Что бы я ни делал, где бы я ни был, я всегда отвлекаюсь в это время на несколько минут, чтобы просто посмотреть на пустыню. Начинаешь понимать, что человек может быть очень деятельным, но никогда таким большим и величественным. Знаете, пустыня - самая добрая мать для человека, и именно благодаря своей жестокости. Жестокость делает человека осторожным, заставляет полагаться только на самого себя. Здесь не место мягкотелым. Иногда, когда солнце сжигает кожу, а его лучи слепят, ты замечаешь только жестокость. Но примерно в это время суток пустыня вдруг улыбнется тебе, скажет, что жестокость ее - на самом деле доброта. Ты начинаешь смотреть на жизнь с ее точки зрения и понимаешь, что только она - самая верная.
- Многие люди ненавидят пустыню, - попытался пояснить Солти. - Они поступают так только потому, что боятся ее. Каждый из них боится остаться наедине с самим собой. Многие сходят с ума, если их оставить в пустыне всего на неделю. Я часто видел такое. Однажды, человек подвернул ногу и не мог идти дальше. Его спутники, напротив, были вынуждены продолжить путь. Они ушли, оставив тому человеку много воды, еды и дров. Ему следовало только посидеть на месте три-четыре дня, пока нога заживет и позволит идти дальше. Человек вышел к обжитым местам наполовину сумасшедшим. Нога была воспалена, но он заявил, что предпочел бы потерять ее, чем остаться в пустыне еще хоть на десять минут.
- Я считаю пустыню прекрасной, - сказала Велма Старлер.
- Она прекрасна, несомненно, - согласился Солти. - Люди боятся ее только потому, что здесь они оказываются лицом к лицу с Создателем. Некоторым такое не под силу. Кому-нибудь налить еще чаю?
Вы оставляете комментарий, где указываете, с какого времени существует ваш дневник, а я называю вам наугад месяц и год. Вы выбираете любую запись за этот месяц, снова публикуете ее в своем журнале и комментируете с точки зрения себя сегодняшнего.
Мне достался ноябрь 2007
ОХОТА НА СЕРНОВ
Сезон открыт, охотников хоть отбавляй, сернов значительно меньше. Скорее всего - совсем один, который хочет только одного - затаиться и отлежаться, но охота - это гон. [585x374]
----------------------------------------------
Ну, что тут комментировать... охота продолжается, рога трубят, охотникам, собственно, до сернов уже давно и дела нет, они просто несутся напролом, создают шум и дискомфорт, заводят свои порядки... Серны согнаны в резервации, которые иногда называют заповедником.
И кота больше нет. Никогда он вот так не вспрыгнет на меня и не начнет по-хозяйски топтаться. Мне его очень не хватает.
три минуты, как наступил. Может быть что-нибудь изменить? Или где-нибудь поменять? Условность, конечно, но все-таки... есть повод начать новую прекрасную жизнь.
Приехал, света нет, соответственно и плитка не работает, вода из крана на участке не течет (только колодец за углом). Дождь моросил два дня не позволяя разжечь костер. Затащил на крыльцо мангал, кастрюлю поставил на шампура, и два дня отлично питался. Потом дали свет, перестал лить дождь и жизнь прекрасна.
Участок зарос, когда приехал - в сумерках долго искал калитку, чтобы войти надо пробираться через кусты и низкие ветки серени, но убирать не стал, мне нравится эта отгороженность от улицы, только покосил немного вокруг дома.
Единственный собеседник - кот. Он, видимо, стареет, уже не носится все ночи напролет и не прибегает под утро с выпученными глазами и требованием немедленно пожрать. На природе он начинает меня нежно любить, ходит за мной, как собаченка и спит на груди, положив мордочку на плечо.
Наконец-то смог работать. Дописал две иконы. Всем недоволен, просто уже поджимают сроки и кончаются деньги. Очень хочется - не торопиться, но почему-то вся моя жизнь - аврал.
Год сплошных потерь: своего дома, своего прихода, который был вторым домом, здоровья, друзей, детей, духовных опор... Я парю в безвоздушном пространстве, пытаясь нащупать какой-то новый способ жить, найти потерянный контакт с миром и Богом, понять смысл сквозняка, который выдул все устойчивое и привычное и, кажется, выдул и душу.
Завтра, наконец, уезжаю на дачу. Надеюсь, что все обо мне забудут. Надеюсь, что кто-нибудь обо мне вспомнит. Поиск предполагает противоречия.
Жизнь или обновляется, или умирает.
Довольный. Вырос еще на 5 см. Привез много фоток, видео, записочек и всякой мелочи. Второй день рассматриваем.
На Петра и Павла все-таки ходил в храм, пел на клиросе, получил от клироса в подарок очень красивое Евангелие на церк-слав. Но голос еще ломается, верхние ноты - только фальцетом. Это видео с фотика, валяли дурака с ребятами, помещаю для тебя, Кетино, посмотри, как вырос наш "Пашечка".
ЗЫ Интересно, что где бы он ни был летом, ему всегда удается в свои именины попасть в храм. Два года назад в селе на Белом море - рядом оказался маленький деревянный храм, освященный в честь Петра и Павла, в котором служба бывает один раз в году - на Петра и Павла))
[383x432]
Сегодня именины у моих сыновей Петра и Павла.
Но в храме были только мы с Лизаветой.Паша в лагере, а Петю не могу уговорить уже который год. В этот раз и не звал, вижу - бесполезно. Видно, плохо молюсь, да, действительно - плохо.
Современный мир ведет себя по-ребячески. В школе, когда учитель выйдет на минуту из класса, мальчишки срываются с цепи. Каждый спешит сбросить гнет, вызванный присутствием учителя, освободиться от ярма предписаний встать на голову ощутить себя хозяином своей судьбы. Но когда предписания, регулирующие занятия и обязанности, отменены, оказывается, что юной ватаге нечего делать: у нее нет ни серьезной работы, ни осмысленной задачи, постоянной цели; предоставленный самому себе, мальчишка может только одно - скакать козлом.
Именно такую безутешную картину представляют собою теперь небольшие нации. Раз уж наступает "закат Европы" и править Европа не будет, народы и народники скачут козлами, кривляются, паясничают или надуваются, пыжатся, притворяясь взрослыми, которые сами правят своей судьбой. Отсюда и "национализмы", которые возникают повсюду.
В предыдущих главах я попытался нарисовать новый тип человека, который сейчас господствует в мире; я назвал его человеком массы и показал отличительную его черту: чувствуя себя заурядным, он провозглашает права заурядности и отказывается признавать все высшее. Если это настроение торжествует в каждом народе, оно, естественно, господствует и во всех нациях в целом. В определенном смысле появляются народы массы, которые решительно восстают против великих творческих народов, отборного меньшинства, которое создало историю. Поистине смешно, когда мелкая республика вытягивается на цыпочки, ругает из своего уголка Европу и возвещает ее уход из мировой истории.
К чему же это ведет? Европа создала систему норм, ценность и плодотворность которых доказана столетиями. Эти нормы не самые лучшие из возможных, но они, без сомнения обязательны до тех пор, пока не созданы или по крайней мере не намечены новые. Раньше, чем их отменить, надо создать другие. Теперь народ массы отменяет нашу систему норм, основу европейской цивилизации; но так как он не способен создать новую, он не знает, что делать, и, чтобы занять время, скачет козлом.
Как вижу из твоего письма, тебя интересуют мои переживания. Но в большинстве случаев здесь все так буднично, так обыденно, что не хочется и писать об этом, и лишь желание не дать маме беспокоиться заставляет меня писать письма. Когда-нибудь при случае опишу тебе быт солдат, опишу поездку свою в Кови.., хождения в Ковенской и Сувалкской губерниях, а пока опишу, как могу, свои впечатления от первого, и пока единственного, боя, свидетелем которого я был.
Еще дня за два до сражения нам слышна была далекая канонада. Почувствовалась некоторая тревога; время от времени выбегали из барака и напряженным ухом ловили далекий еле слышный гул. На другой день с утра уже приготовлялись к походу. Укладывали мешки, собирали все в порядок, чтобы сразу можно было собраться. Часа в два дня построились в боевом снаряжении. Пришел ротный командир, поздоровался и сказал очень короткую фразу: «Перекрестись, ребятушки, по настоящему в поход идем». Все поснимали фуражки и закрестились. Чувствовалось, что каждый молится не по привычке, а от души. По команде подняли винтовки на ремень и тронулись. Гармонист заиграл марш. Начались шутки и смех. Пошел дождь, идти было скользко, мешок тянул за спиной. Подошли к берегу и стали ждать, пока наведут мост. На этом берегу позади нас <…> виднелся курган. На этот курган нужно было назначить полевой караул. В этот караул назначено было 9 человек, в том числе и я. На меня же, как на хорошего ходока, была возложена обязанность идти с донесением к командиру, если что-нибудь случится особенное. Роты остались на берегу, а мы повернули обратно. Долго ползли мы на гору. Подъем крутой, почва глинистая и размокшая от дождя ползла из-под ног. Приходилось упираться в землю винтовкой. По гребню шли тихо, ловя каждый шорох, т.к. наверху должен был стоять караул, и если бы мы не расслышали окрика по нам могли бы открыть стрельбу.
Занялся сканирование старых фотографий. Хочу их потом подчистить, но пока размещаю то, что есть в натуральном виде.
Это по маминой линии
Прапрапрадед Ермолай Игнатьевич Проскурин, прабабушка Анна Ермолаевна и прапрадед Иван Васильевич Ледовской - старший хорный музыкант, фельдфебель 141 пехотного Можайского полка. У них было 9 детей, среди них - мой дед. Фотографии детей - дальше в комментах. [354x588]
Праздновали сегодня день рождения отца А. По дороге от храма до трапезной, кто-то его так успел накалить, что он сидел за столом, как мрачная скала, не позволил произнести за него ни одного тоста, не пил не ел, только окидывал нас недружелюбным взглядом и шипел в сторону о. Николая и Хасаныча.
Мы притаились и сидели, как мыши. С подарком подползти я не посмел.
Часа через два после окончания "праздника" он за чем-то вернулся в другом настроении, я рискнул заикнуться о подарке, и что, мол, не стал раньше подходить... Он засмеялся
- Правильно, соблюдаете технику безопасности...