только что дописала
***
Начинался новый день. Я видела его из окна - светло-серое небо. Встаю и открываю окно. На меня подул свежий утренний ветер. Придется прожить еще один день. Я сажусь на подоконник и смотрю вниз. Вижу раскуроченную мостовую и полуразрушенный дом напротив. По земле стелятся обрывки то ли почтовой бумаги, то ли чего-то еще. На улице ни души, все еще дома, или там, где когда-то был дом. Город как будто вымер: не слышно ни криков птиц, ни лая собак, листья на деревьях блеклые и даже как будто серые, хотя распустились не так давно. А на небе, затянутом тучами, солнца нет уже несколько месяцев. Или это я его не вижу? Последний раз я видела солнце двадцать первого июня тысяча девятьсот сорок первого года. Тогда я видела голубое и яркое небо, покрытое кучевыми пушистыми облаками, зеленую траву и улыбки людей. У меня было многое, а сейчас осталось только мрачное небо.
Я выхожу из своей комнаты на чердаке и иду в госпиталь, расположенный в здании, где раньше была школа. И я опять весь день на автомате буду пытаться спасти хоть кого-нибудь. Как первое время помогала мне эта работа! Отвлекаясь на больных, я не успевала думать о своем. А теперь… Все уже притупилось, и в голову лезут непрошенные, изматывающие мысли. С каждым днем мне становится от этих мыслей только хуже и хуже.
Проходили дни, месяцы, шла война, а небо оставалось все таким же – серым, затянутым облаками. Для меня ничего не менялось: все так же взрывались бомбы, все так же умирали люди. А мной овладела боль, тупая, невыносимая, от которой некуда было деться.
Каждый день я просыпаюсь, и все повторяется сначала: крики и стоны раненых, боль, тянущее, давящее к земле чувство в самом сердце и небо – мрачное, напряженное, тесное и безграничное одновременно. И каждый день я жду вечера, чтобы поскорей вернуться домой, залезть на свой чердак и сидеть на подоконнике, подальше от земли и ближе к … Небу. Иногда я вспоминаю то, что было до этого. Кажется, что это было так давно, что вспоминается с трудом, по частям, как в тумане. Я резко вскидываю голову и всматриваюсь в небо… Но оно все то же, серое и мрачное.
И я уже почти не сплю. Во сне мня снятся умершие. Я сижу на подоконнике, вцепившись в раму, смотрю на небо. И стараюсь не думать о нем. О том, что он может умереть.
А однажды, когда моя смена в госпитале подходила к концу, в палату ворвалась медсестра с криком:
- Победа… Война кончилась, мы победили, ты слышишь?!
Я стояла, словно громом пораженная. Потом сорвалась с места и побежала. Из госпиталя, по улице, дальше, к дому. А небо было почти темное, прогрохотал гром. Когда я добежала до дома на землю упала первая капля дождя, а потом началось – засверкали молнии, раскаты грома не прекращались, и дождь лил сплошной стеной. Я упала на землю, слезы текли по моему лицу, смешиваясь с каплями дождя. Мое тело сотрясалось от рыданий… Слез… За все четыре года я не проронила ни слезинки, а сейчас… Я выплакивала все. Мои пальцы вонзились в мягкую землю, я подняла глаза на небо, ливень уже сменился на обычный дождь. И я опять посмотрела на землю. Мне показалось, что земля облегченно вздохнула.
……………………………………………………………………………………………………
Прошел уже месяц, а он не пришел. Не пришел. Не пришел. Не пришел.
……………………………………………………………………………………………………
Спустя несколько месяцев я шла вечером мимо лесной опушки и вдруг увидела его. Он сидел под деревом, запрокинув голову. И время остановилась. Я стояла и смотрела на него, он опустил взгляд и увидел меня, встал и подошел ко мне. Я посмотрела в его лицо, его глаза, и все подернулось туманной пеленой слез.
- Где ты был… Так долго? – мне едва удавалось произносить слова – у меня стоял ком в горле.
- Тебе лучше не знать… Правда.
Но я уже догадалась. Концлагерь. Наверное, в моих глазах отразился такой ужас, что он понял.
- Успокойся… Я бежал два месяца назад. Потом пешком пошел куда глаза глядят. Долго, очень долго искал родину. Но самое обидное знаешь что, - он резко обернулся, - когда я пропал, никто даже не вспомнил обо мне – да что обо мне, ни о ком не вспомнили. Тебе ведь даже не выслали сообщение о моем исчезновении-смерти? Я знаю. Я вернулся сюда только потому, что ты меня ждала. А когда я шел назад – люди, которых я видел – какая у них была настороженность в глазах, боль, отчаяние, -и никто – никто - не знал чего ради мы воевали, зачем мы страдали, кому стало лучше – на войне не бывает выигравших!!!
Он был прав, тысячу раз прав. Да, мы победили, но что это была за победа, какой ценой она нам досталась. Я видела эту победу в криках, в могилах друзей, в своей покореженной судьбе, наконец…
…………………………………………………………………………………………………….
Мы уже полгода жили вместе. Он все еще никак не может привыкнуть к мирной жизни. А я до сих пор часто смотрю на небо – и оно такое же серое.
Если у нас когда-нибудь родятся дети, возможно, они и увидят яркое сияющее голубое небо и ярко светящее солнце на нем, но для нас оно никогда не станет таким же бесконечно счастливым и
Читать далее...