2france.ru/index.shtml?/his...1/80putnik

До перехода в католическую веру (1593) он оставался тем, кем был до этого: протестантским вождем и «главой партии». Столица открылась ему только в 1594 г. Управлять усмиренной страной он смог, победив последнего сторонника Лиги из высшей аристократии герцога де Меркера и после окончания войны с Испанией в 1589 г. Пока же столица отказалась впустить своего короля. Париж был полностью в руках Лиги, ее радикальнейших священников и мелкобуржуазной свиты. За короля, кроме протестантов, были только те буржуазные и чиновничье-дворянские слои, которым опротивел радикализм парижского духовенства, ортодоксальность Сорбонны и явная готовность к насилию парижского населения.

Четыре года Генрих IV пытался овладеть положением с помощью военной силы. Важнейшая цель — взятие Парижа, который с 1590 г. защищал испанский гарнизон, не была достигнута. И даже там, где Генрих IV одерживал победы над войсками преданного Лиге дворянства, например, при Арке в 1589 г. и Иври в 1590 г. — обе битвы были выиграны не в последнюю очередь благодаря личному сколь мужественному, столь и дерзкому участию короля — даже там политический успех не пришел. Здесь проявилась примечательная черта личности этого короля, которой до сих пор уделялось мало внимания в исследованиях. Ее убедительно подчеркнул Бабелон: Генрих IV был блестящим дипломатом, королем с верным чутьем политически необходимого и возможного, он был выдающимся тактиком, умевшим изменить ход сражения неординарным решением; он был превосходным кавалеристом и полководцем, но он не был стратегом, умеющим превратить военный успех в политический. Между 1590 и 1592 г. мы видим короля, который производит впечатление легко внушаемого, медленно думающего, нерешительного человека, а не нового Цезаря, идущего напрямик к важнейшей политической цели и использующего все возможности в этом направлении.

Итак, не удивительно, что король в эти годы все сильнее проигрывал из-за своего религиозного мировоззрения. Его католические сторонники требовали от него сделать «смертельный прыжок», вернуться в лоно старой церкви, чтобы создать предпосылки для признания его королевской власти. Уже давно готовый к этому шагу, беарнец медлил, считаясь со своими единоверцами, все время выдвигал свой основной аргумент, будто бы хочет, чтобы свободный Собор просветил его касательно его заблуждений. Лишь немногие здравомыслящие протестанты знали, что «прыжка» не избежать. Его способнейший политический советчик, Филипп дю Плесси-Морней, понимал необходимость этого, но до самого конца думал с помощью Собора и переговоров достичь большего. Для Морнея национальный Собор все еще таил шанс общего примирения, национально-церковного единения по вопросу содержания веры и тем самым основания новой галликанской церкви по английскому типу.

Генрих IV после 1589 г. очень долго прислушивался к своим преданным боевым соратникам. Однако когда в 1593 г. возникла опасность, что верные королю католики отойдут от него и объединятся с умеренными сторонниками Лиги, чтобы образовать третью партию и выдвинуть королем другого, католического представителя дома Бурбонов, когда испанский король начал все более открыто выступать за испанское решение этого вопроса, 25.07 в Сен-Дени Генрих IV отрекся от новой религии.

Смена религии сама по себе не открыла перед Генрихом IV ворота столицы; знаменитые слова «Париж стоит мессы», которые ему позже приписали протестанты, не отражали ситуации. Ясно было только то, что он лишил важнейшего аргумента своих противников, готовых пойти на соглашение. Теперь шаг за шагом он решал дальнейшие важные задачи дипломатическим путем. В начале 1594 г. в Шартре его миропомазали королем — традиционное место для этой церемонии Реймс был в руках Лиги. В марте он вошел в Париж и в результате переговоров добился вывода испанского гарнизона. В 1595 г. после долгих усилий его дипломаты получили у папы отпущение грехов. Тем самым они уничтожили последнее препятствие для доброжелательных католиков открыто и безоговорочно признать Генриха IV. То, что папство опасалось чересчур большого влияния Испании в Западной Европе, было основной политической причиной этого внушительного успеха французской дипломатии.

Оставалось решить три большие задачи для окончательного усмирения страны: победить дворянство Лиги, которое в многочисленных губернаторствах заняло командные позиции; завершить войну с Испанией и издать новый указ о религиозной терпимости. Генрих IV с большим энтузиазмом приступил к решению этих трех задач и в первый раз показал, в чем состояло его политическое мастерство. В делах с Лигой он сделал ставку исключительно на переговоры и деньги. Безоглядно опустошая и без того скудную государственную казну и используя все мыслимые источники займов, он между 1595 и 1598 гг. купил преданность всех противников и по одному привлек их на свою сторону, среди них также и Гиза Майенна. И с Испанией король пытался быстро прийти к миру к неудовольствию своих английских и нидерландских союзников. Когда в 1597 г. испанцы взяли Читать далее...

Это цитата сообщения Allis0n Оригинальное сообщение

-2880-

horoscopes.rambler.ru/fortu...&sec=56576

Любопытная штуковина, хотя я половины из рун, составляющих эти вязанки, прочитать не могу. Вот она - причина, почему все надо делать самому =)

horoscopes.rambler.ru/fortu...&sec=56576

Виды, особенности

horoscopes.rambler.ru/runes.html

Виртуальное гадание на рунах Футарка
И еще красивая флэшка =)

Вуду. Штука сильная - в анимешке хорошо показана. Оборотная сторона тоже. Спасибо tess4ik за ссылку.



Настроение сейчас - Mama Mia!

Не крикну. Потому что все это ложь и ролевой бред, который кочует со мной из одной игры в другую и прилип уже, как мастерски сделанная маска. Все это написано для одного-единственного человека, потому что я честолюбива. Поймет ли он? Наверное, это последнее, что мне сейчас не безразлично.

Потом, когда оживу, пожалею, что написала это вообще. Сейчас же я мертва. Живительной воды нет. Принца нет. И вокруг не сказка. Мистерии презираются, но по-прежнему вызывают священный ужас.

Это цитата сообщения man-yak Оригинальное сообщение

ПРОСЬБА И СОВЕТ

[222x361]
Встретилась такая вот книга -
Хроники длинноволосых королей/ пер. с лат., статьи и сост. Н.Горелова. - Спб.: Азбука-классика, 2004.

Разместил у себя несколько цитат оттуда – о лангобардах , о вандалах , об ирландцах , о коронации в Ольстере , о древних правителях Шотландии
Книга просто дышит средневековьем, в ней чудятся корни не только реальной истории, но и всего того, что легло в основу «Властелина колец» и других подобных произведений – при этом это не художественная литература, не переложение преданий, а цитаты из средневековых хроник, писавшихся как серьезные труды – нет драконов, единорогов, волшебников… разве что – в пророческих снах. Я просто очарован.

ПРОСЬБА – если у кого-то есть такая книга (лишняя или ненужная) – стукните в личку: готов купить, выменять, принять в дар или присвоить иным предложенным способом :)
СОВЕТ – всем любителям средневековья и фанатам фентези в духе Толкиена – читать обязательно :)

Капли и ветер. Только капли и ветер. Это все, что сейчас имеет значение.

Мутные разводы по оконному стеклу. Тусклые, отливающие сталью бисерины воды, холодные, бесстрастные, за которыми тихо умирает в седых тучах закат, и реальность расплывается, разбиваясь на тысячи осколков. Тот, другой, мир теряется, лишь только нарушается его хрупкое единство - остаешься только ты.

Штормовое предупреждение, злые порывы, со свистом ударяющие в окна, пригибающие к земле гибкие стволы деревьев - рваные волны мокрых, блестящих от дождя листьев, пробегающих по кронам берез. Зеленое волнующееся море на фоне густых лиловых туч. Шторм. Привычные сети рвутся, краски теряют свой сок. Чистота - с претензией на первозданность. Свобода. И вой.

Дождь. Проливной дождь за окном. И стойкое ощущение грани - той самой грани, которая проходит между тобой и окружающим миром. Прильнешь к стеклу, жадно вглядываясь в монотонное серое небо - и знаешь: по эту сторону ты. По другую - он. И каждый из вас сам за себя.

Пойдешь по улице без зонта, чтобы промокнуть насквозь и продрогнуть. Будешь бесцельно бродить, намеренно наступая на все попадающиеся по пути лужи, - и думать. О, как хорошо думается под шум дождя, под грозные завывания ветра, когда он треплет твою одежду и стремится сбить с ног, под низкими сырыми тучами, похожими на подземельный свод! Когда внешние краски меркнут - внутренние становятся ярче и пышнее. Они лезут из всех дыр, неудержимым потоком изливаясь в душу. И уже не отмахнешься от них.

Это не романтика. Не дань образу кисейной барышни с богатым и чутким внутренним миром. Просто так надо - чтобы продолжать жить. Чтобы умерло, корчась от холода, то, что мешает жить.

Осень в июне. В Прибалтике всегда осень. За это я люблю ее.

Только капли и ветер. И мир наедине с тобой.




Настроение сейчас - Пациент скорее жив, чем мертв. Хотя кто его знает.

Тяфкнуть, поддерживая лай большинства, несомненно, легче, чем задуматься. Ведь это же не дай Бог окажется, что большинство неправо - ведь тогда ж уже не тяфкнешь, а хочется!

Печально.

...Но правда =)

Ах, как знакомо! Ах... Слов нет =))



Настроение сейчас - О_о

Читаю книгу немецкого писателя Генриха Манна "Зрелые годы короля Генриха IV". Вестимо, это очередная душещипательная история, посвященная борьбе за французский престол, во время которой сталкиваются силы "добра", провозглашающие идеи народа и государства, и "зла" в лице злостных поработителей и манипуляторов. Для любителей "Трех мушкетеров" и их многочисленных продолжений она покажется интересной, поскольку рассказывает про похождения отца Людовика XIII и его войну, о которой Дюма в своих произведениях упоминает неоднократно, да и сама книга написана в том же духе, хотя у нее другой стиль изложения и другой автор. Кому интересно - читайте, а у меня вопрос в другом.

В этой эпопее есть место (может быть, больше - не знаю, ибо до конца еще не дочитала) где говорится, что ревностный и добродетельный протестант Морней, преданный слуга короля Генриха IV, впавший в немилость из-за своей добродетельности и преданности своему вероисповеданию (к слову, Генрих в то время сам еще был протестантом, но готовился к переходу в католичество, а в памяти у всех были свежи события Варфоломеевской ночи), пребывает в протестантскую английскую державу, союзницу короля-протестанта, к небезызвестной королеве Елизавете в качестве чрезвычайного посла, удаляясь от французского двора, и во время отсутствия Морнея Генрих отрекается от своей веры в пользу вероисповедания большинства французов. Елизавета предостерегает Морнея, что его король совершит этот шаг, и протестантам во Франции придется несладко, и поэтому ему, своему другу, она предлагает убежище в Великобритании. Сначала Морней отрицает возможность смены Генрихом веры, он сам искренне верит в то, что это невозможно, но в конце концов признает - и для него становится очевидно, что его король станет католиком. Позже он говорит своему верному другу детства, английскому лорду и протестанту, что, несмотря ни на что, сохранит верность и королю, и Богу, на что друг отвечает, что в таком случае ему придется принять католичество вслед за своим монархом. И тут впервые встречается имя, которое принадлежит, исходя из текста книги, Морнею - де Плесси.

Кто так же происходит из рода де Плесси, хорошо известно поклонникам кардинала Ришелье. Особой интерес этот факт вызывает у меня потому еще, что свою политическую деятельность молодой епископ Люссонский начинал при Генрихе IV, и сам довольно лояльно относился к протестантам. Никто не знает, были у него в роду гугеноты?.. Любопытно, хотя это, конечно, очень сомнительная теория.

Ну и о другом. Что за парадок: когда хочу играть - негде, когда не хочу - возможностей дофига. Это по меньшей мере нечестно.

...За делами и своей болезнью я забыла поздравить ТТ с днем рождения. Дьявол!