о чем не будут спрашивать, не будут лезть в твою жизнь, учить, давать советы, а просто потреплются о разной чепухе. Я не знаю их возраста, не знаю их настоящих имен, тут есть и желторотые юнцы, и поседевшие в боях с пошлостью и банальностью ветераны, тут есть авангардисты, натуралисты, модернисты, есть байкеры и рокеры, есть толкиенисты, арфисты и йоги. Вот Аля, такая худенькая, что, кажется, вес имеют только глаза – большие, серые. Я видела раз ее бело-синие картины – женщины, цветы и птицы, такие прекрасные и беззащитные, что хочется заплакать. Бойфренд бросил ее, когда оказалось, что она больна. Рак. А вот Дед, он кузнец, делает великолепные розы и оружие. Мы почти никогда не разговаривали, но однажды он сказал, что придумал для меня меч– стилизация под Германию 12 века, гарда и клинок украшены узором из лилий. А это Дзен, он учился в той же школе, что и я, но лет на 10-15 раньше. Занялся бизнесом, разбогател, примкнул к клану «новых русских», а два месяца назад от него ушла жена, с тех пор он почти каждый день.
Здесь в углах всегда клубится сладковатый подозрительный дым, усталые проститутки пропускают рюмочку перед «вечерней сменой», здесь есть живая музыка - двое гитаристов, то ли брат и сестра, то ли муж и жена, поют грустные песни на неизвестном языке. Тут можно забыть о том, что world owns me.
И встать я не встаю, и спать не спится
И так проходит ночь и утро настает,
Все говорят «Весна…» А дождь не устает,
Все продолжает литься,
И я с тоской смотрю, как он идет (с)