[b]
В то, что мы все-таки совершим «головокружительное путешествие с «U2» в Лиссабон, верилось с трудом. Сначала думали, что визу не дадут, потом, что авиакомпании начнут забастовку, еще страшней была мысль, что кто-нибудь потеряет билет. Но паспорта оказались в порядке, самолеты тоже. И вот после семичасового путешествия мы оказались в Лиссабоне. Город встретил нас вечерней духотой и полным отсутствием признаков жизни, не говоря уже о признаках последнего в рамках европейского турне концерта великих и прекрасных «U2». Почему весь город не был заклеен афишами концерта, выяснилось на следующий день. Причина была проста – шоу, билеты на которое были распроданы за один день еще в марте, реклама не нужна. Счастливчики с билетами знали число и адрес – 14 августа, стадион «Жозе Альваладе», но в то, что эти самые счастливчики уже в городе, не верилось: воскресным утром Лиссабон жил тихой, спокойной жизнью, а его обитатели двигались вовсе не в сторону стадиона, а в сторону океана, куда поспешили и мы.
Даже Атлантический океан вел себя спокойно. Пляжи были битком набиты людьми, которые делали все, что угодно (купались, загорали, играли в футбол, строили песочные замки), только не зубрили слова песен. Подействовало! Мы тоже расслабились, забыли о грузе ответственности, который ощущает каждый человек перед личной встречей с Боно со товарищи, искупались в теплом океане, пообедали и поехали на стадион только в шесть вечера. Эта ошибка стоила нам маек и прочих сувениров нужного нам размера (XXL) и количества – их у продавцов уже не осталось. Оказалось, что пронырливые европейцы искусно ввели нас в заблуждение, а сами тем временем окопались у стадиона, проникли на него сразу после открытия ворот и смели весь «официальный мерчандайзинг». Мы немного расстроились, но тут увидели стадион, и сердца наши затрепетали. У его южной трибуны был воздвигнут гигантский светодиодный экран, а также сцена, от которой в сердце танцующего партера отходили полукругом две дорожки. Напротив сцены, ближе к северной трибуне стояли две огромные вышки с четырьмя секциями, в каждой из которых находился специально обученный и, видимо, бесстрашный человек и управлял прожектором. Но это было потом, а пока народ продолжал собираться на стадион под звуки «максимального нон-стопа» в исполнении групп «Portishead», «Franz Ferdinand», «The Weezer», «Foo Fighters».
Обещанный в семь часов разогрев в лице «The Keane» и «Kaiser Chiefs» начался в половине девятого усилиями последних. У Тома Чаплина заболело горло, о чем, безусловно, теперь сожалеет он сам, его группа и поклонники. «Кайзеры» были приняты публикой прекрасно, но все ждали главного. И оно пришло. К половине десятого на трибунах и на футбольном поле (то есть, в танцующем партере) не было свободных мест.
В десять вечера на сцену вышли: Боно, облаченный в черный пиджак с красными эполетами и орденом Свободы, врученным президентом Португалии группе «U2», Эдж в очередной своей фирменной шапочке, Адам Клейтон и Ларри Маллен в черных рубашках. От счастья видеть ИХ те, кто сидел – встали, те, кто стоял – подпрыгнули, и все коллективно испытали головокружение от «Vertigo». После первой песни Боно в приветственной речи сообщил своим ирландским землякам, что ему дали орден в Португалии, и он стал португальцем, изрек несколько слов на португальском и продолжил мысль песней «I will follow».
То, что мы испытали за последующие два часа, описать словами практически невозможно! Не меньше музыки нас трогали слова: мы умилялись рассказу Боно о том, как он посадил дерево в португальской больнице; были на грани слез, когда перед исполнением «Miracle Drug» нам была поведана история мальчика, прикованного к постели и пишущего рассказы; в исступлении отправляли sms в поддержку Африки; соглашались с тем, что все религии равны (эту идею Боно распространял, обвязав голову белой лентой, украшенной символами мировых религий); песней «Sometimes You Can`t Make It On Your Own» почтили память отца солиста. Последней каплей стало исполнение песни «With or Without You», когда под голубо-белый свет прожекторов Боно вытащил на сцену девушку из партера и, преклонив оба колена, целовал ей руки. Рыдали все! И, смахивая слёзы, подпевали! У нас в горле першит до сих пор, но горлу орденоносца (кстати, заметно похудевшему) все было нипочем. В «Miss Sarajevo» он с легкостью заменил Паваротти.
Весь стадион, включая нас, неистовствовал вместе с «U2». С каждой песней казалось, что лучше, сильнее, острее быть уже не может, но тут начиналась другая мелодия, а сердце стучало еще чаще. Так мы и прожили эти два часа, осененные присутствием высших сил. Уверена, большая часть из присутствовавших на концерте готовы были подписаться под словами плакатов: «Bono is my god» и «U2 is my religion». Но кем бы не были «U2» для каждого, они, прежде всего, музыканты, и качество звука для них – превыше всего. Свое мастерство они еще раз подтвердили: каждое слово и каждый аккорд было слышно так, как будто слушались они дома в наушниках.
Кстати,
Читать далее...