Сегодня, придя вечером с работы, лёг спать. Просто совсем нечего было делать. И заснул. И видел сон. Странный сон. Самый странный сон, какой я помню. Когда я проснулся, я взял телефон и записал все кусочки, которые смог вспомнить. Сейчас попробую воссоздать максимально точную картину, попробую понять. К сожалению самого начала сна я не помню совсем, и смутно помню некоторые эпизоды, поэтому не буду о них упоминать. Только чётко зафиксированное в памяти.
<...> Зима. Что-то похожее на декабрь, не слишком холодно, но темно. Двор моего дома, заледенелая дорога, автомобильные колеи, полные слякоти. Я невысок, одет в пальто, мне лет двенадцать. Я на коротышках, лечу во все тяжкие вдоль дома, лихо огибая редких прохожих, разбрызгивая жидкую холодную грязь. Как ни странно, коротышки нацеплены на кеды, сыро и кеды промокли насквозь. Я двигаюсь к соседнему дому, там живёт мой друг Санёк, я хочу чем-то перед ним похвастать <...>
<...> Чья-то квартира, квадратная комната. Знакомая девушка снимает куртку, одновременно выискивая что-то на одной из многочисленных полок. В проходе виден кусок помещения, судя по всему, это гостиная. Из соседней комнаты слышен женский голос, чётко ощущается чьё-то тяжёлое присутствие.
Из комнаты с женским голосом выходит толстая бело-рыжая кошака и устремляется ко мне. Я опускаюсь на корточки и осведомляюсь, можно ли погладить монстра. Но кошака берёт инициативу в свои лапы, бодает меня лбом и самостоятельно гладит себя мной, подлезая под протянутую руку <...>
<...> То ли лес, то ли парк. Вроде бы лето. Почему-то это либо концлагерь, либо военная зона. Вокруг люди военного образца в неброской одежде. Кто-то кричит мне издали, машет рукой. Подходит ближе и оказывается Серёгой Ёбаное Рыло. Он груб и старше меня по званию, пытается ударить меня по лицу. Я уворачиваюсь, сильно заламываю ему руку и валю на землю.
Серёга плох, жалуется на боль в плече, не может сам идти. Почти волоку его на себе. Перед глазами назойливо маячит то ли рентгенограмма, то ли флюорографический снимок плечевого сустава, на котором отчётливо проявляется большое фиолетовой пятно в форме буквы "Т".
Мы снова в наших родных дворах. Воздух сух и насыщен озоном. Пасмурно. Похоже на поздний вечер ранней осени. Совсем близко сверкает молния и почти сразу же - громыхает. Начинается дождь, я двигаюсь в своему дому, быстро темнеет.
Неожиданно осознаю, что волоку на себе не Серёгу Ёбаное Рыло, а свою собаку, которая подвернула лапу. При этом внешне мой визави не меняется ни на йоту, это чистое данное. Накатывает паника, я останавливаюсь у ближнего подъезда, звоню родителям, пытаюсь растолковать в чём дело. Их нет дома, они где-то развлекаются. Я злюсь и тащу свою ношу в родной подъезд <...>
<...> На лестнице встречаюсь с родителями, которые поднимаются на пятый этаж; они слегка подшофе. С ними какой-то человек, светловолосый усач лет пятидесяти. Обеими руками он держит пластиковую полтора-литровую бутыль с криво отрезанной горловиной. Ёмкость полна квашеной капусты. Усач зло косится на меня, тычет мне в лицо своей ношей.
На пятом этаже все заходят в квартиру, но не в нашу, а в соседнюю. Усач последний, он оборачивается, суёт мне под нос то ли аттестат, то ли удостоверение личности; срывающимся голосом обвиняет меня в том, что я считаю его дураком, а у него между прочим высшее.
Ухожу от него в свою квартиру. Здесь очень темно и тихо. Прохожу в комнату и ложусь. Задрёмываю. Какой-то смутный шорох заставляет насторожиться. Через пару секунд снова шебуршание, уже громче. Грань между сном и явью размывается, становится не очевидно, во сне этот звук или наяву.
Я просыпаюсь. В комнате темно и свежо. Я спал всего два с половиной часа, с 20:00 до 22:30. Странный сон. Заставил думать.
Настроение сейчас -