[549x700]
Написал о том, как вера в Бога воскресила к жизни человека, которого считали совсем пропащим. Инвалид, у которого не действуют руки и ноги, пьяница, бомжевавший на рынке и просивший подаяние на паперти в церкви, поверив в Бога, обрёл своё призвание и стал признанным художником. Вот это чудо! Знаю по себе, какая проблема алкоголизм. Сам не употребляю алкоголь почти 18 лет, и обидно, что на моих глазах спились многие хорошие люди. Но из самой плохой ситуации есть выход - Виктор Бабарыкин пример тому. Спасибо ему за откровенные ответы на мои вопросы и фотографии, А вот мой текст:
"Ты воскресил меня, Господи!
Пьяница-бомж с церковной паперти стал знаменитым художником
49-летний Виктор Бабарыкин создаёт нерукотворные иконы
Иконы Виктор Бабарыкин творит не кистью, а огнём. Зажав в зубах прибор для выжигания, он прикасается к доске, оставляя на ней точки и линии.
Дым рассеивается – и на дереве уже виден образ Христа. Кажется, Спаситель смотрит прямо в душу. Ведь икона создана человеком, которого вера в Бога спасла от смерти, подняла с самого дна, который порой страшнее ада.
…Виктор появился в Каменск-Шахтинске в канун Дня Победы, 8 мая 1965 года.
Мать не обрадовалась рождению сына.
– Какой из калеки работник! – рассуждала она. – Обуза!
– И в умственном отношении мальчик, наверное, неполноценный, – сообщил ей врач. – Вы молодая, зачем вам сын-инвалид?
Мать оставила малыша в приюте, одарив его лишь именем – Виктор. Оно стало для брошенного мальчишки знаменем.
– Сдаваться, когда тебя называют так, нельзя! – тысячи раз твердил себе позже Виктор. – Моё имя означает «победитель»!
Сначала он жил в Ростовском доме малютки. Там было всё – сытая кормежка, игрушки. Не было только рядом женщины, которую он мог назвать мамой.
– Я никого в детстве не называл этим словом, – говорит мне Виктор. – Не пришлось.
Возиться с ним в приюте не очень хотели – да и как это делать, ведь ни руки, ни ноги у него не работают, даже карандаш не удержит!
Так и остался бы Виктор неучем, записали бы его навечно в олигофрены, если бы не учительница спецшколы Галина Уткачёва. Женщина заметила, что мальчик смышлёный и память у него отличная.
– Почему ты не пишешь буквы? – спросила она его.
– Пальцы меня не слушаются, Галина Петровна!
– А рот у тебя, Витя, не только для того, чтобы со мной спорить и кашу есть, – уже ласково произнесла учительница. – Зажми карандаш зубами и пиши! У тебя получится!
Виктор старательно выводил на бумаге каракули. Сколько сил ушло, чтобы они стали похожими на буквы! Школу мальчик закончил с отличием, и его домом стал Новочеркасский интернат инвалидов.
Беда
Виктора там поселили в комнате с 56-летним безногим мужчиной. Тот инвалид был обижен на весь мир и знал только одно лекарство от сжиравшей его тоски.
– На, пацан, хлебни! – подносил он к губам Виктора стакан с водкой. – Сразу веселее будет…
И вправду – мир становился ярче, люди – добрее, и тот пьяница уже казался закадычным другом.
Виктор привык к жизни в интернате, привык к водке. Организм был ещё крепок, и интересы заключались не только в стакане. Парень пел в хоре, писал рассказы, на самодельной коляске раскатывал по двору. Записался в казачью дружину, играл в шахматы. Но сердце просило большего, он чувствовал себя богатырём, связанным судьбой по рукам и ногам.
Что же делать?
– Свобода, гласность, перестройка, кооперация! – звенело тогда на всех углах. Бабарыкин подался в коммерцию. Торговал продуктами, косметикой и одеждой. Всё шло вроде успешно, но случился дефолт.
– Парень, ты попал на бабки! – заявил ему поставщик. – Должен – плати!
Виктора вынудили идти побираться. Бомжевал в Ростове-на-Дону, просил милостыню на рынке. Рассчитаться с долгом быстро не получилось. Добила личная драма:
– Девушка, которую я любил, меня бросила. Оказалось, ей нужен был не я, а мои деньги…
Виктор совсем опустился, выглядел стариком. Он пил, пытаясь забыться. И чуть не умер, замерзая на улице.
– Может, оно и к лучшему? – билась в мозгу страшная мысль. – Но её догоняла другая:
– Я же Виктор! Меня так просто не убьёшь – даже водкой!
Возрождение
Тот зимний день стал днём его возрождения, воскрешением тонувшей в алкоголе души.
….Виктор сидел на паперти храма в Ростове и протягивал руку. Монетку подал человек в рясе:
– Может, зайдёте внутрь? В храме теплее…
Виктору помогли закатить тележку в церковь. Под сводами звучало пение хора, пахло свечным воском и ладаном. Люди расступились, пропуская его вперёд.
– Все смотрели на меня без злобы, с сочувствием, - вспоминает Виктор. - Сострадание не унижало – я ощущал, что прихожане храма считают меня равным им. Слёзы хлынули из глаз, я ощутил, что Христос меня видит и любит…
Разговор со священником для
Читать далее...