Большое Спасибо miss Cheesecake (diary.ru) за перевод!
____________________________________
- Вы религиозный человек?
- Я вырос католиком, и моя мама до сих пор очень религиозна. Я придерживался этих взглядов и был активистом в старших классах, но как только у меня появилась способность принимать собственные решения, я осознал, что скорее хочу быть духовным человеком, чем религиозным. И в колледже это осознание еще усилилось.
- Оглядываясь назад, можете ли вы сказать, что было что-то положительное в том, что вас с ранних лет приобщили к религии?
- Я думаю, важно с юных лет иметь представление о том, за что люди держатся, чтобы почувствовать какую-то опору в жизни. Потому что если у тебя этого нет, ты потенциально можешь удариться в другие вещи, которые будут просто тебя отвлекать. По крайней мере, если в тебе есть это зерно, ты можешь дать ему прорасти/вырасти. Мой отец умер, когда я был еще маленьким, думаю, это тоже углубило мое понимание духовности.
- Потому что, когда ты теряешь кого-то очень близкого, ты начинаешь больше задумываться о таких вещах?
- Именно. Если ты потерял кого-то из родителей, если у тебя была какая-то травма в юном возрасте, думаю, ты неизбежно начинаешь мыслить глубже, чем если бы этого не произошло. Но мне кажется, моя мама всегда была немного расстроена тем, что католическая вера не стала мне так близка, что я не избрал этот путь.
- Но церковь - это сложная, очень склонная к осуждению, к критике организация.
- Она кажется такой парадоксальной… Основанная на учении Христа, она при этом так агрессивно подчеркивает свою привилегированность, осуждает людей и определенным образом их ненавидит. Плюс еще подспудное лицемерие и откровенно скандальные инциденты, которые процветают в церкви. Она действительно кажется разобщенной. А я хотел быть целостной личностью. Я на самом деле считаю, что до какой-то степени могу почерпнуть что-то из того факта, что меня в раннем возрасте познакомили с этим учением, но в нем есть столько противоречий, с которыми я не могу примириться. Мне это и неинтересно. Я лучше буду идти своей собственной дорогой.
- Поэтому вы поехали в Перу, в поисках духовного убежища (уединения)? Я знаю многих людей, которые поехали туда, чтобы во время традиционного ритуала выпить Айяуаску под наблюдением шамана; этот духовный опыт изменил всю их жизнь.
- Да, друзья, которые уже там побывали, рассказали мне свои истории, а у меня в жизни как раз был такой момент, когда мне хотелось самому почувствовать более глубокие ощущения. Поэтому я начал собирать информацию, и, в конечном итоге, оказался там, т.к. искал такое место, которое сочетало бы в себе безопасность и трудности, которые я хотел преодолеть сам.
- Вы ездили туда один?
- Да, и это было невероятно. Стоит только увлечься этим и осознать, что это возможно, и это становится главной линией жизни, как мне кажется. Я хочу снова там оказаться, хочу вернуться.
- Вы бы описали Айяуаску как наркотик или как лекарство?
- Я на самом деле думаю, если вы подходите к этому ритуалу со всей открытостью, он может быть чрезвычайно целительным. Я считаю, это лекарство, а не наркотик. Наркотик – это то, что вы принимаете для забавы или развлечения. Айяуаска - как физически, так и духовно – исцеляет. И я во многом ощутил это на себе.
- Вы встретили младшую копию себя? Я слышал, многие люди переживают этот опыт.
- Да. Ну, мы там были две недели и проходили через 7 церемоний. Они все были разными, и я встретил несколько разных вариантов себя. (смеется) И моя младшая копия была среди них. Это невероятно сильное переживание, но уроки могут быть жестоки. Тебе нужно быть полностью открытым, позволить вести себя и принимать то, чему тебя учат. Часто самые жестокие уроки – те, которые тебе нужнее всего.
- И какой урок вы усваиваете сейчас?
- Не знаю, почему, но в последнее время я часто задаюсь вопросом «Почему я занимаюсь тем, чем занимаюсь?». Когда я был в колледже, я не чувствовал границ, я ставил перед собой цели, и они меня невероятно мотивировали. Теперь большинство этих целей достигнуто, и я часто спрашиваю себя: «Что дальше?». Через пару месяцев мне будет 37, и я раньше никогда не представлял себя в эти годы.
- Вы получаете удовольствие от этого или вас это тревожит?
- Это интересное время. Иногда я чувствую себя сбитым с толку, расстроенным и неуверенным, а иногда – действительно воодушевленным, как будто я снова обрел тот идеализм, оптимизм, когда все кажется возможным. Так что не знаю, во что все это выльется, но я очарован этим, и в последнее время я совершенно точно и очень остро осознаю это.
- Как вы пришли к тому, что стали актером?
- Думаю, смерть отца во многом повлияла на это решение, потому что она перевернула жизнь всей нашей семьи. Внезапно моей маме пришлось обеспечивать меня и моего старшего брата, а моему брату пришлось стать главой семьи. Из-за этого я чувствовал себя немного оторванным от них, одиноким, и, думаю, дал волю воображению, чтобы каким-то
Читать далее...