[180x240]
[400x514]Человечный Новоруский ВасильИвананыч молился:
Рассеянный Романтик Поцелуев спрашивал:
Иногда_думающий Завсегдатай Mr.Doors интерисовался:
«Господи, зачем люди называют
«Забавно, отчего стены слышат
«Любопытно, почему небеса чувствуют
Простые истины ложными?» Бог
Человеческие откровения жалкими ?» Мрамор
Свои непогоды шумом ?» Ветер
Сверху проскрипел: «Неужели остальным
[показать]
© Reuters/Scanpix
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
www.alexjdanov.ru
[показать]
[показать]
[показать]
www.ajdnevnik.ru
фотографии: © AP/Reuters/Scanpix
Самое прекрасное в них то, чего не увидишь глазами.
Но глаза слепы. Искать надо сердцем.
Люди забираются в скорые поезда, но они уже сами не понимают,
чего ищут
А ведь то, чего они ищут, можно найти в одной-единственной розе,
в глотке воды...
У каждого человека свои звезды. Одним - тем, кто странствует, -
они указывают путь. Для других это просто маленькие огоньки. Для ученых
они - как задача, которую надо решить. Для моего дельца они - золото. Но
для всех этих людей звезды - немые.
У тебя будут звезды, которые умеют смеяться!
Страшно провалиться в иллюзию, страшно, что все окажется не таким как себе представляешь. Сломалось что-то внутри, и какое-то жестокое существо так и наровит вырваться изнутри прямо на смятую постель и мучать целую ночь спутанными мыслями. А существо - это своеобразно переболевший скарлатиной внутренний голос - не стать бы только настоящим шизофреником, вскрыть бы полотно жизни, увидеть бы нутро все как оно есть. Когда-то просто было, и ангелы так близко касались мягкими крыльями плеч - в защищенности пьешь по утрам черный кофе и спокойно идешь, идешь, и хотя так и остаешься на месте, даже этого не замечаешь. Сомнения отравляют кровь и ее следы остаются на асфальте шагами неумелыми, какой-то очередной ошибкой. Все иллюзорно, кроме любви. (с) Как все должно_быть? Стаканы с прахом падают с шкафов, фальшивое-шагреневое и амфетаминовые душные сны, скользкий лед под ногами и сбитые колени, а добраться то правды то как, как найти? Подумаешь, да к черту все это, давай же, просто вдыхай все сжатыми легкими, дыши же ты, тебе ведь жизнь подарили! А тебе впустую дышать не хочется. Хочется дышать так, чтобы по-настоящему, чтобы пряной корицей по альвеолам.
... Я должен был исправить мотор или погибнуть. Воды у
меня едва хватило бы на неделю.
Итак, в первый вечер я уснул на песке в пустыне, где на тысячи миль
вокруг не было никакого жилья. Человек, потерпевший кораблекрушение и
затерянный на плоту посреди океана, - и тот был бы не так одинок.
Вообразите же мое удивление, когда на рассвете меня разбудил чей-то
тоненький голосок. Он сказал:
- Пожалуйста... нарисуй мне барашка!
- А?..
- Нарисуй мне барашка...
Я вскочил, точно надо мною грянул гром. Протер глаза. Стал
осматриваться. И увидел забавного маленького человечка, который серьезно
меня разглядывал. Вот самый лучший его портрет, какой мне после удалось
нарисовать. Но на моем рисунке он, конечно, далеко не так хорош, как был
на самом деле. Это не моя вина. Когда мне было шесть лет, взрослые
убедили меня, что художник из меня не выйдет, и я ничего не научился
рисовать, кроме удавов - снаружи и изнутри.
Итак, я во все глаза смотрел на это необычайное явление. Не
забудьте, я находился за тысячи миль от человеческого жилья. А между тем
ничуть не похоже было, чтобы этот малыш заблудился, или до смерти устал
и напуган, или умирает от голода и жажды. По его виду никак нельзя было
сказать, что это ребенок, потерявшийся в необитаемой пустыне, вдалеке от
всякого жилья. Наконец ко мне вернулся дар речи, и я спросил:
- Но... что ты здесь делаешь?
И он опять попросил тихо и очень серьезно:
- Пожалуйста... нарисуй барашка...
Все это было так таинственно и непостижимо, что я не посмел
отказаться. Как ни нелепо это было здесь, в пустыне, на волосок от
смерти, я все-таки достал из кармана лист бумаги и вечное перо. Но тут
же вспомнил, что учился-то я больше географии, истории, арифметике и
правописанию, и сказал малышу (немножко даже сердито сказал), что не
умею рисовать. Он ответил:
- Все равно. Нарисуй барашка.
Так как я никогда в жизни не рисовал баранов, я повторил для него
одну из двух старых картинок, которые я только и умею рисовать - удава
снаружи...
Антуан де Сент-Экзюпери "Маленький принц"
Чудесная книга.