Записывание снов помогает вытащить много полезных образов.
Вот, к примеру, сегодня я узнала, что из школьной жизни мне как-то особенно врезались сортиры. И залы с красной мастикой.
А сам сон был длинный и сюжетный про близкую народу русскую шалавень околошкольного возраста, которая, нежно дружа с молодым человеком, при этом наивно ублажала подвернувшихся "папиков" за двадцатку или за конфетку. Во сне все выглядело зачастую мультяшно-порнографично. Но сам образ был при этом столь милый и добрый, что получилась почти принцесса Диснея. С большой Мечтой в сердце.
Мультики делать не умею, поэтому что вспомню - покажу.
Для затравки - это.
Хохот – природы ужимка,
Лысых ступеней квадрат.
Это же мяса волынка,
Больше, чем лобзик и гад.
Только карманный фонарик
Света пустил пузыри.
В нем электрический карлик
Дует в шарманку зари.
Мой лоб кричал сквозь мраморное время.
Летели мыслей черствые куски.
Горгульи слов, покинувшие темя,
Вонзали в воздух снежные клыки.
И сердце, из грудной взывая клетки,
Кратчайший путь указывало им
К разрыву облаков, где натрий едкий
Летел, ветрами хладными гоним.
(с) 3xyc
Брила мёртвого кота
Пулемётчица Ассоль.
И тянулись из-под крыш
С деревянных чердаков,
Позабыв про суп из крыс,
Пальцы ласковых котов.
Изгибаясь над Невой,
Трепетали на ветру
И впивались хваткой злой
В сухожилья поутру.
И тогда из бледных рук
Бритва падала в песок,
Но под скрипок нервный звук
Приходила брить Суок.
Спи, промозглый Питер мой.
Знай: во сне твоём всегда
Под мостом, средь мглы ночной
Бреют мёртвого кота.
Нет нет нет, я не больной,
просто руки эти
издают протяжный вой
в университете.
Просто ласковый сатир
с пышною метлою
сквозь темнеющий эфир
гонится за мною.
Кто сказал, что я герой?
Просто в тусклом свете
я сияю бородой,
лучшей на планете.
В общем, рвы - мои друзья,
хоть и пахнут остро.
Если ночь метнуть в себя -
стать героем просто.
Сидишь на скамье скоростного вагона,
читаешь стихи Малларме благосклонно.
Прости мне, что так неотрывно смотрю.
Хотел бы я сисю увидеть твою.
Мы мчимся с тобою в подводном метро.
Как мир, моё гнусное чувство старо.
Из Пензы в Атланту несётся состав.
Мой член о штанину уж трётся, привстав.
О, поезд, по дну океанскому мчися!
О, чудная сися, качнись, покажися!
Блесни вожделенной вершиной соска!
Пускай о несбыточном гложет тоска...
Блестящая блузка, ты вправду чудесна,
когда не сжимаешь груди слишком тесно,
Чтоб нежную сисю прелестной наяды
Порою ласкали нескромные взгляды...
Так славьтесь же сиси, что светят пред нами
своими, подобными звёздам, сосками!
Ах если б случилось когда-то суметь
На сисях таких, не скорбя, умереть!
(с) 3xyc
Мой милый друг со змеями волос!
Просыпь на грудь мне сладкий купорос.
Хочу шипеть, флюиды исторгая,
Как Марса королева молодая!
Целуй же мой чувствительный протез.
Он из металла, падшего с небес
за грех созданья сплавов запрещённых,
любовною тоской отягощённых.
И будешь ты царём, а я царицей!
Нас вывезет дракон тысячелицый
к неоновому трону из любви
далёко от взорвавшейся Земли.
(с) 3xyc
Виктория Кузнецова
В холодный лес, вонзаясь, не дыши.
Цени покой изысканных растений.
Застывшую синичку окружи
Синонимом своих столпотворений.
Лес полумёртв. Отравлены поля
Апрельской высотой полубезумья.
Цари лесов, назначьте же меня
Ответственным за хохот в полнолунье!
(с) 3xyc
Меня пьет чай. Меня ест хлеб сердито.
В лицо мне смотрит бледное окно.
Я с огоньком играю Рио-Риту,
Когда вдруг станет грустно и темно
На сердце моему магнитофону.
И время узнают по мне часы,
Когда, согласно древнему закону,
Двенадцать пропоют мои усы.
(с) 3xyc
Сноп извинений, сноп тяжелых слов
Я приношу вам. Да, я был непров.
Непров, когда ломал кусты сирени,
Непров, когда весной на день рожденья
Принес вам аккуратный труп кота.
Сказали вы тогда в ответ «да,да»…
И к остальным подаркам положили.
Задумчивой весьма в тот день вы были.
Но я-то знал, что через полчаса
Вам слезы навернутся на глаза,
И дрогнут губы, белые от злости!
И с ужасом на вас посмотрят гости,
Когда, внезапно выронив балык,
Вы издадите свой ужасный рык.
С тех пор прошли чредою длинной годы.
И ваших залов пыль покрыли своды.
И робко цедит мой усталый рот:
Да, я непров, я очень виновот.
(с) 3xyc
Зачем нам победа-старуха
С улыбкой ее золотой?
Удача – унылая шлюха.
Взалкавший ее – не герой.
Лелейте надежду, слепые.
Мы ж гордо посмотрим туда,
Где наши остовы гнилые
Червивая примет земля.
Пусть множатся слабых моленья
В тщете о продлении лет.
Холодной улыбкой презренья
Мы встретим последний рассвет.
(с) 3xyc
Остерегшись веселой толпы малорослых детей,
Я по стенке пройду неспеша вдоль шершавого дома.
Сладкой истомой мечта оживает внутри.
Дхарма за дхармой приходит ко мне в результате труда.
Голые камни степей выделяют смолу для любви.
Честная жизнь удивительной правды полна.
(с) 
3xyc
Раскрылись бледно-желтые бутоны.
Застыли недвижимые атомы.
И тяжесть луж в асфальтовых полях...
И лебеди в трепещущих морях...
И я почуял - свет забрезжил тихо,
Под поваром забилась повариха.
И мед потек по влажныя устам.
Пора идти к заждавшимся мирам.
(с) 3xyc
Лист осенний - рыхлый, беспардонный,
Хаотично скребся по земле.
Город с пленных Облаков суровых
Сырость жал по капле на заре.
Их с утра мучительно тошнило
Смрадным ацетоновым нутром.
Ворох капель сальных осадило
На немытый сгорбившийся дом.
Пуповину щебневого лона
Оборвал подъехавший экспресс,
Чтоб увлечь нас далеко от дома -
Причинять трудом своим прогресс.
Мокрая бетоновая роща,
Брызгами хрустальными звеня,
Провожала вымокших прохожих,
С ними - окрыленного меня.
Пронеслась циклоном электричка,
Разметав людскую пыль с рельсОв.
Товарняк полз следом, вставив спички,
В шпалами застеленный альков.
Солнце, нам в окно зевнув стыдливо,
Отвернулось спать за горизонт,
Не мешая мне оформить жирно
Сей рассвет в свой третьяковский фонд.
22 августа 2012
Целуй воздушных рыб и на бульваре,
Но важен жук и сложная труба.
Задумчивы в недвижимом угаре
бабули, но комоды - никогда.
Ворует лобзик нежные пространства.
Как ловкий снег, что вымер или ум.
А, может быть, кубические царства
Рассыпятся на сонмы круглых лун?
сорок три космических пылинки
не сияйте долго надо мной
ибо я иссохну как тростинка
сникну безволосой головой
не струите яд свой незаметный,
что несёте к нам издалека
В сундучок летите мой заветный
скрипнет крышка, щёлкнет клюв замка
Там в тепле на шёлковой подушке
вы мерцайте светом голубым.
блудные частицы звёздной стружки
вреден людям ваш прозрачный дым.
(с) 
3xyc
