Нет времени, чтобы себя обмануть,
И нет ничего, чтобы просто уснуть,
И нет никого, кто способен нажать на курок.
Моя голова - перекресток железных дорог.
Есть целое небо, но нечем дышать.
Здесь тесно, но я не пытаюсь бежать.
Я прочно запутался в сетке ошибочных строк.
Моя голова - перекресток железных дорог.
Нарушены правила в нашей игре,
И я повис на телефонном шнуре. -
Смотрите, сегодня петля на плечах палача.
Скажи мне - прощай, помолись и скорее кончай.
Минута считалась за несколько лет,
Но ты мне купила обратный билет.
И вот уже ты мне приносишь заваренный чай.
С него начинается мертвый сезон.
Шесть твоих цифр помнит мой телефон,
Хотя он давно помешался на длинных гудках.
Нам нужно молчать, стиснув зубы до боли в висках.
Фильтр сигареты испачкан в крови.
Я еду по минному полю любви.
Хочу каждый день умирать у тебя на руках.
Мне нужно хоть раз умереть у тебя на руках.
Любовь - это слово похоже на ложь.
Пришитая к коже дешевая брошь.
Прицепленный к жестким вагонам
вагон-ресторан.
И даже любовь не поможет сорвать стоп-кран.
Любовь - режиссер с удивленным лицом,
Снимающий фильмы с печальным концом,
А нам все равно так хотелось смотреть на экран.
Любовь - это мой заколдованный дом,
И двое, что все еще спят там вдвоем.
На улице Сакко-Ванцетти мой дом 22.
Они еще спят, но они еще помнят слова.
Их ловит безумный ночной телеграф.
Любовь - это то, в чем я прав и неправ,
И только любовь дает мне на это права.
Любовь - как куранты отставших часов,
И стойкая боязнь чужих адресов.
Любовь - это солнце, которое видит закат.
Любовь - это я, это твой неизвестный солдат.
Любовь - это снег и глухая стена.
Любовь - это несколько капель вина.
Любовь - это поезд "Свердловск-Ленинград"
и назад.
Любовь - это поезд сюда и назад.
Нет времени, чтобы себя обмануть.
И нет ничего, чтобы просто уснуть.
И нет никого, кто способен нажать на курок.
Моя голова - перекресток железных дорог.
к оглавлению
Нет времени, чтобы себя обмануть,
И нет ничего, чтобы просто уснуть,
И нет никого, кто способен нажать на курок.
Моя голова - перекресток железных дорог.
Есть целое небо, но нечем дышать.
Здесь тесно, но я не пытаюсь бежать.
Я прочно запутался в сетке ошибочных строк.
Моя голова - перекресток железных дорог.
Нарушены правила в нашей игре,
И я повис на телефонном шнуре. -
Смотрите, сегодня петля на плечах палача.
Скажи мне - прощай, помолись и скорее кончай.
Минута считалась за несколько лет,
Но ты мне купила обратный билет.
И вот уже ты мне приносишь заваренный чай.
С него начинается мертвый сезон.
Шесть твоих цифр помнит мой телефон,
Хотя он давно помешался на длинных гудках.
Нам нужно молчать, стиснув зубы до боли в висках.
Фильтр сигареты испачкан в крови.
Я еду по минному полю любви.
Хочу каждый день умирать у тебя на руках.
Мне нужно хоть раз умереть у тебя на руках.
Любовь - это слово похоже на ложь.
Пришитая к коже дешевая брошь.
Прицепленный к жестким вагонам
вагон-ресторан.
И даже любовь не поможет сорвать стоп-кран.
Любовь - режиссер с удивленным лицом,
Снимающий фильмы с печальным концом,
А нам все равно так хотелось смотреть на экран.
Любовь - это мой заколдованный дом,
И двое, что все еще спят там вдвоем.
На улице Сакко-Ванцетти мой дом 22.
Они еще спят, но они еще помнят слова.
Их ловит безумный ночной телеграф.
Любовь - это то, в чем я прав и неправ,
И только любовь дает мне на это права.
Любовь - как куранты отставших часов,
И стойкая боязнь чужих адресов.
Любовь - это солнце, которое видит закат.
Любовь - это я, это твой неизвестный солдат.
Любовь - это снег и глухая стена.
Любовь - это несколько капель вина.
Любовь - это поезд "Свердловск-Ленинград"
и назад.
Любовь - это поезд сюда и назад.
Нет времени, чтобы себя обмануть.
И нет ничего, чтобы просто уснуть.
И нет никого, кто способен нажать на курок.
Моя голова - перекресток железных дорог.
Нет времени, чтобы себя обмануть,
И нет ничего, чтобы просто уснуть,
И нет никого, кто способен нажать на курок.
Моя голова - перекресток железных дорог.
Есть целое небо, но нечем дышать.
Здесь тесно, но я не пытаюсь бежать.
Я прочно запутался в сетке ошибочных строк.
Моя голова - перекресток железных дорог.
Нарушены правила в нашей игре,
И я повис на телефонном шнуре. -
Смотрите, сегодня петля на плечах палача.
Скажи мне - прощай, помолись и скорее кончай.
Минута считалась за несколько лет,
Но ты мне купила обратный билет.
И вот уже ты мне приносишь заваренный чай.
С него начинается мертвый сезон.
Шесть твоих цифр помнит мой телефон,
Хотя он давно помешался на длинных гудках.
Нам нужно молчать, стиснув зубы до боли в висках.
Фильтр сигареты испачкан в крови.
Я еду по минному полю любви.
Хочу каждый день умирать у тебя на руках.
Мне нужно хоть раз умереть у тебя на руках.
Любовь - это слово похоже на ложь.
Пришитая к коже дешевая брошь.
Прицепленный к жестким вагонам
вагон-ресторан.
И даже любовь не поможет сорвать стоп-кран.
Любовь - режиссер с удивленным лицом,
Снимающий фильмы с печальным концом,
А нам все равно так хотелось смотреть на экран.
Любовь - это мой заколдованный дом,
И двое, что все еще спят там вдвоем.
На улице Сакко-Ванцетти мой дом 22.
Они еще спят, но они еще помнят слова.
Их ловит безумный ночной телеграф.
Любовь - это то, в чем я прав и неправ,
И только любовь дает мне на это права.
Любовь - как куранты отставших часов,
И стойкая боязнь чужих адресов.
Любовь - это солнце, которое видит закат.
Любовь - это я, это твой неизвестный солдат.
Любовь - это снег и глухая стена.
Любовь - это несколько капель вина.
Любовь - это поезд "Свердловск-Ленинград"
и назад.
Любовь - это поезд сюда и назад.
Нет времени, чтобы себя обмануть.
И нет ничего, чтобы просто уснуть.
И нет никого, кто способен нажать на курок.
Моя голова - перекресток железных дорог.
Как обидно и больно, что об этом поэте никто не вспомнил, особенно наши известные деятели.Вы жаждущие быть поэтами, о самом главном забываете.никогда не поздно вспомнить про совесть.
Долго шли - зноем и морозами.
Все снесли - и остались вольными.
Жрали снег с кашею березовой.
И росли вровень с колокольнями.
Если плач - не жалели соли мы.
Если пир - сахарного пряника.
Звонари черными мозолями
Рвали нерв медного динамика.
Но с каждым днем времена меняются.
Купола растеряли золото.
Звонари по миру слоняются.
Колокола сбиты и расколоты.
Что ж теперь ходим круг-да около
На своем поле - как подпольщики ?
Если нам не отлили колокол,
Значит, здесь - время колокольчиков.
Ты звени, звени сердце под рубашкою!
Второпях - врассыпную вороны.
Эй! Выводи коренных с пристяжкою
И рванем на четыре стороны.
Но сколько лет лошади не кованы,
Ни одно колесо не мазано.
Плетки нет. Седла разворованы.
И давно все узлы развязаны.
А на дожде - все дороги радугой!
Быть беде. Нынче нам до смеха ли?
Но если есть колокольчик под дугой,
Так, значит, все. Заряжай - поехали!
Загремим, засвистим, защелкаем!
Проберет до костей, до кончиков.
Эй братва! Чуете печенками грозный смех
Русских колокольчиков?
Век жуем матюки с молитвами.
Век живем - хоть шары нам выколи.
Спим да пьем. Сутками и литрами.
Не поем. Петь уже отвыкли.
Долго ждем. Все ходили грязные.
Оттого сделались похожие,
А под Дождем оказались разные.
Большинство - честные, хорошие.
И, пусть разбит батюшка Царь-колокол -
Мы пришли с чёрными гитарами.
Ведь биг-бит, блюз и рок-н-ролл
Околдовали нас первыми ударами.
И в груди - искры электричества.
Шапки в снег - и рваните звонче.
Рок-н-ролл! Славное язычество.
Я люблю время колокольчиков.
Как ветра осенние подметали плаху
Солнце шло сторонкою да время стороной
И хотел я жить. И умирал да сослепу, со страху
Потому, что я не знал, что ты со мной
Как ветра осенние заметали небо
Плакали, тревожили облака
Я не знал, как жить. Ведь я еще не выпек хлеба
А на губах не сохла капля молока.
Как ветра осенние да подули ближе
Закружили голову. И ну давай кружить
Ой-й-й да я сумел бы выжить
Если бы не было такой простой работы - жить
Как ветры осенние жали - не жалели рожь
Ведь тебя посеяли, чтоб ты пригодился
Ведь совсем неважно, от чего помрешь
Ведь куда важнее, для чего родился
Как ветра осенние уносят мое семя
Листья воскресения да с весточки - весны
Я хочу дожить, хочу увидеть время
Когда эти песни станут не нужны.
Любовь не ставит оценок,
она не ждёт поздравлений и телеграмм.
Она как карточный домик, её нужно в мечте лелеять, жалеть.
она навстречу готова стремиться, она вас всегда любит и ждёт.
Столько просьб у любимой всегда!
У разлюбленной просьб не бывает...
Как я рада, что нынче вода
Под бесцветным ледком замирает.
И я стану - Христос, помоги! -
На покров этот, светлый и ломкий,
А ты письма мои береги,
Чтобы нас рассудили потомки.
Чтоб отчетливей и ясней
Ты был виден им, мудрый и смелый.
В биографии словной твоей
Разве можно оставить пробелы?
Слишком сладко земное питье,
Слишком плотны любовные сети...
Пусть когда-нибудь имя мое
Прочитают в учебнике дети,
И, печальную повесть узнав,
Пусть они улыбнуться лукаво.
Мне любви и покоя не дав,
Подари меня горькою славой.
Я знаю, Ты моя награда
За годы боли и труда,
За то, что я земным отрадам
Не предавалась никогда,
За то, что я не говорила
Возлюбленному: "Ты любим".
За то, что всем я не простила,
Ты будешь ангелом моим...
Все мы бражники здесь, блудницы,
Как невесело вместе нам!
На стенах цветы и птицы
Томятся по облакам.
Ты куришь черную трубку,
Так странен дымок над ней.
Я надела узкую юбку,
Чтоб казаться еще стройней.
Навсегда забиты окошки:
Что там, изморозь или гроза?
На глаза осторожной кошки
Похожи твои глаза.
О, как сердце мое тоскует!
Не смертного ль часа жду?
А та, что сейчас танцует,
Непременно будет в аду.
Настоящую нежность не спутаешь
Ни с чем, и она тиха.
Ты напрасно бережно кутаешь
Мне плечи и грудь в меха.
И напрасно слова покорные
Говоришь о первой любви,
Как я знаю эти упорные
Несытые взгляды твои!
Что можно назвать сейчас искусством? Имеет ли смысл красоту, которая тонет под гнетом шоу бизнеса. Именно поэтому мне всегда хочется вернуться в старые времена лет на двадцать назад, когда люди создавали искусство ради искусства, а не ради денег. Любимый синима был действительно любимым, и ты наслаждалась игрой актёров, той настоящей жизнью. И то время мне дорого не, потому что мы жили при социализме, но даже французские актёры производили на меня впечатление больше чем тупой юмор навязанный американцами. Но страшнее всего их прекрасные сказки о несуществующей жизни бедняка, внезапно ставшего богатым, и золушка вышла замуж за прекрасного принца. Даже если она будет тысячу раз прекраснее и умнее богатых дам, она никогда не станет счастливой в этом выдуманном мире. Все потому что мы разучились ощущать реальность, разучились чувствовать мир, и в топком болото жить удобнее, чем разрушать иллюзии. Ты еще не раз вспомнишь о детстве, о маме и любимых фильмах уходящие в вечность неизвестности.
Вокзалы, пирсы и причалы...
Они уже на память знали
Смешные клятвы при прощанье,
Надежды, слезы, обещанья...
Следы дождями отмывались.
А клятвы? Клятвы забывались.
Встречались многие от скуки,
И пустяки для них разлуки.
Кто бросил на перроне розы,
Цветы любви, былые грезы?
Цвет алый трудно не заметить.
Но, растоптали... Что ответить?.
Безгрудые блондинки,
Беззадые шатенки,
Худющие брюнетки, -
Сплошное "фиг поймёшь"!
Всё несуразно как-то,
Всё как-то некрасиво.
И не за что схватиться.
И не к чему прильнуть.
Одни не носят лифчик -
Так лучше б уж носили!
Другие ходят в "мини",
А лучше бы - в штанах!
Гляжу я на скелеты,
Обтянутые кожей,
На модные фигуры
И хочется сказать:
А женщины-то где же?
Куда их враг упрятал,
Таких, на ком бы взгляд мой
Блаженно отдыхал?
Они сидят в квартирах,
В Дурацких душных кухнях;
Иль пашут словно кони,
Чтоб прокормить семью.
А я стою печальный,
Взираю на скелеты
И по грудям тоскую
И прочим запчастям.
Одной лишь мыслью тешусь,
Что вот, наступит вечер,
И я домой приеду -
А там... А там ОНА!..
Вот здесь хочу закончить
Я мадригалы эти,
Чтоб зависть понапрасну
В мужчинах не будить!
Хорошо слышит тот, кто желает другого услышать.
Уловив сквозь стихи стон-флюид незнакомой души,
Ты тихонько замри: слышишь, дождик гуляет по крыше,
Или громко резвятся под окнами там малыши?
И представь: этот кто-то, кого ты нисколько не знаешь,
Тоже смотрит в залитый июньским дождем небосвод -
Значит, ты не один в милиардном людском океане,
Кто в звезду свою верит, надеется, ищет и ждет. . .
Изгой не тот человек создающий красоту и кто кажется чудаком для многих, а тот
Кого мы чаще всего видим на обложке и журнала, и возможно кто-то из них абсолютно не прикладывал для этого сил. Истинная красота не то что ты видишь на поверхности, она живёт в душе, но не многие способны её распознать в толпе.
В толпе живёт лишь гламур, общепринятая красота, а настоящий бизнесмен знающий толк в своём деле знает, что и почём продать. Да, да, да не удивляйтесь, но когда обычный менеджер спортивной одежды, не знающий толк в искусстве, делает целое состояние на бездарных художниках: ты понимаешь, что это абсурд, но та другая невидимая часть остаётся в неизвестности. И ты совершенно случайно видишь картины известной британской художницы в газетном ларьке. Сколько вас, еще дорогие и любимые авторы, потерявшие смысл в вашем творчестве? Правят миром не те, кто богаты душой, а те, кто умеет зарабатывать деньги на чужих судьбах, и этому человеку всё - равно, что он пропагандирует настоящее уродство, но толстосумам нравится, же это!
Конечно, дорогие мои, вы будете возмущаться:кто я такая чтобы судить об этих людях!?
Но любимая Жозефина заслужила, чтобы её картины висели на вернисаже, а не в газетном ларьке.
Под лазурью нежной глади
Там где скрывается поток заманчивых речей
Ты согреешь меня негой теплой снежной,
Сжигая чувствами восхитительный закат.
Нам откроет снова дверь вселенной
в душах желанный водопад.
Растворяясь в звёздах пленником небесным
Ты подаришь милой кометы взгляд,
её неотразимый.
Останься пастырем в моей
судьбе,
Храни её в весенней
свежести цветов,
Будоража поцелуем алых лепестков.
Раскройся в музыке любви
В сердцах у нимф сказочным закатом.
И твой очаг ласкает душу вновь огнём,
В крылатых звёздах растворяя
сны.
Фиалка на груди согреет твою ночь,
Ковылью вожделенно
обнимая степи,
И волны моря коснуться берегов,
Мне снова повторяя;
Ты нежностью её объятый зверь.