Черноволосый бессмысленно улыбнулся трубке.
Он иногда вот так звонил, чтобы послушать долгие гудки в надежде все-таки дождаться насмешливого голоса на другом конце провода...
-Неужели снег сошел?- белозубая улыбка.
-Не угадала, листья пожелтели и опадают...
почему-то эти странные фразы стали неотъемлемой частью его жизни.
...«-И чего ты добился, Лето?
-Да много вещей хороших. Вот, например, пара борделей в Амстердаме и модельное агентство в Париже, что, в общем-то, одно и то же»...
Глупо? Возможно...
«Зачем нужен ум? Чтобы спрятать в шкаф и забыть, где он находится. Зачем чувства? Чтобы высушить их в духовке реальности, а потом изредка варить компот из получившихся сухофруктов. А зачем мы вообще живем? Да так, чтобы не было больно за бесцельно проведенное время...»
Так думал Лето, прикрыв глаза и отстранившись от беготни и проблем.
...
Анри сидел на мокрой от росы траве темного парка, любуясь светлячками, копошащимися в зарослях...
Рассыпанные неведомой рукой мириады звезд смотрели с бархатного небосклона на тонкую фигуру, в одиночестве играющую детскими мечтами...
Журчанье фонтана успокаивало больную душу...
Он зачерпнул воду рукой, вгляделся в ее переливания в нежных объятиях...
Его большие синевато-грустные глаза мерцали, отражая капельки ледяных брызг.
Блондин курил тонкую сигарету, наполняя дымом прозрачный ночной воздух.
Хотелось смеяться от горя и плакать от счастья...
-Алло, Лето? Тебе сейчас не вспомнилось что-то такое родное, но слишком забытое?
-Извини, но не мог бы ты перезвонить через полчаса?
-Конечно. Что за глупости я несу?
Связь оборвалась.
Сжалось что-то внутри, пересохло в горле.
Он пытался пересилить себя, но все же слеза скатилась по бледной щеке... Затем еще одна...
Он глотал обиду и не мог сдержаться... Тихо всхлипывал и снова захлебывался слезами...

...
Плечи Анри поникли, Лето перехватил взгляд слегка опухших и покрасневших синих глаз.
-Ты плакал?
-Нет, я рыдал.
Блондин отвернулся и зашагал прочь, оставив легкий запах дорогих сигарет...

Она стояла у высокого окна, глядя на вздымающиеся горы. Где-то там, высоко, в вышине теряющихся в облаках вершин осталась ее душа.
Зябко кутаясь в шаль, она тряхнула белоснежными волосами и устремила взгляд прозрачных глаз навстречу леденящему солнцу...
Звонил телефон. Стоило протянуть руку и... Но лишь легкая полуулыбка заиграла на бескровных губах.
«Remember me, special needs»,- ей стало весело и, легкая, словно солнечный зайчик, она закружилась по комнате...
Из окон лился тусклый свет зарождающегося утра... Ее пленял ветер предрассветных снов, заставляя жить быстрее, забыть о старых днях и людях, которые уже не вернутся...
Звонок раздался снова и снова.
А она все любовалась серебристой игрой бликов на панели телефона, пока он не затих совсем...
- Тебе скучно, Лето? Тогда поскучай еще.
И она громко рассмеялась. Эхо ее смеха гулко раздавалось в пустоте большого дома...

Лето смотрел на человека, ставшего совсем другим за какие-то несколько минут...
Анри ждал с каменным выражением, ни мускул не дрогнул на его лице...
Вокруг текла жизнь, но для этих людей она остановилась...
В черных ночных глазах скользило сомнение, он ругал себя за неосмотрительность, за глупость, за жестокий мир...
Закат разгорался кровавой волной, поглощая высокое небо.
Шли люди, мерцали огни, без слов, без смысла...
Брюнет провел ладонью по щеке Анри, растрепал его льняные волосы.
- Я темный, да и тепло растерялось в весенних сумерках... Пойдем...
Он боялся снова показать безразличие, но ему стало скучно...
Анри молчал, по-прежнему глядя в даль, внезапно тряхнул светлой головой.
- У тебя страшный дар притягивать людей, которые тебе не нужны... Я ведь тебе совсем не нужен?- они шли по бесконечным проспектам, мостам, мимо забот и суеты.- Ты забудешь меня, едва покинув этот город, полный разочарования и сырости...
Его слова жгли холодом, но были правдой...
Тебе хотелось рассмеяться ему в лицо, бросить среди шума людных улиц... Забыться пьяной ночью и утром не боятся увидеть его пустые глаза, полные горечи...
- Ты останешься синеглазым пятном среди ослепительного света...
- Хочется надеяться, но сейчас мне нужны твои бархатные глаза,- он прильнул к нему, прячась в густых волосах...
Подул холодный ветер, унося еле слышные слова в туманные волны Сены...
Текли минуты, растворяясь в свете луны, парящей над парижским морем...
Из динамиков кафе лилась тихая музыка...
- Without I’m nothing, - слабо прошептал Анри...

Лето неторопливо набрал номер, гулкие отзвуки гудков на другом конце провода заставили его вздрогнуть...

неровными Краями, красивыми Словами
открылись рваные раны и слезы застыли в глазах...
скользят холодные Руки по шрамам, оставленным на кровавых Мечтах
и свет холодный с неба льется, дождем лаская боль Души
мы слишком много Стонов слышим, скучая по Тиши
рокочущий поток чужих надежд мешает слушать разум
подумай, ведь мы доверяем только этим фразам
мы непростительно откровенны в последнее время
так тяжело нести Правды Бремя
мы затаили холод в сердцах...
кто-то сказал - недопустимый промах
лети, пока можешь... Забудь и про страх...
опалённые Крылья делают призрачный взмах
ты хочешь вздохнуть, но глотаешь лишь пыль
это пройдёт. Не правда ль?
замерзнут идеалы, но не больше...
так Жить намного проще

В колонках играет - Nightwish

С высокого обрыва вдаль смотрю и вижу
Холодные руины старых городов...
Страданья в вечности покинутых богов
Меня пленят, их память не обижу.

И, равнодушие забыв, расправив крылья,
Играя ветром, светом и мечтой,
За мимолетным отблеском в покой,
Забытой гордостью влекомый отдаленно,
Полночный лучик солнца улетает...

Меня здесь нет, а отраженье...
Что сон, в рассветном море тает.
Среди ветров бесчувствия паденье...
Я не могу летать, и город это знает.

Заботы тянут вниз; из бездны нет возврата.
И в гулких улицах мне не хватает брата...
Я не хочу жить в мире без людей!
Глотать песок пустынных площадей...

... Почему все люди стараются причинить друг другу как можно больше боли? Обидеть или задеть за живое стало каким-то хобби, и чем больше ты расстраиваешь, тем сильнее бьется сердце... Чужие слезы вызывают животное наслаждение собственным превосходством?
Да какое же это превосходство, когда у тебя на душе пронесшийся внезапно ураган вырвал с корнем остатки человечности и благородства... Разрушается все, к чему прикасается людская рука... Зачем тогда эти лживые ужимки пропитанного спесью мира?
Просто мы цепляемся за осыпающуюся землю чьих-то эмоций, пытаясь вспомнить о своих...
Неужели нельзя хоть чуть-чуть жить в собственном мире, чтобы были силы отстаивать свое мнение, не ровняясь на моду и выдуманную паранойю... И не трогать воспалившиеся края рваных ран? ...

Блик от темно-бардовой рубашки играл в его черных глазах, заставляя их казаться пурпурными в неверном свете угасающего дня... Он ждал, изредка поглядывая на проносящиеся мимо машины... В окне на одиннадцатом этаже погас свет, оставив лишь воспоминания... Там висит портрет Бьёрк...
«-Холодным зимним утром я проснусь, а тебя уже не будет рядом. Потому что лето всегда заканчивается? Нет, потому что ты хочешь заставить людей думать только о тебе... Твой телефон станет недоступным. Потому что ты рвешь связи с прошлым? Нет, потому что ты боишься оказаться зависимым от кого-то кроме себя...
-Потому что я не люблю встречать одних и тех же дважды. Слабости и недостатки тонут в тумане иллюзий...
-Значит, у меня нет недостатков?
-Зимой нет...»
Анри улыбался, слегка щурясь...
Но в его небесно-синих глазах потухло что-то, такая маленькая искорка детской наивности...
-Что-то случилось?- Лето заглянул блондину в глаза...
- Моя сестра умерла от передозировки наркотиков, мать отказалась от меня, когда узнала, что я тоже сел на иглу...
-Зачем? Чем тебе не нравилась твоя нормальная жизнь?
-В модельном бизнесе без этого никак. Спустись на землю, Лето.
-Ну я же не...
-Поэтому я хочу, чтобы ты был рядом, чтобы ты остался теплым и светлым, Лето... Солнышком среди моей тьмы...

Я тут картинку нашла... По-моему, вполне...
[550x660]

В колонках играет - Every me, every you



Отплати черной неблагодарностью,
Вынь затычку из кровоточащей вены,
Опусти меня на колени…

Огромный черный мотоцикл с визгом затормозил у стеклянных дверей агентства...
Байкер со стянутыми в хвост черными густыми волосами взлетел по ступенькам и вошел в просторный холл...
Анри сидел на подоконнике и обнимался с какой-то крашеной моделью, Лето он не заметил...
Или сделал вид, что они незнакомы...
Брюнет скривил губы в усмешке и, лучезарно улыбнувшись проходившей мимо девушке, направился в офис...
Неужели тебе больно? Нет, обидно... Что он не выбрал тебя? Так ты же сам лишил его этого права...

Блондин был меланхоличен: погода значительно испортилась, а Жанет раздражала с каждой минутой все больше... Ему показалось, или в воздухе остался такой знакомый запах одеколона? Даже теперь, хотя...
Черноглазый вальяжно развалился в кресле, когда в кабинет вошел синеглазый, но даже тогда он не соизволил оторваться от бумаг...
- Привет.
До свиданья... Ты сам все привел к логическому завершению... Вот сейчас самое время порвать с этим балаганом...
- Проходи, садись... Я вот думал, чего в Москве не хватает, оказалось тебя...

Он сидел на железном кресле аэропорта, рассеянно слушая объявления...
Он все еще чувствовал горячее, сбивчивое дыхание Анри, слегка припухшие от поцелуев губы... Слышал его голос... Но это было уже в прошлом...
Раньше мы имели право на ошибки, теперь это время закончилось, и если мы ошибемся, то события не смогут повернуться вспять...

Москва встретила гомоном множества людей и ярким весенним солнцем... Но для него столица навсегда осталась хмурым городом, захлебнувшимся в дождях и свинцовых тучах...
Он шел по улицам, дыша сигаретным дымом и дорожной пылью...
Вне времени и вне забот этого мелочного мира, вне толпы, обезумевшего потока забывшихся теплом людей.
Наверное, уже был вечер...
Вот девочка с зелеными глазами, спешащая куда-то...
Лето, я тебя тоже видела, но мне страшно заглядывать в пустые лица и видеть совершенное безразличие...
Он смотрел сквозь тела на усталое солнце, душный воздух старого города...
Он любил Москву, любил слышать родную речь и растворяться в общем гвалте...

Только слишком много еще не сделано... Париж... Этот залив холодных бурь, где душа упивается невозможностью счастья...
Самолет оторвался от взлетной полосы, унося с собой все забытые обещания и порванные в клочья мечты...

Холодно. Где-то совсем рядом слышатся рыданья порывистого ветра, под ногами расстилается Париж, еле слышна городская суета, укрывшаяся пушистыми облаками...
Они стояли вдвоем на Эйфелевой башне, Лето слегка приобнял Анри за тонкую талию, и длинные льняные пряди смешались с угольно-черными...
- Кто ты?- блондин заглянул ему в глаза...
- Лето,- улыбнулся черноглазый...
- Тогда согрей меня: я совсем замерз...
Лето привлек Анри к себе... Они целовались долго...
Тебе приятно? Нет... Тогда к чему все это? Ему приятно... Он тебя любит?
- Ты бы прыгнул вниз? Не ради меня, ради любви? А, Лето?- он смотрел как-то отстраненно...
- Нет.
Он сощурил глаза на огненное зарево заходящего солнца... Нет...
Блондин прижался к нему, словно пытаясь спасти себя от городской бездны...
- Пойдем вниз, - сказал Лето и увлек за собой Анри как можно дальше от этого края...
Они шли молча, слова были не нужны этим людям, забывшихся собственным одиночеством...

Ему было жаль этого юношу с лазурными глазами, жаль всех, когда-либо обманутых или покинутых, затерявшихся в собственных переживаниях.
Он счастлив, потому что лишен всего этого с самого дня своего рождения...
Блондин был задумчив... Выжидающе смотрел на Лето... Ему плохо, а тебе скучно...
- Она тебя бросила?
- Нет, я даже не признался,- синеглазый грустно улыбнулся.- Зачем? Она как ветер...
- В этом ты действительно прав, я ее знаю. Ты решил, будто теперь я стану этим Джеки и спасу тебя от вечных поисков?- К чему ты это несешь?- Я очень гнусный тип, чтобы быть идеалом для подражания.
- Знаешь, Лето, ты честен. Ты не такой плохой, как говоришь, ты... Ты вернул меня к нормальной жизни.
Зря ты так думаешь...
Но...
Ты слишком много стал думать...
-Будь со мной, хоть не долго... Пока не наступит осень,- взгляд невинных глаз из-под льняной челки.
Ну же, рассмейся ему в лицо, хлопни дверью...
-Тогда улыбнись. Весна закончилась.
Он нежно убрал прядь, упавшую на глаза Анри...
Тогда зачем ты так мучился? Если ты не можешь отказать в искушении, то не надо ломать комедию, тем более перед самим собой, Лето...

- Кто это?- спросил Лето.
- Прошлое,- ответил блондин,- единственная моя любовь. Знаешь, у меня, как в этой песне...
Синеглазый включил серебристый центр...
Jackie
Jackie left on a cold, dark night
Telling me he'd be home
Sailed the seas for a hundred years
And left me all alone

Now I've been dead for twenty years
I've been washing the sand with my ghostly tears
Searching the shores for my Jackie-oh

And I remember the day that the young man came
Said, your Jackie's gone, he is lost in the rain
And I ran to the beach
And laid me down

You're all wrong, I said
And they stared to the sand
That man knows the sea like the back of his hand
He'll be back some time
Laughing at you

And I've been waiting all this time
For my man to come, take his hand in mine
And lead me away
To unseen shores

I've been washing the sand with my salty tears
Searching the shore these long years
And I'll walk the sea forever more
'til I find my Jackie-oh
Jackie-oh
Jackie-oh
Jackie-oh
спасибо тебе, Брайан...

Холодно.
Анри вел его по бесконечному лабиринту парижских улиц, которые утратили свое очарование при дневном свете. Лето не узнавал этот город без неоновых реклам и светящихся вывесок.
Рана уже не причиняла столько неприятностей, как раньше, и он забыл о ней сразу.
-Куда мы идем?- спросил брюнет, щуря глаза.
-В мою квартиру, уже не далеко осталось,- синеглазый улыбнулся.
И вот опять все снова... Неужели ему мало? Анри... Да не все ли равно, в конце концов?
- Ну, как знаешь, - «только это плохо кончится».
Он не видел ничего, кроме слепящего неба... Наверное, оно ослепляет людей, которых встречает Лето... Ночь... Нужен только лунный свет, тогда все иначе...
Дом был многоэтажный, а апартаменты блондина находились где-то ближе к крыше.
-Добро пожаловать, Лето,- Анри распахнул дверь.
Черноглазый застыл на месте...
На огромной фотографии, занимавшей всю стену гостиной, красовалась Бьёрк...
«Вот мы и встретились»,- горькая ирония промелькнувшей мысли заставила его вздрогнуть.

Смутно знакомый человек склонился над ним... В высокое окно светило яркое солнце, возвращая к жизни. Никчемной и бесполезной. Он не умер, но что-то в нем изменилось, утекло с той алой страшной кровью, осталось в темном переулке...
- Вам лучше?- льняные пряди незнакомца спадали на глаза, он небрежным движением откинул волосы с высокого лба.
Лето. Тебя зовут Лето. Он не мог вспомнить большего или просто не хотел... Прошлое надо забывать, пока не поздно, иначе оно неминуемо повторится.
-Если можно так назвать. А я вообще где, и кто ты?- черноглазый щурился на солнечный свет. Почему свет несет столько боли?- Мы где-то раньше виделись?
Во рту стоял железный привкус крови и полночного бреда.
- Я из агентства. Шел домой, когда увидел вас в крови прямо посреди улицы... Не могу представить, вдруг я бы возвращался десятью минутами позже... Вас еле спасли.
А зачем? Спасение утопающих - дело рук самих утопающих... Может, надо было опоздать?
- Спасибо,- он не был в настроении разговаривать. Даже с этим синеглазым. Не сейчас... Сейчас ему слишком все равно... Море... Ночь... Лунная дорожка...
- Меня зовут Анри.
Очень приятно, но его это не касается...
- Я это Лето, но лучше тебе со мной дел не иметь.
Вот он и раскрылся...
- Пойдем домой?- он тряхнул светлой гривой.
У тебя нет дома, только море... Чужая судьба, тебе здесь не место...
- Пошли, но не уверен, что не упаду при первом шаге.
Он спас тебе жизнь, а ты его ее лишил... Зачем? Да так... Ты игрок.

Настроение сейчас - голова болит, блин...

Откуда-то доносился тихий голос, казалось, что он слышался отовсюду, заполняя глубины его опустевшей памяти. Боль разлилась по всему телу горячими волнами, обжигающими при каждой мысли. Вокруг царила темнота, слишком густая и липкая, чтобы вырваться... Кто он? Зачем он здесь?
Ее шепот, похожий на шелест опавших листьев... От него не убежишь и не спрячешься... Бьёрк... Почему ты все время преследуешь?
Пустота с глазами из чистого льда настигала его, он тонул, так и не издав ни крика... Зачем? Жизнь в темноте хуже смерти... Очень много этих «зачем»...
Гул нарастал... Больно... Тебе думалось, твои чувства умерли, не успев родиться? Ошибаться непривычно...
«Ты не человек, Лето. Ты заставляешь людей вытереть пыль с убранных на полку эмоций, переживаний. И для чего? Чтобы растоптать чужую радость, зарыть живьем в холодную землю. Ты коверкаешь затерявшуюся в душе человечность, а все потому, что тебе она не свойственна. Тебе это нравится? Нет, но муки совести для тебя лишь слова. Я думаю, однажды ты поймешь свою трагедию, неспособность радоваться успеху других... Ты несешь разрушение, Лето. Крушение жизней и разочарование в былых идеалах... Счастье есть, быть может не у нас с тобой, не у тех, кто его гонит прочь... Если ты мешаешь жить себе, то дай жить другим, или ты и на это неспособен?»
Почему? Почему ты так думаешь? В этом мире не бывает любви, пора бы это понять...
Что-то мелькнуло совсем рядом... Звездочка? Искра?
Солнце резануло по глазам... Взгляд больных глаз встретился с небесно синим...

Он шел по лабиринту улиц в полной прострации мимо безликих витрин, разгоняющих темноту немигающим светом. Луи был разочарован – окружающее его не беспокоило...
Из-за угла очередной авеню вышли двое. Он хотел идти дальше, но сзади тоже раздались шаги - по спине пробежал холодок, но с равнодушным видом продолжал двигаться... Пока те двое окончательно не перегородили дорогу...
-Куда мы так спешим? Давай поговорим по душам, а?
Однако ему не было особо страшно, он не привык легко сдаваться...
- Я не знаю, где находится твоя душа, но, быть может, она отзовется,- и он с размаху ударил бандита в челюсть...
Их было много... Больше, чем он ожидал... Он успел несколько раз ударить нападавшего, прежде чем в руке высокого мужчины с квадратным подбородком блеснул нож...
Кровь текла сквозь его обагрившиеся пальцы, забирая остатки жизни...
Боль... Перед глазами поплыли красные тени... Он всегда считал себя бессмертным, недоступным для страха и бессилия... Сейчас он медленно покидал этот мир, но это было неправильно! Он бредил, полудрема забирала его в свои липкие объятия...
Вот чье-то знакомое лицо мелькнуло перед закрывающимися глазами... Сон... Ложь...
Синие глаза в ореоле волос цвета утреннего тумана...
Что-то порвалось внутри, и он улетел туда, где нет ни солнца, ни лета...

В колонках играет - Nightwish

Наверное, он слишком глубоко погрузился в свои мысли, потому что не заметил, как оказался в незнакомом районе темного Парижа.
Ночь уже опустилась на город, который и не думал засыпать, сверкая огнями тысяч неоновых реклам и вывесками, откуда-то доносилась музыка.
Сильно похолодало, и в воздухе витал запах бензина и легкий аромат дорогих духов.
На черном небе россыпью алмазной пыли мерцали звезды, напоминая южные ночи далекой Кубани.
Как давно это было! Он уже успел позабыть огромные корабли морского порта, их высокие трубы, громкие сигналы, налеты соли на высоких бортах.
Мужчина свернул по направлению к бару «Лунная долина», рядом с которым на обочине притулился одинокий блестящий Мерседес.
Внутри играла тихая музыка, вызывающая ностальгию.
Зал был небольшой, но уютный, выдержанный в странном стиле с преобладанием синей эмали и металлического блеска.
Брюнет сидел у барной стойки и не спеша потягивал коктейль, когда отворилась задняя дверь и из нее вышла пара.
Мужчина рассчитался с элегантной брюнеткой прямо на глазах у Луи, но самое страшное заключалось в том, что он узнал эту женщину.
-Жозефина? Не ожидал тебя увидеть,- сказал Луи, когда клиент ушел.
Она резко обернулась, устремив на него взгляд чуть раскосых глаз цвета волчьей шерсти.
-Лето? Кажется, еще даже весна не закончилась.
-Не думал, что ты можешь так опуститься.
-Ты вообще редко думаешь. Но как об этом можешь говорить мне ты?! Или скидку выбиваешь?
Он больше даже не хотел слышать ее тихого голоса, видеть ее серые раскосые глаза - он бросил купюру на стойку и вышел, не обернувшись. На душе скребли кошки.
Не должно было быть этой встречи: прошлое всегда кажется сказкой, до того как оно станет настоящим...

Она задумчиво ловила прикосновения лучей и встречала новый день взглядом из-под опущенных ресниц, потому что она любила чувствовать ласковые поцелуи солнца на своей сухой веснушчатой коже, любила игру света в выгоревших, цвета скошенной соломы жестких волосах. Улыбку тонких обветренных губ она дарила порывистому ветру, что разметал пряди по плечам, окончательно запутал их непослушный каскад.
Она была соткана из света, тепла и высохшей на солнце травы, запахов апельсина и моря, крика чаек и пенистых волн, зноя и счастья...

Он не помнил, каково было его имя, когда он встретил Бьёрк. Да это и не главное, потому что все обстоятельства меркли в лучах ее эго. «Зимняя королева»,- так он отметил про себя при встрече. Он не любил эту снежную королеву, а просто боялся. Да, да, его страшил пристальный взгляд хрустальных глаз из-под белесых ресниц.
Она душила в нем лето, замораживала его теплоту и непринужденность. И вот сейчас...

Он стоял возле высокой колонны в холле агентства. Такой хрупкий и прозрачный, совсем холодный и гордый. Он походил на Сон, что быстро забывается, но не отпускает из своих свинцовых объятий.
-Хочешь стать лицом компании?- Луи сверкнул белозубой улыбкой.
Незнакомец поднял глаза, оказавшиеся слишком синими и вовсе не такими безжизненными.
-Нет, я пришел на кастинг.
Разве он не был моделью? Странно.
-Второй этаж, третья дверь налево.
-Спасибо.
Он поднимался, словно летя по воздуху, в его движеньях скользила грация, за спиной развевался каскад льняных волос.
Он красив, но сонной и немного ленивой красотой, экстравагантность нельзя назвать его вторым именем, не то, что у Бьёрк. В ее духе порвать документы в клочья прямо на заседании совета и бросить в лицо директору.
Мужчина остановился на верхней ступеньке и выжидающе смотрел на Луи.
Черноволосый еще раз улыбнулся и вышел в ночь через стеклянные двери агентства.
Он отдался людскому потоку, шумящей толпе, ревущим автомобилям, ярким огням и парижским звездам.
О блондине он даже не вспомнил, как и о Зимней королеве.
Его мысли витали в летних облаках и сознании собственной значимости...

А я опять хочу домой,
Туда, где воздух чист и ветер свеж,
Где золотистые лучи играют среди меж,
Где мил мне лета вечный зной
И долгий зимний холод злой.

Мне душно в каменных стенах,
Мне страшно в городской пустыне:
Здесь нет любви, здесь нет святыни.
Унес давно их крыльев взмах.

Люблю я тишину ночных полей
И шум дождя, утесы, море,
Жизнь на безоблачном просторе
И замки гордых королей.

Среди морских бескрайних волн
Или лесов заросшей чащи
Бывать хотелось бы мне чаще:
Меня туда влечет не сон,
А сердца одинокий стон.