Я в азарте за три дня почти приготовила к выпуску новый сборник.
В книжке всего 40 страниц, и почти столько же маленьких рассказиков о разных моментах жизни нашего поколения.
Но тут я поняла, что для законченной картины того времени не хватает одного рассказа. Я его давно начала писать, но все робела перед этой темой. Книжку надо отправлять в печать, и вдруг я ясно увидела, что без этой истории книжка неполная.
За два ночных часа я закончила писать эту историю. Все в ней чистая правда, все так и было.
Писала я торопливо и сбивчиво, получилось длинно. Писать коротко - это высший пилотаж, на это гораздо больше времени нужно.
Вот эта история. На ваш суд.
ТЕЛЯЧЬИ ЩЁКИ
Первого сентября к нам в класс пришла новая девочка Настя Лобанова. В нашем шестом «А» она всем понравилась. Она отлично отвечала на уроках, была со всеми приветлива и нисколько не «воображала».
Одета Настя была, как все, в коричневую школьную форму. В те времена у многих наших девчонок это было единственное платье. Но Настины всегда отглаженный белый отложной воротничок и манжеты делали ее нарядной, а «мальчуковые» полуботинки на шнурках Настя носила, будто бальные туфли. У нее были пышные рыжеватые кудри до плеч, добрые серые глаза и большой добрый рот.
Настя была старше нас года на два, и она была по-настоящему женственна среди неуклюжих подростков-шестиклассников. Почему она отстала в школе на целых два года? Ведь она была умница и училась хорошо.
Я и не заметила, как мы стали подругами. Мы не сидели за одной партой и не списывали друг у друга, мы обе учились легко и с интересом. Просто после уроков мы вместе шли домой. Сначала через дорогу – к моему дому 35 на Большой Пироговской. Иногда заходили в нашу комнатушку на втором этаже, читали вслух книжки, болтали и порой спугивали соседку по коммуналке, которая подслушивала под нашей дверью.
А потом я провожала Настю до ее дома 11, тоже на Большой Пироговской, и это было довольно далеко, чтобы наговориться вдоволь. Мы говорили о любимых книгах, стихах, делились девичьими тайнами. Настя была влюблена в мальчика из параллельного класса, а я, не видя подходящего объекта, придумала влюбленность в литературного героя…
Дом, до которого я провожала Настю, был секретным институтом за высоким забором и под строгой охраной. Мама Насти работала там дворником, и там же Настя с мамой и маленьким братиком жили. Зимой мама не справлялась с уборкой снега, и Настя утром до школы помогала ей. Она приходила на уроки румяная от мороза, но всегда бодрая и веселая.
Некоторые считали Настю надменной. Она всегда держала прямую спину и высоко поднятую голову. А это были гены, о каких мы и не слыхивали.
Однажды Настя предложила послушать ее сказку. Она сбивчиво рассказывала про доброго короля, который был очень болен, а его любящая дочь ухаживала за ним и добывала лекарства… А потом король умер.
Я ничего не поняла и спросила, что за грустная сказка. Настя смутилась и ответила: - Я рассказала про себя.
В другой раз мы учили у нас дома урок по географии. Про сибирские реки Обь, Лену и Енисей. В учебнике было написано мало и скучно. А у нас дома были тома Большой Советской энциклопедии. Я открыла статью про Енисей, и там меня поразили фотографии высоких отвесных прибрежных скал. Настя глянула и узнала это место. Она рассказала, как они с мамой плыли на барже мимо таких скал, называемых в тех местах «щёки». И самое опасное на реке место называлось «Телячьи щёки», об эти скалы когда-то разбилась баржа, перевозившая телят.
Настя рассказывала об этом лишь однажды. Я внимательно слушала и ничего не спрашивала. Почему Насте довелось плыть по реке на барже мимо страшных скал с ласковым названием?
Я ведь тоже к своим двенадцати годам много где побыввала: я бросала с моста через Енисей в мутную клокочущую воду большой желтый пятак, который дал мне папа, я мерзла на сибирской станции «Ерофей Павлович», я ехала морозной ночью в крытом брезентом «Газике» через китайскую границу, я училась читать и писать по-китайски, я видела пустыню Гоби…
В те времена люди легко срывались с места, и то, что мы с Настей рассказывали друг другу – не могло нас удивлять.
Еще Настя рассказывала про реку Обь и про то, как они жили в Омске. И папа был с ними, но он не выходил из своей комнаты, и на лице у него была марлевая маска, чтобы не заразить Настю и только что родившегося братика…
Я внимательно слушала, но не получалось выстроить из этих эпизодов связную картину.
Мы учились вместе с Настей полтора года, а потом наша семья переехала в другой район, и я перешла в другую школу. Но мы с Настей продолжали дружить. Часто встречались и вместе гуляли. Переписывались по почте, телефонов-то не было.
Однажды Настя написала мне, что их семье дали комнату от секретного института, и теперь я могу придти к ним в гости. Это было в старом особняке в соседнем переулке рядом с институтом. Я поднялась на второй этаж и оказалась в темной комнате без окон. Под потолком тускло светила слабая лампочка. У входа стоял дощатый кухонный стол, за
Читать далее...