Вчера, впервые за всю записную историю, во Франции наблюдали торнадо. Сколько -то домов разрушено, сколько-то машин повреждено, 20 человек ранено. А Прованс-то, тем временем, не на шутку зацвел!
Советский народ ждал выступления Сталина, но он молчал. Вместо Сталина, в Рейхстаге - перед немецким народом и всем миром выступил Гитлер. Впрочем, советские люди об этом так никогда и не узнали.
Объявление войны Советскому Союзу.
* согласно европейским регуляциям, нижележащий текст запрещен к прочтению подростками, моложе 18 лет - Ребята, там скучная писанина, без картинок - пожалуйста, покинте страницу.
** граждане РСФСР, нижележащий текст не публиковался в России 66 лет и не будет опубликован, по кр. мере, до Второго Нюрнбергского Процесса - Подумайте, стоит ли вам его читать, ведь вам в жизни он не пригодится.
Уже потом, вспоминая тот летний воскренсый день, люди, пережившие войну, стали проэцировать на него свой последующий ужас - это известный психологический феномен. Но в тот день никто не сомневался в победе - советские люди знали, что "от тайги до Британских морей Красная Армия всех сильней"! Никакой информации, кроме сообщения о налетах на пограничные города, в выступлении Молотова не содержалось. Настроение осталось приподнятым, а к вечеру по всей стране началось стихийное народное гуляние. Война, о которой так долго говорили большевики ... началась.
Война началась в воскресенье, 22 июня 1941. Вячеслав Александрович с семьей проводили его на даче, в Шуваловке, по дороге в Петергоф. Дачу там снимали с 1936 года, после рождения дочери Юлии (моей матери). Мария Финиесовна и Александр Павлович (мой прабаушка и прадедушка, жившие в Москве) шутили, что Вячеслав стал «дачным мужем», и нужно много денег, чтобы на месяц-другой снимать веранду в частном доме.
Большую роль в десакрализации нашего дома в Луге сыграли найденные мной в Интернете расстрельные списки по лагерю смерти, располагавшемуся в Папоротных болотах. Там когда-то была проложена узкоколейная железная дорога – в город Лугу везли по ней торф и лес, а в болото – заключенных – в один конец. Я прочел эти списки, будучи в Марселе, и сразу почувствовал, что наша Луга для меня перестала существовать.
Заметил, что жена для мужа задает, образно говоря, некоторую систему координат, по которой он оценивает остальных женщин. И даже свои "любовные приключения" мужчина намечает, строго в системе координат своей жены - не важно, в позитивном смысле (разыскивая похожую) или в негативном (отталкиваясь от образа жены.)
Оказывается, если мужчина долго живет один, система координат исчезает! Вот, смотрю на женщин и не знаю теперь как к ним относиться!
Липкий ночной страх охватил всю страну. Люди боялись идти вечером домой. Известен случай, когда женщина приходила каждый день домой всего на полчаса, а потом всю ночь гуляла по улицам, дремала, стоя в подъездах, и возвращалась домой только под утро, чтобы тут же снова выйти на работу. За два года ее приходили арестовывать восемь раз и ни разу не застали дома. Это был удивительный подвиг воли, но чего он стоил!
Вторая мировая война началась задолго до даты открытия боевых действий. Она велась не только между разными государствами, но и внутри самих государств, между различными социальными, политическими и национальными группами населения.
Русский народ не религиозен, он – партиен!
«..да единомыслием исповедуем..» - вопрос «с кем быть?» - чисто риторический, а вот «против кого?» - всегда акутуальный. «Кого нам надо расклевать...», - начинал Сталин свои инструкции членам ЦК.
Отгремели бои Гражданской войны, в которых Россия потеряла до 10 млн. человек, еще примерно 11 млн. – рассеялись по всему свету, от Финляндии до Аргентины.
Почти 9 лет назад я впервые попал в Марсель и познакомился с детьми русских эмигрантов первой волны. О моем увлечении этими людьми можно было бы написать отдельную книгу, но всему свое время. Меня тогда очень интересовал вопрос, как русские зарубежом воспринимали нас, чьи предки остались в Советской России.
«В России русских не осталось. После революции все русские оттуда уехали!»- так сказал мне Никита, крепкий невысокий старик. «Как же так?!» - изумился я. - «Кто же там остался?» «Остался..» - Никита на мнгновение замялся, говорить или нет – «остался всякий сброд.. евреи!»
В ответ на последний пост получил в личку аж сразу два письма из разных стран, и в комментариях к предыдущему посту развернулась дискуссия.
Тезис ее таков: "евреи совершили революцию!" *виноваты во всем*
Эту тему не обойти, от нее не откреститься, он разлита по странам и континентам, засела в умах. Именно ее "жуют" на своих митингах "патриоты". Именно она была краеугольным камнем геббельсовской пропаганды. О ней надо писать, ее нельзя оставить просто так. И я о ней, конечно, напишу.
К концу 19 века в составе Российской Империи оказались практически все земли исторически принадлежавшие гуннам. Неподвластными оставались лишь Паннония и Адриатика, проливы, ведущие в желанное Средиземное море. Требовалась война с Австро-Венгрией и Оттоманской Империей. В середине июня 1914 года группа террористов с сербскими паспортами (Принцип, Карабинович и др.) атаковала в Сараево эрцгерцога Фердинанда и его жену. Наследник австрийского престола был мужественным человеком: две первых попытки покушения провалились, третюю гранату Фердинад успел отшвырнуть ногой - она взорвалась впереди автомобиля, ранив офицеров эскорта. Увидев, что покушение не удалось, руководивший террористами Гаврила Принцип, открыл огонь из револьвера, застрелив обоих супругов. Австрия потребовала выдачи убийц и допуска австрийских следователей в Сараево. Сербия отказалась вести переговоры о выдаче, а бандиты - скрылись в России.
Никакая народность, развиваясь естественным образом, даже имея неограниченный ресурс воспроизводства, не может быть больше нескольких миллионов человек. Причина этого состоит в том, что коммуниткативные возможности людей ограничены их природой, и потому большие человеческие сообщества обречены на распад. Почему же современные нации такие большие? Потому, что в них объединились многие дестяки и сотни малых народов, утратив свою исконную самоидентификацию, заменив ее некоторым формальным признаком.