Это цитата сообщения Aira4e Оригинальное сообщение

Нельзя понять, другого не услышав.

Нельзя понять, другого не услышав.


Нельзя простить, кого-то не приняв.


В круговороте дней нельзя влюбиться,


Не захотев все снова испытать!





Нельзя уйти, оставив дверь открытой.


Нельзя забыть любимое лицо.


Нельзя не слышать уличные звуки,


Когда туда распахнуто окно!





Нельзя сбежать от боли и обиды,


Но надо научиться все прощать.


Чтобы душа была готова снова


Приход любви, как исцеленья, ждать!



LI 5.09.15

Это цитата сообщения Kelen Оригинальное сообщение

Без заголовка

[404x440]
Нет, мне ни в чем не надо половины!
Мне - дай все небо! Землю всю положь!
Моря и реки, горные лавины
Мои - не соглашаюсь на дележ!

Нет, жизнь, меня ты не заластишь частью.
Все полностью! Мне это по плечу!
Я не хочу ни половины счастья,
Ни половины горя не хочу!

Хочу лишь половину той подушки,
Где, бережно прижатое к щеке,
Беспомощной звездой, звездой падучей
Кольцо мерцает на твоей руке.

PS:
Увы, не мое.

Это цитата сообщения Lola_Bad Оригинальное сообщение

Иногда

Иногда мне кажется, а порой - я просто уверена, что справилась. Выбралась из собственного кризиса, переборола собственную боль, растворила в воздухе собственную сказку, придуманную для себя самой... Иногда... Ан нет, не получилось, видимо.
Все это мы уже проходили.
Приступы становятся короче. И пусть они по-прежнему остро-болезненны, зато отпускает быстрей. Но это - когда больно.
А что же делать с нежностью?
С острым желанием дарить любовь?
Ту, которая не нужна.
Ту, о которой не помнят.
Ту, которой не знают.
Ту, которой не ждут.
Иногда мне кажется, что я справилась. Ну, или - почти справилась...
Иногда - это когда мысли заняты работой, отчетами, математикой...
Иногда - это когда в душе рождается злость.
И холод.
Иногда - это когда зима. И не только на улице - 20, но и в душе - тоже.
Иногда...

Иногда утро начинается с нежности. С чужой. С ничего не значащей в этом мире для кого-то смски. С улыбки и доброго слова. С солнечного лучика в окно и эйфории от работы. В такие дни особенно остро хочется поделиться этой нежностью с одним-единственным человеком в этом мире - с тем, кому это совсем не нужно...
Иногда...

Это цитата сообщения Lola_Bad Оригинальное сообщение

Лечат ли

Лечат песни,
Лечит смех,
Лечит время,
Но не всех.
Ты меня уверяешь,
Что ты – не враг,
Я хочу поверить,
Но не знаю – как…
(с)

"Фанатик - это человек,

который не может изменить своё мненине

и не хочет сменить тему".

(Уинстон Черчиль, 1954)


[160x240]

!!

Пришёл как-то к своему учителю ученик и спросил его:

— Как я могу достигнуть сверхчувственной жизни так, чтобы видеть Бога, и слышать, и говорить с Ним?

Учитель ответил:

— Когда ты будешь в состоянии хотя бы на минуту заставить себя войти туда, где не живёт ни одно живое существо, ты услышишь Бога.

— Близко это или далеко? — спросил ученик.

— Это — в тебе, и если ты можешь на время остановить мысли и желания, ты услышишь невыразимые слова Бога, — сказал учитель.

— Как я могу услышать речь Бога, когда я не буду ни думать, ни говорить?

— Когда ты не будешь ни думать от себя самого, ни желать от себя самого; когда твой ум и воля станут спокойными и пассивно отдадутся восприятию выражений Вечного Слова и Духа; когда твоя душа расправит крылья и поднимется над тем, что временно; когда ты отвлечённым мышлением запрёшь на замок воображение и внешние чувства, — тогда Вечный Слух, Зрение, Речь откроются в тебе, и Бог услышит и увидит через тебя, потому что ты будешь органом Его Духа, и Бог будет говорить в тебе и будет шептать твоему Духу, и твой Дух услышит Его голос. Поэтому блажен ты, если можешь удержаться от самодумания и саможелания и можешь остановить колесо твоего воображения и чувств, так как на самом деле нет ничего, кроме твоего собственного слуха и желания, которые препятствуют тебе и не дают видеть и слышать Бога.

)

Молодой монах принял постриг, и в монастыре первым его заданием было помогать остальным монахам переписывать от руки церковные уложения, псалмы и законы.

Поработав так неделю, монах обратил внимание, что все переписывают эти материалы с предыдущей копии, а не с оригинала. Удивившись этому, он обратился к отцу-настоятелю:

— Падре, ведь, если кто-то допустил ошибку в первой копии, она же будет повторяться вечно, и её никак не исправить, ибо не с чем сравнить!

— Сын мой, — ответил отец-настоятель, — вообще-то мы так делали столетиями. Но, в принципе, в твоих рассуждениях что-то есть!

И с этими словами он спустился в подземелья, где в огромных сундуках хранились первоисточники, столетиями же не открывавшиеся. И пропал.

Когда прошли почти сутки со времени его исчезновения, обеспокоенный монах спустился в те же подвалы на поиски святого отца. Он нашёл его сразу. Тот сидел перед громадным раскрытым томом из телячьей кожи, бился головой об острые камни подземелья и что-то нечленораздельно мычал. По покрытому грязью и ссадинами лицу его текла кровь, волосы спутались, и взгляд был безумным.

— Что с вами, святой отец? — вскричал потрясённый юноша. — Что случилось?

— Celebrate*, — простонал отец-настоятель, — слово было: «celebrate» а не «celibate»**!


* celebrate — празднуй, радуйся;
** celibate — воздерживайся (сексуальное воздержание — одна из основ католицизма)




)))

На одной лекции Мастер сказал:

— Гениальность композитора проявляется в написанной им музыке, но, разбирая ноты, гениальность не увидишь. Талант поэта заключается в его стихах, но, изучая стихи, талант не постигнешь. Бог проявляет себя в Мироздании, но самым тщательным исследованием Вселенной Бога не обнаружишь, подобно тому, как старательным обследованием тела не выявишь душу.

После лекции кто-то спросил:

— Как же тогда постичь Бога?

— Смотреть на мир, ничего при этом не анализируя.

— А как нужно смотреть?

— Крестьянин, стремящийся найти красоту в закате солнца, будет видеть лишь солнце, тучи, небо и линию горизонта до тех пор, пока не осознает, что красота не существует сама по себе. Красота — это способность видеть. Попытки познать Бога будут тщетными до тех пор, пока вы не поймёте, что Бога нельзя увидеть как некую сущность, для этого требуется особое умение видеть, свойственное лишь маленьким детям, — не искажённое надуманными доктринами и убеждениями.

Про святого епископа Аммона рассказывают, что к нему привели на суд женщину, которая обвинялась в грехе прелюбодеяния (тогда епископ выполнял и роль судьи). Посмотрев на несчастную, святой епископ сказал:

— Ты зачала ребенка, роды твои будут трудными.

Затем обратился к своим служителям:

— Дайте ей десять аршин полотна: если она умрёт во время родов, то оно будет ей саваном, а если родится ребенок, то оно пригодится для него.

И отпустил женщину, не наказав её и не дав никакой епитимии. Тогда одна дева, присутствовавшая на суде и жаждавшая, чтоб порок был наказан, закричала:

— Этот епископ, наверно, безумный!

На это святой ответил ей:

— Долгие годы я молился в безмолвии в пустыне, чтобы стяжать это безумие, и теперь не желаю расстаться с ним, не променяю его ни на какую мирскую мудрость.

Настоятель храма в небольшом городке славился своей благочестивой и упорядоченной жизнью. Он досконально исполнял свои обязанности, жил размеренно, спокойно и тихо. Регулярно совершал богослужения и дважды в неделю по два часа просиживал на своём постоянном месте в клубе местного благотворительного общества.

Однажды он там не появился. Не было его и дома. Встревоженные прихожане объявили поиск, но результатов не было.

Прошел месяц. Вечером в клубе как всегда на своём месте сидел настоятель и спокойно пил кофе.

— Где вы были всё это время, отче? — спросили изумлённые прихожане.

— В тюрьме — спокойно ответил он.

— Как это могло случиться? — недоумевали все.

— Очень просто, — ответил духовный отец. — Месяц тому назад я поехал в областной центр к епископу, а когда возвращался, то в ожидании поезда принялся рассматривать витрины привокзальных лавок и очень этим увлёкся. Времени всё равно оставалось много. Я умирал от скуки. И тут мне в голову пришла мысль: ведь всё это время могло быть посвящено молитве за гибнущих и несчастных. Из-за того, что молитвенное время мною было упущено, множество людей могло погибнуть… Именно в это время на перроне в сопровождении двух полицейских появилась какая-то странного вида молодая женщина и, показав на меня пальцем, воскликнула: «Это он во всём виноват!» Моё сердце было полно раскаяния. Я с ней вполне согласился и признал её правоту.

Закончив службу, священник объявил:

— В следующее воскресенье я буду беседовать с вами на тему лжи. Чтобы вам было легче понять, о чём пойдет речь, прочитайте перед этим дома семнадцатую главу Евангелия от Марка.

В следующее воскресенье священник перед началом своей проповеди объявил:

— Прошу тех, кто прочитал семнадцатую главу, поднять руки.

Почти все присутствующие подняли руки.

— Вот именно с вами я и хотел поговорить о лжи, — сказал священник. — У Марка нет семнадцатой главы.

Три мусульманина отправились на войну с Византией, и вскоре все трое попали в плен и предстали перед византийским императором. Император повелел сказать им, что они будут помилованы, только если отрекутся от ислама.

Когда эта весть была передана пленникам, те стали обсуждать услышанное. Один из них — тот, который был законоведом, сказал:

— Обязательство, данное по принуждению, шариат считает недействительным. Я для вида отрекусь от ислама, но в душе останусь ему верным, и греха на мне не будет!

Второй из них принадлежал к потомству праведного Али, и, вспомнив об этом, он убеждённо заявил:

— На Страшном суде мой великий предок за меня заступится. Я могу спокойно отречься!

Третий же в мирной жизни был развратником и гулякой. Он задумался над словами своих единоверцев и потом сказал:

— Меня никто не учил извращать законы, и никакие родственники за меня не заступятся. Поэтому я не могу отречься от своей веры и пойду на казнь. Может быть, я хоть таким путём — стойкостью в исламе — немного исправлю свою репутацию, ибо лучше быть убитым с добрым именем, чем продолжать жизнь с тысячью грехов!

Так всё и свершилось, а кто из них оказался более искренним, определит Господь.

...

Один человек утверждал, что разум на улице любви — слеп, и что главное в любви — экстаз и наитие. В доказательство этому своему утверждению он приводил рассказ о влюблённом, который много раз переплывал через реку Тигр, чтобы увидеться со своей возлюбленной. Но однажды он вдруг заметил у неё на лице пятнышко. После этого, переплывая Тигр, он только и думал об увиденном. И любовь, вдохновившая его на этот подвиг, ослабела, и посреди реки силы покинули его, и он утонул.

Ничто не должно отвлекать истинного влюблённого от любви к возлюбленной. Зная это правило, его возлюбленная всегда может испытать искренность его любви так, как это сделала одна красавица. Ей постоянно приходилось выслушивать излияния человека, убеждавшего её в глубине и искренности своей страсти, и она решила его проверить:

— Что говорить о моей красоте, — сказала она, — ты вот лучше посмотри на мою сестру!

Человек, изображавший из себя страстно влюблённого, мгновенно повернулся в ту сторону, куда она показала, и ей сразу стало ясно, что его слова лживы и неискренни.

...

...


Некогда жил один человек, который мечтал стать учеником суфийского шейха. На самом деле он не был готов пройти по пути, приняв должный порядок событий, из-за своей жадности и лёгкой возбудимости — тех качеств, которые не позволяют большинству людей совершить Путешествие.

Шейх, однако, дал ему шанс, потому что у ученика всё ещё оставалась возможность увидеть, пройдя через последовательность неудач в своих делах, что ему следует применить совершенно иной подход и стать спокойнее и внимательнее.

Однако через некоторое время, ученик почувствовал себя угнетённым теми ситуациями, в которые он попадал, следуя указаниям шейха, и решил, что учитель не приносит ему пользы.

Он стал искать другого учителя, который бы более соответствовал его представлениям о себе. Естественно, такой человек быстро нашёлся. Его второй учитель был местным маньяком, смертельно ненавидевшим первого учителя. Когда он вошёл в доверие к ученику и воспламенил его обещаниями тайн и успехов, он сказал:

— Теперь я должен испытать тебя. Если ты пройдёшь тест, я признаю тебя способным достичь высших вершин понимания.

Ученик взмолился, желая тут же пройти тест.

— Отлично. Иди и принеси мне сердце первого учителя.

Ученик, чья голова была вскружена представлениями о новом учителе, помчался, и убил шейха и вырезал его сердце.

Переполненный возбуждением, полный жажды тайн и мистики он бежал к дому фальшивого учителя, когда он споткнулся и чуть не упал. И тут, словно из вырезанного сердца раздался голос шейха:

— Спокойнее, сынок. Преодолевай свою жадность и небрежность!


...

Один человек в суфийской одежде шёл однажды по дороге и, увидев на дороге собаку, сильно ударил её своим посохом. Завизжав от боли, пёс побежал к великому мудрецу Абу Саиду. Он кинулся ему в ноги и, продемонстрировав пораненную ногу, всё ему рассказал и попросил быть судьёй между ним и тем суфием, который обошёлся с ним столь жестоко. Мудрец призвал к себе их обоих и сказал суфию:

— О безголовый! Как посмел ты так поступить с бессловесной тварью?! Посмотри, что ты натворил!

— Я тут не причём, — возразил суфий. — Собака сама виновата во всём. Я ударил её вовсе не из прихоти, а потому, что она запачкала мою одежду.

Однако пёс продолжал считать себя несправедливо обиженным; и тогда несравненный мудрец сказал ему:

— Дабы тебе не хранить обиду до Великого Суда, позволь мне дать тебе компенсацию за твои страдания.

Собака ответила:

— О мудрый и великий! Увидев этого человека в одежде суфия, я подумала, что он не причинит мне вреда. Если бы я увидела его в обычной одежде, разумеется, я постаралась бы держаться от него подальше. Моя единственная вина состоит в том, что я полагала внешние атрибуты служителя истины гарантией безопасности. Если ты желаешь наказать его, отбери у него одеяние избранных. Лиши его права носить костюм человека праведности.

Собака сама находилась на определённой ступени пути. Ошибкой было бы думать, что человек должен обязательно быть лучше собаки.

Королевская дочь красотой своей была подобна луне и очаровывала всех, кто удостаивался хоть раз взглянуть на неё.

Однажды какой-то дервиш, собираясь подкрепиться, поднёс было ко рту кусок хлеба, как вдруг увидел её и застыл в изумлении. Пальцы его сами собой разжались, и хлеб упал на землю. Проходя мимо, принцесса улыбнулась дервишу. Восторг поверг его тело в трепет, хлеб остался лежать в пыли, а сам он едва не лишился чувств.

В этом экстатическом состоянии дервиш пробыл семь лет. Домом его стала улица, соседями — бродячие собаки. Безумный дервиш надоел принцессе, и её телохранители решили его убить.

Тогда она вызвала его к себе и сказала ему:

— Никакой союз между нами невозможен. Ты должен немедленно уйти из города, потому что мои слуги хотят тебя убить.

Несчастный влюблённый ответил ей так:

— С тех пор, как я увидел тебя, жизнь не имеет для меня никакой цены. Они прольют невинную кровь. Но прежде, чем я умру, заклинаю тебя, исполни моё единственное желание, ибо ты — причина моей гибели. Скажи, почему ты тогда улыбнулась мне?

— Глупец! — сказала принцесса. — Когда я увидела, каким посмешищем ты себя выставил, я улыбнулась только из жалости.

И, сказав так, принцесса скрылась.


)

Однажды Насреддина заметили сидящим у дороги. Он вёл себя довольно странно: то смеялся, то становился серьёзным; иногда делал какие-то странные жесты, а потом опять начинал смеяться. Проходящие мимо подошли к нему и спросили:

— Мулла, что тебя так забавляет?

— Смешные истории, — ответил тот. — Я рассказываю себе смешные истории.

Прохожие удивились, но один из них спросил:

— Время от времени ты становишься очень серьёзным. Почему?

— Это случается тогда, когда попадается история, которую я уже слышал.

))

Повелитель каждый год распределял своих боевых слонов по разным селениям, чтобы их там кормили и смотрели за ними. Слоны уничтожали и вытаптывали все посевы.

Однажды пригнали слона и в то селение, где жил Молла Насреддин. Этот слон извёл всех сельчан. Богатеи собрались и решили пойти к правителю — попросить его избавить от этой беды. Но никто не осмеливался идти. И тогда стали умолять Моллу:

— Ты должен взяться за это дело.

Молла идти не хотел, но его очень упрашивали. Подумав, он согласился, но чтобы шли все вместе. И они сообща отправились в путь.

Во дворце Молла увидел, что не они одни пришли к правителю. Он молча присел в сторонке и стал ждать своей очереди.

Правитель начал выслушивать жалобы. Когда жалоба приходилась ему не по нраву, то он приказывал заточить жалобщика в тюрьму. Увидев это, пришедшие с Моллой односельчане один за другим улизнули. Молла остался один и когда заметил это, то к нему уже подошёл правитель и спросил его:

— Куда ты идешь? Что ты хотел сказать мне?

— Дай бог здоровья повелителю! В этом году ты прислал нам в гости одного из своих слонов, хорошего, умного, доброго. Он воспитан прекрасно, помогает нам ухаживать за посевами и во многом другом. Мы очень признательны тебе. Но он, бедный, в нашем селении один-оденёшенек, и ему скучно. Он не спит все ночи напролёт. И наши люди послали меня к тебе просить, чтобы ты прислал ещё одного слона ему в сотоварищи, чтобы он перестал скучать.

Слова Моллы очень понравились правителю.

Когда Молла вышел из дворца, его окружили односельчане и стали расспрашивать:

— Ну как, Молла, удалось тебе что-нибудь сделать?

— Удалось! Ещё какое большое дело удалось! За таких друзей, что не оставляют друга в беде, как вы, мало отдать жизнь. Поздравляю вас! Завтра нам пришлют ещё и слониху!

))

Насреддин дал сыну кувшин, приказал ему принести воды из ручья и залепил ему затрещину.

— Это, чтобы ты не разбил его! — крикнул он.

Посторонний человек спросил:

— Как можно бить того, кто не сделал ничего плохого?

Насреддин ответил:

— А ты, наверное, хочешь, чтобы я ударил его после того, как он разобьёт кувшин, когда и вода и кувшин пропадут? С помощью моего метода мальчик всё запомнит, а сосуд и его содержимое останутся целыми.

Насреддин был на философской волне:

—Жизнь и смерть — кто знает, что это такое?

Жена, оторвавшись от плиты, посмотрела на него и сказала:

— Все мужчины одинаково глупы. Да кто угодно знает, что, если конечности неподвижные и холодные, значит, человек умер.

Насреддин был изумлён мудростью жены. Однажды он долго пробыл на морозе, и у него окоченели руки. «Должно быть, я умер», — подумал Насреддин. Эту мысль сменила следующая: «А если я мертв, то как я могу гулять? Я должен лежать, как обыкновенный труп».

Что он немедленно и сделал.

Час спустя группа путешественников обнаружила его лежащим у дороги и никак не могла решить, жив человек или мёртв. Насреддину не терпелось выкрикнуть: «Идиоты, разве вы не видите, что мои конечности неподвижные и холодные?» Но он сдержался, ведь он знал, что трупы не должны разговаривать.

Наконец все решили, что он мёртв; люди взвалили его на плечи и потащили на кладбище. Не пройдя и мили, они остановились у развилки дорог. Разгорелся новый спор, какая дорога ведёт на кладбище? Насреддин молча слушал их, пока, наконец, его терпение не лопнуло. Тогда он сел и сказал:

— Извините, джентльмены, но дорога на кладбище — слева от вас. Я знаю, что трупам не положено разговаривать, но я только разочек нарушил правило и обещаю вам: это больше не повторится.

)))