[300x226]Уйти в себя иль заново родиться?
Я выберу второе до поры.
Гулять и петь, шутить и веселиться
По правилам безжалостной игры.
Немного плакать и чуть-чуть смеяться,
Самодовольной стать для прочих бед,
Влюбиться и, решив ему отдаться,
Услышать отрицательный ответ.
Уйти в себя. Но лучше ненадолго
(А вдруг меня полюбит кто-нибудь?).
Ответить тем же, счастье сделать долгом
И вместе с ним продолжить грешный путь.
А что же дальше? Может быть по плану,
Как у других – Семья, работа, дом?..
Как сложно все и как все это странно!
А, впрочем, ладно, выберу потом.
Годов линейкой жизни путь измерить,
Писать постскриптумы, идя на дно,
Но все-таки любить, а также верить.
Кого? Кому? - Не все ли вам равно?
Узнать, кто вспомнит, или кто забудет,
Найти свой личный жизненный предел,
Воскреснуть в вечности....
Но это будет
Последним пунктом в списке важных дел.
©Елена Беспаленко
[341x490]
[396x600]Послушай, мой рыцарь, твой путь так далек:
Дорожная пыль и палящее солнце.
С собою в дорогу возьми мой цветок,
Он снимет усталость и сила вернётся.
Послушай, мой рыцарь, в неравном бою
Сломается меч иль копьё затупится,
Ты вспомни тогда эту песню мою —
И сразу победа на крыльях примчится.
Послушай, мой рыцарь, когда победишь
И враг на колени падёт пред тобою,
Ты в шелесте ветра мой голос услышь —
О подвигах он вознесется хвалою.
Послушай, мой рыцарь, домой приходя,
И в счастье и в горе я петь не устану.
Мелодия эта согреет тебя,
И нежно обнимет, и вылечит рану.
[300x282]Мы зовем друг друга
Когда мы не можем дозвониться до "своего", он не отвечает на письма, не выползает на аську, а очень нужен, или вовремя не позвонил сам, находясь где-то далеко, мы начинаем сознательно звать. Когда мы никак не решаемся с кем-то поговорить о чем-то важном, и "крутим" разговоры в воображении - мы тоже зовем, бессознательно. Как, в каком виде, и почему именно так доходит наш зов до адресата?
Сначала - о бессознательных зовах. Когда мой сын был младше и скучал, его зов доходил до меня приступом немотивированного отчаяния, смешанного с паническим страхом. Зов одной моей подруги-ведьмы, опасающейся всегда оказаться чрезмерно назойливой, долетает резким уколом головной боли. Некоторые зовы отзываются нарушением сердечного ритма или сонливостью - падением давления. Но все вариации начинаются с беспокойства, большего или меньшего. Многие из нас сталкиваются с подобными симптомами, особенно когда нас "зовут" близкие, дорогие люди (нелюди). Когда мы зовем их не подразумевая зова, непроизвольно, они, зачастую, переживают те же "радости". Почему и к чему это может привести?
Попробуйте проанализировать, как вы доходите до "состояния зова", когда не можете по каким-то субъективным (!) причинам вызвонить кого-то, или встретиться с кем-то, поговорить. Сначала вы начинаете вяло думать о человеке, или проблеме , с ним связанной. Через некоторое время уже можно отловить себя на том, что вы ведете мысленный диалог с этим человеком. Диалог по нарастающей набирает эмоциональный окрас. В конце концов, вы достигаете пика эмоций, разряжаетесь, и, возможно, вам уже не нужно обязательно поговорить вживую. Но зов - улетел. Что переживает ваш "собеседник", получив зов? А что было с вами? Вы переживали эмоциональный всплеск, у вас подскочило давление, участилось сердцебиение…. Что там со здоровьем у "собеседника"? Ах, у него склонность к аритмии? Ну, тогда аритмия и была. Возможно, с болевыми эффектами. Не выспался сегодня? - Тогда, скорее всего, резкий скачок давления вызвал приступ головной боли. И, разумеется, ваш "собеседник" пережил внезапный приступ тревоги. Все еще непонятно?
Непроизвольный зов, а речь в данный момент идет о нем, "слетает с тетивы" на пике эмоций. Именно на энергии эмоционального выплеска он и летит к получателю. На этой энергии первыми доходят самые грубые сигналы - сигналы тушки, и накладываются на организм получателя, провоцируя в нем то, что происходило и с вами. Внезапный немотивированный сбой в работе организма вызывает пусть очень короткий, но ясно различимый сознанием приступ инстинктивного животного страха. Это - нормальная реакция. Это - знает любой, у кого хоть раз в жизни от неожиданности "замерло сердце" (оно на самом деле в этот момент пропускает одно или два сокращения, сбивается с ритма). Только после того, как прошли сигналы нижнего уровня, физиологические, до получателя доходит все остальное. Но все остальное уже ложится на тот самый приступ страха и искажается соответственно. Получатель, если он достаточно чувствителен, может распознать, от кого пришел зов. Только, распознавание у нетренированного существа не идет дальше просто мыслей о зовущем. И, повторяю, - мысли ложатся на первоначальный страх.
Предположим, вы - молодая женщина. Вы никак не решитесь расставить точки над "Ё" в отношениях со своим милым. Вместо того, чтобы открыто поговорить с ним лично, вы постоянно моделируете объяснение внутри себя. При каждом таком воображаемом диалоге/монологе вы испытываете самое настоящее волнение, которое, достигнув пика и разрядившись, отсылает сигнал по адресу. А ваш милый в этот момент, между прочим, начинает испытывать беспокойство. Немотивированное беспокойство противно организму и сознание милого быстренько само придумывает мотивы: все ли у вас в порядке, не попали ли вы под машину, не напал ли на вас бандит, не забыли ли вы выключить газ…. И т.д. Чем чаще вы так непроизвольно "зовете" милого, тем чаще он испытывает за вас тревогу. А кто вызывает тревогу и беспокойство чаще всего? Правильно, глупое или беспомощное существо. Если у вашего милого нет комплекса матери Терезы, то очень скоро вы уже вживую начнете вызывать у него уколы раздражения, потому что такое количество беспокойств создает ощущение, что вы повисли на нем со всеми своими заморочками. Даже если вы молчите, как рыба об лед, и только и решаете его собственные проблемы. Думаете, вам удастся затащить милого под венец? Вряд ли. Точно такое же раздражения у вас
[333x400]

[400x400]
[500x332]
[400x400]
|
[400x400]
[439x500]