А есть у нас еще во такая музыка:
http://storm69.ru/Pastorius.htm
http://storm69.ru/Pat_Metheny.htm
http://storm69.ru/Pink_Floyd.htm
http://storm69.ru/Kalinov_most.htm
По ссылкам сами разберетесь.
[270x511]

(продолжение рассказа "63 дня")



Вася и Анна прошли сотни километров по тундре, перешли вброд десятки холодных рек и вязких бесконечных болот. Они изрядно одичали за это время, их одежда сильно износилась от лесной жизни, на ней появились заплаты из оленьей кожи. Покинув Беломорск пять месяцев назад, они не заходили ни в один поселок, а людей не встречали уже два месяца. Последними они видели геологов, которые щедро нагрузили их крупой и сухими супами. Люди, встречаясь в далекой тундре, всегда рады видеть друг друга и, к счастью для Васи, не задают лишних вопросов.
Однажды, поднявшись на одну из гор, они увидели море. Это было уже не Белое, а Баренцево море. Тундра здесь была холодная и продуваемая всеми ветрами, а редкие сосны и можжевельники не могли укрыть от них уставших людей. Они пошли в сторону моря и через сорок минут вышли на каменистый берег, омываемый холодными волнами. Восхитительная картина, сменившая бесконечную тундру, так захватила их внимание, что они не могли оторвать глаз от этого великого моря, уходящего в Ледовитый океан. Сняв рюкзаки, они подошли к воде и умылись, отдохнули минут пятнадцать и пошли искать подходящее для палатки место, но через полчаса, идя вдоль берега, увидели брошенную рыбацкую хижину. Похоже, здесь не было людей уже несколько лет, лишь раскачивалась и скрипела дверь под ударами ветра. Они зашли в зимовье. Слева от двери стоял покосившийся стол, на который падал свет через небольшое окно, справа – ржавая стальная печка, а за ней в углу были сооружены нары, на которых лежали старые газеты, Вася взял одну и прочел дату выпуска:
– Пятнадцатое июня, девяносто пятого года.
– Неужели здесь с тех пор никого не было?
– Думаю, не так давно, просто привезли старые газеты на растопку.
– Все в пыли. Надо подмести, что ли.
– А я пойду дров принесу.
– Лучше сначала разожги то, что есть. Холодно.
Вася бросил в печь три полена и подсунул под них газету, чиркнул зажигалкой. Сырые газеты нехотя занялись огнем. Вася достал нож и отщепил от полена несколько щепок, подсунул их меж поленьями. Они загорелись, и он закрыл дверцу, чтобы холодная, сырая печь не дымила.
– Ну вот, грейся, а я пойду дров принесу.
– Только не долго.
– Хорошо.
Вася вышел, закрыв дверь. Анна протерла стол и подмела мусор в угол, к печке. Сквозь завывания ветра были слышны удары топора, потом скрежет пилы. Скрипнула дверь, Вася бросил около печи несколько поленьев.
– Ты узнал, где вода?
– Метрах в тридцати направо есть ручей.
– Надо стол помыть.
– Возьми котелок и воды принеси, а я его немного починю.
Анна отвязала от рюкзака котелок и вышла. Вася взял полено подлиннее и подставил его под низкий угол стола, тот выровнялся. Пришла Анна, принялась отмывать стол. Печь разгорелась и перестала дымить, в доме стало теплее. Вася подбросил еще два полена.
– Принеси воды побольше, надо ужин готовить, – сказала Анна.
Вася вытащил из рюкзака видавшие виды пластиковые бутылки из под пива, потом забрал у Анны котелок.
– Пойдем вместе?
– Пошли.
Анна достала второй котел. Выйдя из дома, пошли к ручью. С моря дул сильный холодный ветер.
– Скоро зима, – сказал Вася.
– Мы что, здесь зимовать будем?
– Посмотрим.
Сполоснули котелки, наполнили водой бутылки и понесли все домой. Поставили в печь варить оленину, достали вещи из рюкзаков. Вася стал читать старую газету – ничто так не радует полярника, как печатная строка. Анна под лежанкой нашла несколько пачек соли и валенки.
– А тут еще вовсю Ельцин рассекает, – сказал Вася, шурша газетой. – Забавно, что здесь останавливается время.
– Сталин сюда заключенных ссылал, а мы с тобой сами сюда забрались.
– Не от хорошей жизни забрались, это братки нас сюда загнали.
– Сколько же мы будем так бичевать?
– Сколько надо, столько и будем, а если надоело, то иди до Мурманска, через месяц доберешься.
– Не хочу я тебя бросать. Меня в городе тоже ничего хорошего не ждет.
– Вот и не скули тогда. Тоску нагоняешь. Ты знаешь, что такое полярная ночь в тундре?
– Нет.
– Я тоже не знаю, но вряд ли это весело.
– Ну и влипли мы с тобой!
– Не говори.
Прошло две недели. Ребята обжили зимовье, в нем стало сухо и даже уютно. Вася перечитал всю стопку газет, кое-что даже по два раза. А четыре дня назад он удачно сходил на охоту – нашел на берегу тюленя и застрелил его. Это была огромная туша. Теперь они были обеспечены мясом как минимум на месяц. Анна уютно суетилась по хозяйству и смастерила жилеты из оленьих шкур, которые они принесли с собой от истоков Паноя. Иногда они гуляли по берегу, чтобы проветриться. Дни становились короче, с каждым днем было заметнее дыхание арктической зимы. Выпал первый снег. Однажды они сидели вечером в избушке и пили чай из черничного листа. Вдруг услышали звук приближающегося вертолета.
– Кто это? – спросила Анна.
– Вояки, наверное, здесь же пограничная зона.
– Что мы теперь будем делать?
– Да ничего не будем делать – сидим, пьем чай.
Анна выглянула в окошко, через редкие сосны было видно, как вертолет садится у Читать далее...

Завтра иду на два собеседования, устраиваюсь на новую работу.
[700x518]

Хочу предложить вам музыку Инков, Danielle Dax:
http://storm69.ru/Danielle_Dax.htm
Удивительная штука!
[450x344]

[397x298]
(продолжение рассказа "63 дня")




«Какая красота!» - думал Вася, держа оленя на мушке. «Все-таки человек это великая сволочь».
Олень сделал несколько шагов вправо, потом развернулся и пошел налево. Вася думал, куда ему стрелять, в голову или в сердце. Это был самец в расцвете сил со свежими серебряными рогами. Вася выстрелил ему в глаз, олень сделал несколько быстрых шагов вперед и застыл, расставив передние ноги. Вася выстрелил ему под лопатку, и олень упал.
Они с Анной шли по болотам четыре дня, прошли около ста двадцати километров, нашли охотничье зимовье недалеко от Федоровой тундры и решили остановиться в нем на неделю. Анна оказалась крепкой женщиной и достойно выдержала это первое испытание. Вася пошел добывать мясо, оставив ее в зимовье. Теперь, застрелив оленя, которого искал пять часов, он пошел за Анной, чтобы она помогла ему разделать тушу. Через минут сорок они с Анной подошли к убитому оленю. Они всю жизнь жили в городе и никогда этим не занимались. Раньше Вася охотился только на куропаток. Была середина июля, стоял полярный день, и хоть время было одиннадцать часов вечера, было совсем светло. Они часа полтора возились с тушей оленя, срезая со скелета все мясо, которое только можно взять. Сложив мясо в два больших пакета из-под рыбы, пошли к зимовью. Долго лежали на нарах, пытаясь заснуть, но комариные полчища не давали расслабиться.
- Когда я лежал у оленьей тропы, - сказал Вася, - я разговаривал с духами. Они рассказывали мне о судьбах тех людей, которых я когда-то убил.
- Ты это серьезно? - Анна повернулась к нему лицом и увидела его профиль, освещенный утренними сумерками, падающими сквозь небольшое окошко зимовья. - Ты сегодня сентиментален, это на тебя не похоже.
- Ты не представляешь, как мне сегодня было жаль этого оленя! Гораздо больше, чем тех людей, которые носили дорогие пальто и дипломаты с документами, - он повернулся к Анне и увидел ее грустную улыбку. - Мы убили его только затем, чтобы прожить всего лишь неделю.
- Мы насушим мяса, и оно нам еще пригодится. Жизнь так устроена - мы все едим друг друга. Вот ты убил своего шефа, а ведь он был тебе другом долгие годы.
- Именно так расстаются настоящие друзья.
- Тебе его не жаль?
- Если честно, то оленя мне жаль больше, - Вася отвернулся к стене и замолчал.
Через два часа они встали, так толком и не поспав, но зато приготовили на костре хорошее жаркое на завтрак.
- Мясо нежнее, чем говядина, - заметила Анна.
- Дичь всегда нежнее, главное, не пережаривать и не переваривать.
Зимовье стояло недалеко от заросшего болотом озера. Видимо, иногда сюда приходили люди за рыбой. Солнце поднялось над горизонтом и разбудило мошку. Теперь на одном месте сидеть было невозможно.
- Эта мошка доконает меня, - сказала Анна.
- Через несколько дней организм привыкает к ней, и лицо уже не распухает от ее укусов. Проверено.
- Поверю тебе на слово.
Они вернулись в зимовье и занялись любовью. Это немного отвлекло их от гнуса. Потом они голышом побежали окунуться в озеро. Мошка не давала остановиться ни на секунду. Вода была холодной, хотя воздух хорошо прогрелся на солнце. Они вернулись в хижину и оделись. Анна принялась готовить суп, щедро наложив в котел мяса. Воду она брала в ручье неподалеку. Мошка унялась, и солнце разогнало комаров. Вася заснул, отвернувшись к стене. Анна суетилась у горящей стальной печки, на которую, убрав конфорку, удалось пристроить котел. Сначала она сильно дымила, но потом прогрелась и бойко потрескивала сухими дровами, которые оставили еще прежние постояльцы. Анна взяла походный топорик и пошла нарубить веток для печки. Вася проснулся от стука топора.
– Слушай, мать, ты занялась не своим делом, - сказал он, стоя в дверях хижины, - давай помогу.
Вася отобрал у нее топор, и она вернулась к супу. Он ловко свалил сухое дерево и сравнительно быстро разделал его на поленья, подходящие к печке. Анна резала мясо на тонкие дольки и нанизывала на рыболовную леску, чтобы завялить его. Она подвешивала его к потолку, в балки которого были вбиты гвозди для этой цели. Вскоре вся хижина была увешана гирляндами из оленьего мяса. Вася стоял в дверях и смотрел на ее хлопоты. Она не сразу заметила его взгляд, потом повернулась к нему и улыбнулась.
- Сейчас будем обедать, - сказала она. - Суп уже готов, я добавила в мясо пакетик харчо, тебе понравится.
- Нет. Ты от меня так не откупишься, - сказал Вася, приближаясь к ней.
- Ну что ты, Вася?
Он сильно обнял ее и нежно положил на нары. Ее тело трепетало в его сильных руках. В их движениях была страсть, но не было суеты, жизнь текла, как вода. Мирно догорала печка, на ней уже остывал суп, а на потолке покачивались гирлянды из оленьего мяса. Они снова побежали окунуться в озеро. Вода освежила своей прохладой.
- А вот теперь я хочу есть, - сказал Вася.
Мисками у них служили крышки от котелков. Анна наполнила их Читать далее...

Я слышал что в Москве тепло, но не мог себе представить, что до такой степени.
Дождь какой-то сраный, короче погода - жопа!
[162x257]

Вот Guano Apes:
http://storm69.ru/Guano_Apes.htm
Только для Вас!

А вот вам Петер Габриэль:
http://storm69.ru/Peter_Gabriel.htm
Классная музыка.

У вас нет чистящего средства для монитора, его почистит эта собака...

[показать]

А кто вам почистит монитор? Введите узернейм:

Превед от libo_ru

Вот.
[140x298]

О, я хитрый Амур
Я пронзаю стрелой
Серебнянный нимб
Над твоей головой

Эх, хорошие были выходные...

Полиграф Полиграфыч проснулся пол пятого утра с сильной головной болью. Порывшись в куртке, он нашел три смятых червонца и с грустью подумал о том, что это все оставшееся от его заработной платы за прошлый месяц и как он будет жить следующий в незнакомом городе. Судорожно и смутно припоминал о том, что вчера он вел себя как Киса Воробьянинов, осталось только истошно закричать: "Шампанского всем!"
Полиграф Полиграфыч снова лег в постель и попытался заснуть, но из этого ничего не получилось. Мысли в голове жужжали как шмели. К счастью его очень любили в этом городе и его близкие и друзья конечно не дадут ему умереть с голоду.
Он закрыл глаза и сладко заснул с верой в светлое будующее.
Черноусов Владимир, 10 декабря 2006г.
[350x267]

Что-то у меня Liveinet глючит.
А вот вам Rolling Stones 1967год:
http://storm69.ru/The_Rolling_Stones.htm
Жми!
А это классный Джаз-рок:
http://storm69.ru/Frank_Gambale.htm
Вот.

Сюреальное утро сегодня, у нас уже рассвело, слегка кружится голова.
А вот вам Rolling Stones 1967год:
http://storm69.ru/The_Rolling_Stones.htm
Жми!
А это классный Джаз-рок:
http://storm69.ru/Frank_Gambale.htm
Вот такая штука.

И вчера мы удачно ее пропили с друзьями, я в ноябре всего неделю отработал.
А еще мы вчера хотели посмотреть "Остров", посмотрели в инете где идет в Волгограде, поехали, а там другой фильм идет, пошли в кафе "Белая лошадь" и оставили там мою з.п.
Теперь еще голова болит.
[250x388]

Дайте ребенку пиво,
Пиво ребенку дайте...!

И снова сижу на работе я
Наверное это такая судьба...
[450x327]

Сижу на работе, а ее почти нет. Вот.
[450x327]

(рассказ)

Сидя на камне, он задумчиво смотрел на пенящийся прибой, который с треском переворачивал камни.
Его звали Вася Шмель. Работая снайпером, убивая на заказ, ему пришлось привыкнуть менять города и фамилии. Как Шмеля его знали всего несколько людей: его шеф, который был теперь уже мертв, и Анна, которая была рядом с ним последние три года. Все остальные, кто знал его, уже давно погибли в разборках. Когда год назад он решил завязать, шефа пришлось убрать, но остался его брат Багор, который теперь искал Васю по всей России, со своими громилами. А Вася уехал совсем не далеко, в Беломорск. Купил там небольшую квартиру и даже устроился работать сторожем, чтобы не светиться. Но два месяца назад его вычислили, к счастью, предупредили местные братки. Васю обложили со всех сторон, искали на вокзале, на трассе и осталось одно – уйти в море. Они с Анной побросали в лодку палатку, продукты, теплые вещи и рванули на острова, на север. Шли на моторке несколько дней, повезло с погодой. Остановившись на этом острове, поставили палатку в ущелье, подальше от ветра и берега. Это было уже шестьдесят три дня назад. Месяц назад шторм унес лодку, и они остались на этом острове вдвоем. Анна, это был единственный человек, которым он по-настоящему дорожил. Вася волновался только за нее, сам он давно привык ждать свою пулю. Без нее он не стал бы бегать, как заяц, а давно бы разобрался со своими врагами или умер бы, как солдат. Но он был очень счастлив с ней и благодарил бога за каждый прожитый день. С ней Вася поселился бы даже на полюсе, он любил север, и север не раз спасал ему жизнь.
Неделю назад кончилась последняя крупа, и они питались одними птичьими яйцами и рыбой. Хотя ловить ее было очень сложно без лодки. Приливы и отливы на Белом море очень коварны. Этот забытый богом остров никто не посещал за эти два месяца. Лишь на горизонте два раза появлялись рыбацкие лодки. Анна варила уху теперь без крупы. Вася на всякий случай успел прихватить с собой свою нарезную винтовку, но, кроме чаек, птиц на острове не было. Только четыре дня назад Вася застрелил пролетающего гуся, это был настоящий праздник. К счастью, еще не кончилась соль. С водой на этом острове было хорошо - с холма тек небольшой ручей. Он с удовольствием побывал бы здесь при других обстоятельствах. И вот сегодня, на шестьдесят третий день, к берегу подошла лодка. Вася не стал прятаться, только положил заряженную винтовку за камень.
- Ты чего тут сидишь-то? – спросил один.
- Вас жду, - ответил Вася.
- Да мы тут случайно, мы из Кандалакши. Рыбу недалеко ловили, смотрим - человек на острове сидит, вот мы и подошли. Может, случилось чего?
- Случилось. Мы тут уже два месяца. А месяц назад лодку шторм унес.
- А кто с тобой?
- Жена. У меня к вам дело есть.
- Ну, говори.
- Отвезите нас на Кольский полуостров. Еще нужна карта и крупа.
- У тебя и впрямь, что-то случилось?
- Нельзя нам в город. Враги у меня серьезные, везде ищут, а в тундру не сунутся. Я заплачу, у меня деньги есть.
- Ну, дела. Хорошо, поехали.
- Сейчас, шмотки соберем.
- Лады. Может, помочь?
- Помоги, если хочешь.
Один из рыбаков спрыгнул в воду и вышел на берег. Они с Васей пошли в ущелье.
- Хорошая у тебя винтовка.
– Да, в оружии я смыслю.
Через полчаса рюкзаки были собраны. Вася и рыбак принесли их к лодке, за ними шла Анна.
- И жена у тебя красивая.
- У меня две подруги - винтовка и жена. Все остальное плохо.
– Да, брат, жизнь - штука сложная. Мы вас можем к нашей рыбацкой хижине отвезти, там переночуете, а утром мы вам привезем крупу, сухие супы и карты. Оттуда пойдете на север, а там уж сами разберетесь.
- Годится.
Они оттолкнулись от берега веслами, развернулись и пошли полным ходом на север. Погода была пасмурная, но волнение было несильное. Чайки провожали их пронзительным криком, на скорости пилотируя в воздухе.
Через четыре часа они пришли на берег Колы, к одной из прибрежных хижин. Вася дал рыбакам двести долларов. Утром они привезли продукты и карты, как и обещали. Вася добавил им еще сто, и они простились, как родные. Одни на лодке пошли в Кандалакшу, а другие взяли курс на север, и в Беломорске их больше никто не видел.


Черноусов Владимир, 20 января 2005 г.