Моей Дашечке посвящается!

Я найду тебя, моя светлая леди,
Даже в замке серых теней.
Белым зверем брошусь по лёгкому следу
По дороге в тысячу дней.
Я узнаю тебя даже в сером платье,
Даже с маской вместо лица.
Я спасу тебя от серых объятий,
От постылой лжи и венца.

Оглянись вокруг – почувствуй беду,
Ведь они украли твою любовь,
Позови меня, я на зов приду,
Чтобы жизнь к тебе возвратилась вновь.

И качнётся вода в оловянной чаше,
И запнётся жрец Пустоты.
На моём пути мне ничто не страшно,
Мне нужна на свете лишь ты.
Посмотри на них – они просто тени
На гиблом болоте огни.
Разорви в душе паутины сплетенье
И в наш старый замок вернись…

Там в зелёных полях гуляет твой конь,
И безоблачна синего неба высь,
Там горит по ночам на окне огонь,
И трава неслышно шепчет: «Вернись…»

Я успею к тебе, мне нельзя иначе,
Я от смерти тебя спасу
И пусть в храме обряд вот-вот будет начат,
Обручальные кольца внесут.
Я успею выкрикнуть твоё имя
И развеять липкий туман,
Ты почувствуешь серые тени чужими
И поймёшь, что это обман.

Я вернулся снова, твой верный друг,
Я один, но я выдержу этот бой,
Мой клинок разорвёт наваждений круг,
Ты проснешься, и снова станешь собой…

Вот и всё. В глазах темнеет
Лютня выпала из рук
Только что был менестрелем
А теперь я просто «глюк»

Я сижу на поле битвы,
На врагов своих гляжу
В путь пора, но я убитый
И немного торможу.

Мне теперь одна дорога –
В гости к Мандосу шагать
Посижу ещё немного
И пойду народ пугать.
Где мой белый хаератник?
Намо, я уже иду!
(Знал бы, что пойду в мертвятник,
Захватил б с собой еду)

Враг мой долго извинялся
Прежде, чем меня убить
Без обеда я остался
Что страшнее может быть?
Очень хочется мне верить
Что врага настигнет месть
Нет важнее в жизни дела,
Чем три раза в день поесть!

Я шёл тихо, безоружный,
Просто вышел погулять
Так зачем же было нужно
Менестреля убивать
Что вам сделал мирный хоббит
Упади на вас Творец!
Неужели не доходит:
Не маньяк я а певец!

Но пора, я умолкаю –
В Мандос надо уходить
Мне теперь всё «по сараю»
Духа ведь нельзя убить
Как сидел я в стране мёртвых
Неохота вспоминать
Только помню по приходу
Вопль Намо: «Как, опять?!!!»

Это цитата сообщения Black_Unicorn Оригинальное сообщение

красивая картинка!



...
[494x699]

A Elbereth Gilthoniel,
silivren penna miriel
o menel aglar elenath!
Na-chaered palan-diriel
o galadhremmin ennorath,
Fanuilos, le linnathon
ve linde le ca Valimar
nef aear, si nef aearon!

A Элберет Гилтониэль,
Что видит все мои пути,
В темнице ночи, в черной мгле
Надеждой ясною свети.
Под сетью сумрачных дорог
Подняли земли королей
Два светлых западных крыла
На этом берегу морей.

A Элберет Гилтониэль,
C небес глядящая насквозь,
Открой ворота облаков
В сиянье синих звездных слез.
Кто поглядит под пепел лет?
Мой путь далек на сотни лиг.
Но сердце остается здесь,
На этом берегу земли.

Это цитата сообщения -KRASOTA- Оригинальное сообщение

. Немного красоты для вас :)



Автор фотографий zebpa Site
Немного грусти.
[700x525]
>>>>>

[350x480]
Пусть я не в здравом уме, зато в своем.

Титул - не украшение человека, а способ потешить его самолюбие.

Я верю в чудеса, даже если приходится творить их самой.

Кто агрессор? Я? Да.. пожалуй, вы правы

I'm smiling because they haven't found the bodies yet.

Не пойман - не ассасин.

Жизнь – это суп, а любовь – это ложка.

Самое страшное испытание не смерть, не предательство. А полная неспособность хоть чем-то помочь тому, кто тебе дорог.

Верные слова не изящны. Красивые слова не заслуживают доверия © Лао Цзы

Заклинания и молитвы работают только у тех, кто живет лицензионную версию жизни.

Not an adult at all, just a tall child holding a beer.

Меняя жизнь, не изменяй себе.

У нее было трудное детство. Трудное в основном для ее родителей.

Человек прекрасно слышит голос разума, но он ему противен.

Легко быть мудрым и спокойным до тех пор пока кто-нибудь не помочится тебе на голову ©

Сего красавца прислала Ди. Она все еще читает мою книжку и, видимо, прониклась))))
[550x399]

Нет, господа, с моим раздолбайством надо что-то делать! Нагло перестала посещать лекции, а вчера вдруг была атакована непонятным приступом совести и сегодня притащилась в универ ко второй паре (ну не мгу я к первой лекции тащиться - хоть убейте!), в середине пары свалила в кафе, на перерыве отметилась на цитологии, хотела пойти на семинар по реанимации - его отменили. И зачем я приезжала? Нах такую учебу)))
Дочитала последнюю бумажную книгу из "Отблесков Этерны". Сильно. Даже мощно. Можно сказать - сногшибательно. Из всего прочитаного сделала много выводов, а самый главный:
[604x452]

Это цитата сообщения LuckyThirteen Оригинальное сообщение

Лол от Джиллл :) насмеялась)))



Настроение сейчас - болезненно-пододеяльное)



Fanservice Meme yayayay by =gilll on deviantART

Крупнее под катом :):
очень большой размер :)

Во Франции нечего делать:
Храмовники кончились в ней,
И вот убиваю я время,
Печатью швыряясь в мышей.
Во Франции тихо и скучно –
Кругом тишина и покой!
Работать почти что не нужно –
И так всем доволен король.

Открыл мне весь город
Дороги-пути;
Есть повод, есть повод
Мне в отпуск уйти!

Во Франции нечего делать:
Кто может гореть, те горят,
И вот убиваю я время,
Печатью швыряясь в крысят.
Во Франции нечего делать –
Магистра сожгли мы вчера,
Закрыто последнее дело,
Бездельничать можно – УРА!!!

К чертям дыбы, плахи,
И другую беду.
Все брошу я нафиг –
И в отпуск пойду!!!

Но только собрался уехать –
Беседу имел с королем:
Во Франции вновь не до смеха,
Остался б ты лучше, Гийом! (ну, че еще?)
Принцессы внутрях Нельской башни
Ведут себя нехорошо;
Теперь вот расследуй их шашни…
Да лучше б я в отпуск ушел!!! (а так...)

Я снова на пытках
Всю ночь напролет,
А кто-то на дыбе
Кошмарно орет (парень, заткнись, не мешай работать, а?)
А мне так хотелось
Уплыть за моря…
Вот гадость, вот мерзость –
Работа моя!

Это цитата сообщения Queen_of_pop Оригинальное сообщение

[Неопубликованная реклама]

Знаешь, может, я не всегда говорю или говорю не так и не тогда, когда нужно, но я хочу, чтобы ты знала, что я тебя очень люблю, очень ценю твою заботу и без тебя мне было бы очень-очень трудно. Я не накурилась, не напилась, не перечитала книг и уж точно не перезанималась. Просто я действительно очень рада, что ты меня есть и думаешь о таком несносном создании.
[500x437]

Во Франции нечего делать:
Храмовники кончились в ней,
И вот убиваю я время,
Печатью швыряясь в мышей.
Во Франции тихо и скучно –
Кругом тишина и покой!
Работать почти что не нужно –
И так всем доволен король.

Открыл мне весь город
Дороги-пути;
Есть повод, есть повод
Мне в отпуск уйти!

Во Франции нечего делать:
Кто может гореть, те горят,
И вот убиваю я время,
Печатью швыряясь в крысят.
Во Франции нечего делать –
Магистра сожгли мы вчера,
Закрыто последнее дело,
Бездельничать можно – УРА!!!

К чертям дыбы, плахи,
И другую беду.
Все брошу я нафиг –
И в отпуск пойду!!!

Но только собрался уехать –
Беседу имел с королем:
Во Франции вновь не до смеха,
Остался б ты лучше, Гийом! (ну, че еще?)
Принцессы внутрях Нельской башни
Ведут себя нехорошо;
Теперь вот расследуй их шашни…
Да лучше б я в отпуск ушел!!! (а так...)

Я снова на пытках
Всю ночь напролет,
А кто-то на дыбе
Кошмарно орет (парень, заткнись, не мешай работать, а?)
А мне так хотелось
Уплыть за моря…
Вот гадость, вот мерзость –
Работа моя!

Нам сказали - завелась в Провансе ересь,
Что же вы тут сидите, вашу мать?!
На досуге мы надели кольчуги,
Да и пошли эту ересь корчевать.
Доброе утро, Прованс!
Видно, скучаешь без нас?

Только, только - кто ж тут катар, кто католик,
Как нам отличить одних от других?
Мы - к аббату, аббат говорит нам: "Ребята,
Бейте всех, Господь узнает своих!"
Доброе утро, Безье!
Трупов-то, трупов везде…

Альбигойцы не бьются, города без боя сдаются -
Как бы не передохло войско с тоски!
Лагерь ставим, палатки сами расправим,
А на дрова пойдут еретики (пешком и с песней!)
Доброе утро, Лавор!
Тащим катаров в костер!

Скоро, скоро герб семейства Монфоров
Мы на ворота Дамы Тулузы прибьем!
И кошмаром станет житье катарам,
И с лица побледнеет граф Раймон!
Вот начинается день -
Камни летают со стен…
Дух мой отправился в Рай -
Дама Тулуза, прощай!
Кто-то, кто-то взял на себя мою работу,
Я же здесь отдыхаю за всю жизнь свою.
От скуки умирая, я шатаюсь по Раю
И на все на это с неба смотрю.
От дел отошедший сеньор,
Граф Симон де Монфор.

О, Катари нас ждёт с тобой блаженство
О, я теперь сплошное совершенство,
Но, во мне сплелись наша любовь и наша честь,
Ведь я такой из-за тебя, какой я есть.
С победой я к тебе примчался наконец,
Моя любовь, я даже лучше чем отец.
Да, тебя я вырву из олларовских сетей,
И воспитаю как своих твоих детей,
Приди ко мне, тебя заждался твой герой,
Но, что же ты никак не встретишься со мной.

Вид, мой всегда спокойный и бесстрастный
Крит, словно айсберг кораблям опасный.
И, к твоим коленям я поднялся из глубин,
Любить способен и холодный Валентин.
И Суза-муза тоже может быть смешон,
Живя надеждой и страдая всей душой.
Да, тебя заботит наша бедная страна,
Ты так прекрасна, благородна и умна.
Играю я весьма опасную игру,
И, если надо для тебя одной умру.

Свет, озарил мои стальные цепи,
Нет, я других потерь и не заметил.
Бред, змея Вы нежная, что не говори,
Ну почему же я скучаю, Катари?
Жестоки были мы к друг другу и слепы.
Но от чего бывают люди так глупы?
Да, я утомился этой пошлую игрой.
Сижу в неволе, ворон уж не молодой.
Во снах моих Вы мне являетесь опять,
Я вас люблю, и на проклятие плевать.

Трёх повелителей единый идеал,
Мы возвели тебя одну на пьедестал.
Да, и шепчут трое, " Катари, приди ко мне".
А где-то тут ещё болтался Эпине.
И после смерти мне не обрести покой,
Чужому, Альдо я продам за ночь с тобой.

Я помню, как-то ты сказала мне,
Что с камнем вместо сердца очень просто жить,
Что быть холодным легче, чем в огне
Сгорать, и вроде бы как будто бы любить -
Я вновь узнал, что я - сволочь,
Но почему-то ты помнишь…

В Каркассоне или в Альби
Может вспыхнуть костер поутру…
Хочешь, помни, хочешь, люби -
Значит, я никогда не умру.

Я помню, как-то ты сказала мне,
Что больше ты не в силах этого терпеть,
И инквизитору кивнешь в окне,
Чтоб смог я ОЧЕНЬ синим пламенем сгореть;
Ругаешь ты меня с жаром,
Честишь "проклятым катаром", но…

От Марселя и до Керси
Сотню новых сапог я сотру -
И теперь кого хочешь спроси:
Значит, я никогда не умру.

Но, впрочем, помню я один момент:
Там в небесах летали звезды высоко,
И был я, в общем, не вполне одет,
И дезертировал куда-то далеко
Хранитель девичьей чести -
Твой католический крестик…

От Марселя и до Керси
Сотню новых сапог я сотру -
Был ли я, теперь кого хочешь спроси:
Значит, я никогда не умру.

В Каркассоне или в Альби
Может вспыхнуть костер поутру…
Хочешь, помни, хочешь, люби -
Значит, я никогда не умру.

Ну, вот и все. Конец игре:
Сгорают двое на костре,
А я смотрю на них
В надежде видеть Истину.
Над плотью, что уже мертва,
Взлетают искрами слова -
Но я же, право, никогда
Не верил в мистику!
Но казнь окончена, и вот
Уходит с площади народ;
Он завтра вновь себя вернет
К своим занятиям.
Да, это все. Но как мне быть?
Ни днем, ни ночью не забыть:
Летит из пламени костра
Мне вслед проклятие.

Теперь оно всегда со мной:
Глаза твои и голос твой
Опять смущают мой покой,
Лишают разума.
В ночной тиши и в шуме дня
Со мною ненависть твоя:
Она преследует меня,
Табой привязана!
И длится день, давая свет,
Но Смерти матерный акцент
Теперь все время слышу я
В любой мелодии.
И тонет в ужасе душа,
И сухо крыльями шурша,
Ко мне подходит не спеша
Моя агония.

Таков уж, видно, жребий мой;
Нет сил смеяться над судьбой:
Я отлученным был, и стал
Сегодня проклятым.
Тебя отправил я на смерть -
Чтоб самому в огне гореть,
И я сгорать уже устал,
Глотая горький дым.
И ты зовешь меня с собой,
И я пойду на голос твой:
Меня убьет все то, во что
Совсем не верил я.
Пройдет последняя гроза -
Я загляну в твои глаза,
И мы увидим, кто был прав,
В своем посмертии.

Послушайте, люди Талига,
Бесхитростный этот рассказ:
Поведает старая книга
Веселую сказку для вас.
Старинная эта сказка -
Буквально благая весть
О том, как Фламинго пытался
В семью черных Воронов влезть.
Предок его достославный
Олларам готовил еду
И за достиженья в поварне
Стал графом - вот слава труду!
А старые аристократы,
Не делавшие ничего,
Беднягу "навозником" звали,
А после - потомков его.

Выбиться в Люди Чести
Потомок графа мечтал.
Ну, хоть бы, и в рамках мести -
Тогда б он им всем показал!
Он наплевал на исповедь,
Молитву и строгий пост,
В книгах копался истово,
От пыли чихая до слез.
И в свитке, чья стертая краска
Вещала о древних годах,
Нашел, что в семействе Борраска
Все рыжими были всегда.
И духом воспрянув гордо,
Что он - Повелитель Ветров,
Рассказывать всем придворным
Он до утра был готов.

Иные ему внимали,
Другие исподтишка
Над ним в кулуарах ржали,
Пальцем вертя у виска.
А добрый бергер фок Варзов
Сочувствие проявил:
"Пойди расскажи это Алве,
Коль наберешься сил!"
Решивши, что время настало,
Для храбрости выпив сперва,
Явился он к Алваро Алва
И молвил такие слова:
"Потомок морисских пьяниц,
Развеялся лжи покров:
Узнал я, что ты - самозванец,
А я - Повелитель Ветров!"
И тут только граф заметил,
Что Алваро был не один:
В дверях кардинал его встретил
И юный послушник Квентин.
Ответ на столько наглые речи
Алваро дать не успел,
Как вдруг замерцали свечи
И призраки вышли из стен.
Души всех герцогов Алва
Уселись на пол в кружок,
И кто-то сказал лукаво:
"Ну-ну, продолжай, дружок!"

Зеленый от страха Манрик
Про свиток толкал им речь,
Из призраков кто-то смеялся,
А кто-то хватался за меч.
И вот соберано Рамиро
Веселью подвел итог:
"Шел бы ты, рыжий, с миром.
А проще - на х*й, дружок!"
А соберано Гонсало
Молвил такие слова:
"Шел бы ты, рыжий на х*й.
Но извинись сперва!"
А соберано Алонсо
Рапирой ему пригрозил.
"Шел бы ты на х*й, серьезно!" -
Тогда Диамид заключил.

Олларианская школа -
Суровейшая из школ:
Послали рыжего на х*й -
Собрался он и пошел.
А юный послушник Квентин
Вдруг из угла говорит:
"Весело это, поверьте,
Но слышу я топот копыт.
То эсператист из Агариса
Вердикт Адриана везет.
Пошлем его на х*й - пусть катится
От городских ворот.
Призраки захохотали:
"Да кто б их бояться стал!
Они ж нас давно послали
Примерно в те же места."

А все населенье Олларии
Третие сутки ржет:
Веселыми криками "на х*й!"
Встречает всех рыжих народ.
Придворные тычут пальцем
И сплетни вовсю плодят;
"На х*й, воистину нах*й!"
Манрикам теперь говорят.
Король сказал королеве:
"В мире что-то не так.
Манрики совсем рехнулись -
Видно, попутал их враг!"
Столица смеялась долго
И больше уж не было сил,
И кто-то табличку "на х*й!"
Манрикам на дверь прибил.

Vitae, понятно, brevis,
И сколько-то лет назад
Умер бедняга Манрик,
Стучится в Рассветный Сад...
Но Алан - суровый привратник
Дверь замкнул и сказал:
"Шел бы ты на х*й, Манрик,
Никто здесь тебя не ждал!"
А юный послушник Квентин
Давно уже не юнец.
Он стал кардиналом Сильвестром -
Вот какой молодец!
Теперь он уже не мальчик -
Он седовласый старик.
Алвов он уважает -
Он их беречь привык!
Но чтобы не повторился
Мерзостный рыжий флэшмоб,
Он свиток намазал ядом
И сунул Франциску в гроб.

Изредка горькая память
Овладевает им,
Литрами пьет он шадди,
Неясной тоскою томим.
Бродит по гулким залам,
Плачет о горькой судьбе.
"На х*й, рыжие Алвы!"
Бормочит под нос себе.

(с) муз. Тикки Шельен (гр. "Башня Rowan"), текст - Канцлер Ги, Сильвестр, Данька)

Осенью дождливой, в серый день,
Проскакал по городу мой пень,
Он бежал по гулкой мостовой,
Шелестя корнями и листвой.

Вернись ко мне, мой пень,
По моему хотению.
Убей меня мой пень,
Придай меня забвенью.
В болота или в овраги,
На дно, где лишь коряги,
Туда, где нет любви,
Мой верный пень.

Он бежал, и стук его корней
Сердце биться заставлял быстрей,
И казалось, будто бы над ним
Становилось небо голубым.

Вернись ко мне, мой пень,
По моему хотению.
Убей меня мой пень,
Придай меня забвенью.
В болота или в овраги,
На дно, где лишь коряги,
Туда, где нет любви,
Мой верный пень.

Отчего же мир наш так жесток,
Отчего же гений одинок (трагедия)
Почему завистников полно (ну просто полно!)
Не понять им гений все равно.

Неси меня, мой пень,
Ведь у меня харизма,
Не просто я поэт,
Я - основатель пнизма.
Пускай погибнет гений,
Но сотни поколений
Воздвигнут в память мне
Огромный пень.

Среди уснувших степей
Лежит моя дорога вдаль,
По следу диких зверей,
Туда, где бронзу рубит сталь,
Там, где Танаис течет,
Да у земли на краю -
Там Дева-Птица живет,
Что душу выпила мою.

Среди дремотных долин
Лежит моя дорога прочь,
И вот, как прежде, один,
Уехал я в глухую ночь,
И я вернулся опять
Туда, где пляшут воды рек;
Где мне Её разыскать -
Мне подсказал лукавый грек.

Из-за кургана беда
Глазами волчьими глядит:
Там бродит гнусный сармат -
И, верно, будет мной убит!
Чтоб угодить небесам,
Ему башку я снесу,
И вражий череп отдам,
Да в дар Крылатому Псу.

Дорога, песней звеня,
Бежит-ведет вперед и вверх,
К той, что пленила меня,
К той, что похитила мой смех,
Украла сердце мое,
Да среди белого дня…
Храни, Богиня, Её -
И не забудь про меня.