Я узнала тебя, я готова стрелять прямо в лицо. И пусть руку не ведет влево. Если бы только это было оправдано, если бы только было проверенное средство. Один говорил, что змеящиеся корни не вытянуть одному; другой, что все пройдет. Бессоница. Новая фаза. Кажется, не прошло и месяца. Смотреть сюрные фильмы кошмаров, читать слипающимися глазами в самый темный час, что перед рассветом, ту груду книгу, которую я чаще всего забываю упомянуть. Вчерашним вечером в нарастающем снегу, в хрустально звенящем ощущение того, что один - только фонари качаются вслед, только окна с красноватым отсветом абажуров смотрят бесстрастно, я долго пыталась понять, где все это уже видела, в каком стоп-кадре. На пороге, осознав, рассмеялась.Мне показалось, что надо быть ребенком, чтоб мыслить такими критериями.
А, к черту все. Пойду и отрежу волосы. Сколько получится. Не буду подстраиваться ни под какое лето.Не буду искать повода.Не.
Так и буду читать прозу Сологуба из третьего ряда старого книжного шкафа.
Да мне самой нравятся неизбежные потери. Обостряет ощущения, знаете ли.
Перебирала старые книги и компакты.
Кто б знал, что на той студии, где столько лет работал отец, записывался в 92 Пикник. Мне и позже, пожалуй, это название мало бы что сказало. Натолкнулась на книгу Олеся Гончара, на которую неминуемо не обратила бы внимание даже год назад. А сейчас я помню, как говорили о нем по узеньким улочкам, как я выскакивала в Полтаве за мороженым, почти под конец пути. Не статичные образы из воображения, а оживающие картины, подкинутые услужливой памятью. Впрочем, мне не нравится особо то, как написаны эти военные повести. Я вообще всегда читала охотней Ремарка и Белля, чем...
А мне не хочется говорить на нелюбимом английском, а хочется - на латыни. Чуть освежить в памяти, начать вновь совершенствовать.Латынь - это Апулей и Средневековье.
Будет в следующем году время - пойду на древнегреческий и наконец-то смогу читать Сапфо.
Наша любимого диванчика дермантинового - на влюбленную пару, двойственного и противоречивого - у деканата теперь нет. Помпезная и тяжеловесная мебель, оказывается, предназначалась именно нам. У нас новый повар, а с ним много овощей. Когда я вспоминаю о своем бренном теле, я предпочитаю их Ролтону, кажется. Не все меняется произвольно, не все - к худшему.
Меня, как всегда, занимают глупости. Яркие псилуцибины на майке мало что значат.Длинный-длинный день, у которого не будет ночи.
Настроение сейчас - ммм...мартини или пиво?
... в одиночной камере.
Порой совсем ночами у себя, темными ночами без света, окнами на реку,когда я предоставлена сама себе, мне начинает казаться, что так будет - навсегда. Эта метафизичная,фантасмагоричная, дикая, неудержимая, несвоевремення весна так и останется со мной, а я буду жить в ней. Если и был Эдем, то он был - таким.
Я никогда не была столь язычницей, как сейчас. Я тоскую, что тогда на мне не было ни бус, ни браслета, чтобы оставить их тех богам, в коих не верю. Только за красоту и органичность лика.
Я хочу бродить по этому городу, как по другому, и знаю, что не смогу никогда.
Знаешь, когда я была маленькой девочкой, уезжая, я прощалась с оставшимися, как навсегда. Знала, что однажды не застану. Так и случилось в юности.
Сейчас перед дорогой мне кажется, что когда-нибудь я не вернусь и обратный билет - тщетен. Мои предчувствия мне чаще врут.
Весна, дорога, бездорожье.Вечная весна.
Ничего не происходит.
в Вереск 18. там будут Сильфы. не факт, что попаду, правда
17 февраля - обязательно!- на Башню Ровен в Археологию.Там еще и пиво недорогое ( кто там собирался... :))
и еще много всего хорошего традиционно в ЦДХ. но там совсем иная обстановка и туда - только с определенным настроем.
Да, я все еще не могу привыкнуть к традиции ли_ру говорить велком всем новым читателям.
Все лето в один день. Этот дождь все сводит к нему. Что если я потеряю свое будущее лето, то мифическое лето любви предтечей, за его пеленой. За все приходится расплачиваться.За любое блаженство.
Я так редко молю богов, а сейчас прошу о целых 3 вещах.Чтоб к следующему году они были и позади, и со мной. Никому не открывай наших самых страшных тайн...Когда я просила до того и получила. Знала ли, как все обернется.
Все лето в один день.Любившие безумно - остаются без ума. Бредут, блаженные, простоволосые, нетвердыми шажками по разным дорожкам не то в ад, не то в рай.
Весь прошлый год я влюблялась и не любила.
Я не успеваю отписываться в интересных мне блогах. Я жду хотя бы февраля.
Настроение сейчас - не вставать
C трудом остановила себя и не взяла виски.
Не пить одной, никогда не пить одной. Тем более ночами, когда зеленеет трава, когда дождь нежен до сладострастности,когда земля разворошена, сыра и дышит. Весь мир прогнулся под меня.И я, зачарованная, увлажненная, курю, как всегда по сырости. Курю, как всегда не желали мои мужчины. С таким невыносимым удовольствием, что сама себя не постигаю.
Завтра история языка, значит, стоит ругать меня на всех языках мира. Самый меткий - все равно русский.
Времена, как я люблю времена. Потеряться, запутаться, замкнуть круг, забыв, что из одной реки - никак дважды.
Четки, чтоб перебирать.Пионы и ветвь сакуры на свитке - знак гармонии в любви.Сахар портит безнадежно вкус зеленого чая.
Ничего не принимай всерьез.Это самое главное условие.
Я закрываю глаза.Тени от ресниц на щеках.Просвет неба в щели драных туч.
Бывает, что надо промолчать.
Я все б отдала, чтоб город был столь весенним эти нелюбимые месяцы - навсегда.Какое странное и несбыточное слово - навсегда.
Настроение сейчас - нонсенс
Когда-нибудь я стану серьезной и сдержанной. И тогда менее всего буду записывать насущние глупости и мимолетные впечатления, а буду глубокомысленно излагать и отстаивать всевозможные теории.И заброшу в итоге блоги как неизбежное зло :) Когда-нибудь случится нескоро :) Он всегда был вратарем. Надо сказать, отличным. Цепкие, хорошо натренированные руки бережно принимали увесистый мяч. И он абсолютно некартинно падал, чтоб дотянуться до того. Наверно, он вообще привык падать когда-то давно, когда еще не овладел в должной мере костылями.Давно я не помнила, потому что была на несколько лет моложе.Слово полиомелит для меня тогда ничего не значило абсолютно и я, понятное дело, не удивлялась, как это случилась с ним в эти 8-ые, когда вакцинировали поголовно и не было картинных отказов от "вредоносных" прививок. А еще он играл лучше всех мальчишек двора в ножички.В нашем "ненастоящем" дворе, ничего не имеющем с подлинными старыми московскими, о которых так сладко и томительно писал Нагибин. Поддавался только тем, кто был значительно моложе. Его ножик был обмотан синей изолентой, мама у него была учительницей в школе, темноволосая, быстрая, никогда не казавшаяся изможденной, тащившая все одна. А мы были просто дети.И потому после футбола неизменно затевали казаков-разбойников, напрочь позабыв о нем. Когда я пошла в школу, он добился успеха, заменив костыли палками.Тяжело, вперевалку, но сам только сам... Заезжала к родителям,столкнулась почти, увидела и узнала. Та же выбритая голова под напоминающей лыжную шапкой, те же палки, рюкзак на спине.Только мы стали невыносимо старше оба.Он не помнил меня, конечно. А я не смогла посмотреть ему в глаза, замедлив свой слишком быстрый бег - под стать мегаполису - на привычном вычочайшем каблуке, который был сейчас так неуместен. Мы стали слишком взрослыми, слишком... И это было - нестерпимо.