- Коленька, не садись на качели – они холодные!
- Дэн, давай сюда – тут покрытие лучше!
Солнце было везде. Оно искрилось и переливалось, как шампанское в бокалах молодоженов. Парочки, воркующие на лавочках, ребята, катающиеся на скейтах и роликах, бабушки, «выгуливающие» своих внуков и внучек. Вот она – весна, во всех ее проявлениях. Народ вывалил на улицы, как будто притягиваемый каким-то огромным магнитом.
Грустная, одинокая девушка цокала каблуками по асфальту. Посмотри на нее – и ты скажешь, что она счастлива: легкая улыбка чуть тронула губы, в ушах наушники от mp3-плеера. Но никогда счастье не измерялось в материальных благах. Она только что поругалась с мамой. Поругалась из-за пустяка, но сильно, и поняв, что она не сможет в данный момент ничего доказать ей – просто выбежала из дома.
А еще она понимала, что сейчас ей некуда пойти – круг ее друзей начал потихоньку разваливаться. Но она все шла и шла, и не замечала даже, что колодка замшевых сапог уже норовит треснуть пополам. Дома, люди, магазины – все пролетало перед глазами. Если бы не проезжавшая машина, которая чуть не сбила нашу героиню, она бы, наверное, прошлась по всему городу. Но она остановилась… И села на нагретый солнцем камень, который люди, гуляющие по Крылу, нарекают «парапетами». Солнце спряталось за тучи. Перед глазами пронесся последний год…
Вот именно на этом месте она искала золотую сережку, которую потеряла Сашка. И на этом же месте сидела с диадемой на голове, называя себя «Королевой». А на том пляже отмечали Сашкин день рождения. А чуть дальше она и Сашка бежали босиком по лужам, подставляя загоревшие лица под августовский дождь… Александра Юрьевна… Сашка…
Она не выдержала. Она начала захлебываться в океане, именуемом Ностальгия. Волны Воспоминания накрывали ее с головой.
Первым заплакало небо. Крупные, полные грусти капли падали и разбивались о теплый асфальт. Мелкие, но наполненные такой же грустью слезы падали и разбивались о синие джинсы…
У них свои дела… У Сашки есть любящий муж и верные друзья. Наташкин парень вечно ревнует и требует, чтоб его девушка всегда была рядом с ним. Олеська должна готовиться к поступлению…
Она звякнула молнией – сумка распахнулась. Сейчас она покурит и успокоится. Все будет хорошо… Чирк! Вспыхнула зажигалка.
- Ненавижу, когда девушки курят! Это отвратительно! И ты знаешь, что я это не люблю… - прозвучал голос сзади.
Девушка подняла глаза. Только что зажженная сигарета выпала из губ. По телу пробежали мурашки. Голова понимала, что перестает воспринимать реальный мир.
- Стас… Как… такое… - девушка хватала ртом воздух, опасаясь упасть в обморок.
- Да, Настюх, это я. Не бойся – я ненадолго. Нас вообще не отпускают, но ради тебя сделали исключение. – Темноволосый юноша улыбнулся и – о, боже! – эти знакомые искорки промелькнули у него в глазах.
- Стас, я… прости меня! Прости меня, я ничего не… - заикалась Настя.
- Молчи! – он приставил палец к ее губам. – Не надо лишних слов. Мне больше не место в вашем мире, но не надо об этом сейчас говорить. Послушай меня. Просто послушай… Тебе кажется, что ты одинока. Что тебя бросили все. Оставили тебя в трудную минуту. Но это не так! Поверь мне, Настенька, это не так. Каждый раз, когда ты ощущаешь себя одинокой, а я знаю, такое теперь с тобой случается часто – что-то не позволяет тебя совсем раскиснуть. Что-то держит тебя здесь – в мире здравого ума – и это что-то оберегает и охраняет тебя. Хочешь узнать что это, Насть? Это – любовь. Любовь тех людей, которым ты дорога. Всегда они стараются сделать тебя счастливой. Саша, Олеся, Наташа – они так хотят, чтобы ты была счастлива. Поверь мне, я знаю. Там, на верху, все знают… А теперь перестань плакать и улыбнись. Все будет хорошо! И обещай мне больше не курить!
- Я… да… да, Стас, обещаю… - смогла лишь вымолвить она.
Он пропал. Настя так боялась этого, но это случилось. Он снова оставил ее. Лишь раздавленная сигарета говорила о том, что произошедшая пять минут назад встреча – не плод широкой фантазии Анастасии, а нечто другое…
- Ну кого мы могли еще здесь встретить? Мадам журналист, придумываем новую статью? – услышала Настя Сашкин голос.
- Ага, опять что-нибудь душещипательное! – продолжила Олеська.
- И как всегда, с хорошим концом… - закончила общую мысль Наташа.
- Вы угадали. Расскажу – не поверите. Но я и так не расскажу. Просто… - Настя окинула присутствующих веселым взглядом. – СЕЙЧАС КАК ВАС ВСЕХ ОБНИМУ!
Настька взглянула на их полные счастья и веселья лица. Странно… Они такие же, как всегда – радостная Сашка с чуть растрепанными волосами, отчего однажды была прозвана «дракошей», беззаботная Нуся с улыбкой, обнажающей все 32 зуба и Олеська, наш несменный диджей, абсолютная и бесповоротная оптимистка…
Они снова шли по улицам все вместе, они снова смеялись и строили планы. Они снова были все вместе…
И когда все вдоволь насмеялись, нагулялись и наелись карамельного мороженого, Саша пристально посмотрела на Настю и спросила:
- Так о чем ты Читать далее...

В колонках играет - Максим - Отпускаю...
Настроение сейчас - тоска...

Два стола. Две рамки под две фотографии. Два мобильных номера. Два далеких друг от друга места. Два далеких друг от друга человека. Это – боль. Это – разлука…
- Господи, я же умру! Я погибну. Иссохну…
- Типун тебе на язык! Не дай Бог! Кто ж мне с Москвы подарки привозить будет?
Две сестры сидели в комнате. Одна – младшая, прижавшись щекой к холодному стеклу окна, наблюдала, как осенний дождь смывает с улиц летнюю пыль. Вторая – старшая, сидела по-турецки на кровати. Повсюду были разбросаны фотографии – на одеяле, на столе, на полу – их летние фотографии…
- Я уже никуда не хочу. Я ничего вообще не хочу… - сказала Саша, не отрывая глаз от происходящего за окном. Там, на недавно проложенном асфальте, были рисунки. Детские рисунки, похоже, на летнюю тематику. Дождь смывал неумелые штрихи, образовывая разноцветные лужицы. И, кажется, такой же дождь смывал из ее души все воспоминания на «летнюю тематику».
- Перестань! А как же мечта с шестого класса? МГУ и все такое… Кто род прославлять будет? А, сестренка? Неужели ты откажешься от всего из-за какого-то… из-за какого-то… хм, Димы Билана? – улыбнулась Кристина.
- Кристь, зачем же ты мне душу-то рвешь? Вон, посмотри – и так уже крыша съехала…
Кристина еще раз оглядела комнату. На стене постер Димы Билана, вырванный из какого-то журнала. На столе кипа тетрадок с тем же персонажем. В плей-листе Winamp’а – «Never let you go». Старшая сестра ухмыльнулась.
- Ты еще не директор Фан-клуба?
- Нет. Хватит. Крыша даже не съезжает - она уже слетает с завидным постоянством. – Саша отвернулась от окна. – Сейчас я уже понимаю, что Дима на Билана не похож. Мне все говорят. Мама в восторге от него, Оксанке он нравится… ну просто ангел! И почему эти ангелы достаются мне?
- Так ты про Билана или про твоего?
- Про моего. Хотя, какого там моего? Приехал из Москвы в Ахтубинск яркий персонаж, все на него и накинулись. А главное, я в их числе! Кошмар. Все-таки жизнь – бумеранг, это меня достопочтенный господин Амур в отместку влюбил. За то, что я всегда со смехом ко всем отношениям отношусь. Блин, тавтология…
- Ждать-то будешь? – Кристина вгляделась в глаза сестры.
- Да куда я денусь! Буду, – ответила та, вновь отворачиваясь к окну. - Вопрос не в этом. Вопрос в том, что будет дальше, даже если я его дождусь…
Ответа не прозвучало. Сашка подышала на стекло. Вывела пальцем знакомое имя. Зачеркнула и снова написала. Затем обвела его сердечком. Вытерла слезы со щеки и мокрой рукой смыла все художество.
Кристина, наблюдавшая за всем этим, задумчиво произнесла:
- Если это в твоей душе сейчас такое, то я тебе не завидую.
* * *
Два года спустя. Латвия. Юрмала. Конкурс молодых исполнителей «Синяя волна». Александра, держа в руках микрофон, пытается унять волнение. Все-таки, ее, студентку первого курса, уже послали в командировку – нужно было оправдать ожидания и доверие.
- Саш, готова? Соберись. Три, два, один, запись!
- Добрый день, наши дорогие телезрители. Да, вы не ошиблись, мы с вами находимся в теплой-теплой Латвии, в городе Юрмале, где в данный момент проходит репетиция конкурса молодых исполнителей «Синяя волна». Участников всего двадцать четыре и три из них – наши с вами соотечественники, вы ведь уже знаете их имена? Это Юлия Щекина, Дмитрий Романов, а также очаровательный юноша по имени Ярослав. Хотите узнать о них больше? Тогда следуйте за мной, ведь сейчас мы проберемся в их гостиничные номера, чтобы увидеть их жизнь, так сказать, изнутри.
- Стоп! – прозвучал мужской голос. – Ничего, Саш, держишься хорошо, но будь чуть пораскованней – ты своя среди народа, хорошо?
- Окей. Будем стараться. – Сашка улыбнулась. – Когда мы пойдем шпионить?
- Прямо сейчас. Бегом к гримеру, встречаемся возле гостиницы.
Ей наложили новый слой тона, подкрасили губы и «взбили» волосы. Готова! Вперед, в комнаты участников.
Комната Юлии Щекиной оказалось ничем не примечательной – так, обыкновенная девичья горница. Номер Ярослава рассказал о его спортивной и музыкальной натуре – гитара лежала вместе с гантелями, а музыкальные диски с журналом “Men’s health”.
Съемочная группа зашла в третий номер – номер Дмитрия Романова.
- О-о-о, да он – романтик! – усмехнулся оператор.
На столе стояла ваза с цветами. Огромный чемодан был не разобран. На кровати валялись какие-то кофты, джинсы, украшения. И вдруг…
- Дмитрий Романов? Это его настоящая фамилия? – спросила Саша неизвестно у кого.
- Нет, – получила она ответ. – Как и Билан, этот Дима тоже сменил реальность псевдонимом. Ты готова к записи?
- Готова. Кстати, смотрите.
Саша подняла с кровати браслет. Он был деревянным, резным – явно ручной работы. От него пахло духами «Lacost» и можжевеловым деревом.
- «Lacost» и можжевельник? – улыбнулась девушка-гример. – Не твое ли это Читать далее...

В колонках играет - Звери-Солнечный зайчик

- Где мой ноутбук? Мне срочно требуется что-либо написать! Мои пальцы требуют, чтобы ими побарабанили по клавиатуре… ПАПА! Где мой ноутбук?! Тишина… - В ЭТОМ ДОМЕ ЕСТЬ КТО-НИБУДЬ, КТО ЗНАЕТ, ГДЕ МОЙ НОУТБУК? Никакого ответа… - Ладно, попробуем менее глобальный вопрос! Папа, где мама? - На работе. И между прочим, как всегда. Стоит лишь чуть-чуть посоображать и поймешь, что все вещи там, где они должны быть. – последовал ответ из кухни. - Папа, я не прошу тебя философствовать! Я прошу ответить! - А я, Настя, прошу тебя подумать. Что ты вчера сделала с ноутбуком? Расколотила клавишу «Enter», отправляя по «мылу» письмо. Так? Так! А где находятся вещи, с расколоченными клавишами «Enter»? Правильно, в ремонте. - Спасибо, не прошло и триста шестьдесят шесть, т. е. пять дней! – сказала разозленная Настя, поняв, что до ноутбука она сегодня не доберется. Но журналистская натура не позволяла признать себя виноватой. – Почему ты никогда не можешь просто ответить? - Потому что ты никогда не можешь просто спросить! - А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!!!!! ВЫ ВСЕ ТОЛЬКО ПОРТИТЕ МНЕ ЖИЗНЬ! Мне плохо, поймите, плохо. А еще вы кидаетесь! – Лицо будущей журналистки покраснело от крика. - Завела разговор ты, правильно? Так почему ты считаешь виноватым весь окружающий мир?! – Спокойно сказал папа, не повышая тона. - ПОТОМУ ЧТО ВЕСЬ ОКРУЖАЮЩИЙ МИР НАСТРОЕН ПРОТИВ МЕНЯ! - Что за шум, а драки нету? – Веселое и молодое лицо мамы «просочилось» во входную дверь. И как ей удается выглядеть так молодо? В любой другой день я бы отвесила ей кучу комплиментов, но не сейчас, когда я обвиняла во всем плохом всех и каждого! - Я спросила его, где мой ноутбук, а он стал огрызаться! – Поспешила наябедничать дочка. - Настюшка, ну, может, ты преувеличиваешь? Кстати, ты совсем забыла, что тебе надо сдать сочинение по литературе. – Улыбнулась мама. - ЗНАЧИТ, ТЫ ТОЖЕ, ДА?! Ладно, можете оставаться наедине и перемыть все мои кости! Считайте, что меня нет! – Топнула она ногой. - Бесит, бесит, бесит, бесит!!!! Все они против меня!!! – Девушка бежала вверх по лестнице – в свою комнату, пытаясь унять злость. Написала маркером на двери «Ушла в себя. Вернусь не скоро. Может, вообще не вернусь!!!» Плюхнулась на диван. Схватила телефон. 3-74-02… - Да. – А чей номер я набрала? Что на циферблате? МИШКА??! Упс! Я же забыла… - Простите, я, наверное, не туда попала! Пип-пип-пип-пип… - Это все, что услышал Миша. Но тут телефон зазвонил сам. На определителе – 35-3-35. Лера?! - Да! - Настюха, прикинь, мы опять с Сережкой поссорились. Какой же он РЕВНИВЫЙ!!! А чего у тебя голос такой злой? - Ничего! Проблем своих до фига, а еще твои! Мне некогда! Пока. – Она бросила трубку. Набрала: 3-66-18… - Алло. - Привет, Ань, можно… - Настя замолчала. - Ну? – Произнес непонимающий голос. - Прости, пожалуйста, я забыла, что Катюха уехала. - Ничего, бывает, но, слышь, Насть, ее уже тут больше трех месяцев нет. Пора бы привыкнуть. - ДА ЗНАЮ Я, ЧТО ЕЕ ТУТ НЕТ! – Крикнула Настя и бросила трубку. Причем теперь бросила в прямом смысле. Причем именно на стол. Причем именно в фоторамку с улыбающимся Стасом. Это было уже слишком… Осколки стекла брызнули в разные стороны. Слезы тоже. Хваленная водостойкая тушь не выдержала натиска такого количества соленостей. Как и тени. И тональный. И пудра. Выдержала только подушка. Почему? Почему в один миг весь ком несчастий обрушился на меня? Мои родители разводятся, ругаются каждый день. Мой самый лучший и самый любимый Стас больше никогда не вернется в мир земной. Моя лучшая подруга, по совместительству двоюродная сестра уехала получать столь нужное в наше время образование… Также далеко и моя родная сестра, которая работает круглые сутки. И, наконец, мой Мишка… Мой самый лучший друг, которому всегда доверялись все самые-самые сокровенные тайны и желания… Сказал, что любит меня… И совсем не как сестру или лучшую подругу… Она плакала долго. Очень-очень долго. А потом еще долго икала, как икают маленькие дети после громкого и продолжительного плача. Но успокоилась. Она, такая опухшая и некрасивая, с красным лицом и размазанной косметикой, взглянула на себя в зеркало. И это ты? Та девчонка, которую все вокруг считают абсолютной и бесповоротной оптимисткой? Та, у которой всегда спрашивают совет и/или к которой всегда бегают, чтобы попить чаю, рассказывая о проблемах и несчастиях? И ведь ты действительно всегда даешь совет, утешаешь, и ругаешь за слова: «Я больше не хочу жить!». А теперь посмотри, кто ты на самом деле? Она залезла на подоконник, на котором, несмотря на запреты мамы всегда лежали подушка и плед. Укуталась. И поняла одну очень серьезную вещь, которую ей всегда твердила Александра Юрьевна, ее организатор и подруга в одном лице, а она никогда не пыталась ее Читать далее...

ОБО мне кратко нельзя... Я - необъятная. Об этом как-нибудь потом...