"Я взял бутылку и ушел в спальню. Разделся до трусов и лег в постель. Ничего никогда не настраивается. Люди просто слепо хватают, что попадается под руку: коммунизм, здоровую пищу, дзен, серфинг, балет, гипноз, групповые встречи, оргии, велосипеды, травы, католичество, поднятие тяжестей, путешествия, уход в себя, вегетарианство, Индию, живопись, письмо, скульптуру, композиторство, дирижерство, автостоп с рюкзаком за плечами, йогу, совокупление, азартную игру, пьянство, тусовку, мороженый йогурт, Бетховена, Баха, Будду, Христа, тактические ракеты, водород, морковный сок, самоубийство, костюмы ручной выделки, реактивные самолеты, Нью-Йорк, – а затем всё это испаряется и распадается. Людям надо найти, чем заняться в ожидании смерти. Наверное, мило иметь выбор.
Я свой поимел. Я поднял к губам пузырь водки и дернул из горла.
Русские кое-что понимали."
Бук.

"Мы только и делаем, что дрыхнем, жрем, валяемся везде, да трахаемся. Как cлизни. Слизневая любовь, вот как это называется." Бук

http://www.liveinternet.ru/users/gnevnij/post64517812/

сижу, ставлю красную шляпу и читаю Бук
"Когда я вижу человека с чистой квартирой, я знаю: с ним что-то не в порядке. А если там слишком чисто, то он пидор."

: ЬЪДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДїЬ :
А ДД : ..:: | :::.. ..:::THe Last ANTiHEROES:::.. ..::: | ::.. : ДД Щ
і°°°°АДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДЩ°°°°і
ЪДіДДДДДДДДДДДЩ АДДДДДДДДДДДіДї
іЫ: This is our social protest to all rotting from violence and fear to :Ыі
іЫ the world. By all assholes, making money on trust. To all political Ыі
іЫ rats thirsting, To cut off from a part. Everyone, who divides of the Ыі
іЫ people in classes and levels, as a puff pie. To all dictators and Ыі
іЫ other pseudo-owners of the world, dreaming to use human Freedom, Ыі
іЫ placing them some restrictions, structure and trajectory of Ыі
іЫ behaviour to itself somewhere. Who tries to make all man by a part Ыі
іЫ of a not conscious working material. Everyone, who wants to stop us. Ыі
іЫ Everyone, who wants to establish the order in the world. We for Ыі
іЫ inviolability of human freedom. We for the clean world. We for clean Ыі
іЫ consciousness. We for infinity of the world, for freedom, dream also Ыі
іЫ hope for a spirit of clean air, which will give us force on Ыі
іЫ struggle. The rotten people. The black sky. The lifeless feeling of Ыі
іЫ the approach untied among themselves tests. Madness to be, that, Ыі
іЫ whom you - not, also delirium. It is impossible, is in two modular Ыі
іЫ conditions in one and too instant. To think of it already - Ыі
іЫ emergency phenomenon. The phenomenon of empty, dead life. Life of Ыі
іЫ other time. Other founder and it are natural other relation. We any Ыі
іЫ more do not trust legality. In the promises. We any more do not Ыі
іЫ search for the heroes, and we do not wait last indicator, after Ыі
іЫ thermonuclear of explosion. We do not trust education those who Ыі
іЫ already on the dark party, on the party those who wants to make the Ыі
іЫ world on own similarity. We do not wish to replace other cheek, when Ыі
іЫ already all man is at Stages of destruction. Light - is close, when Ыі
іЫ knows a way to self-destruction. The explosion of all molecules will Ыі
іЫ result in regeneration of Life on a ground. Ыі
іЫ: ЪДДДДДДДДДДДДДДДДДДД[E.N.D.]ДДДДДДДДДДДДДДДДДДДї :Ыі

сижу на работе, читаю "Женщин" Буковски:
"Рука Лидии схватила мою и втолкнула ее за пояс джинсов в трусики. Кончиком пальца я нащупал маковку ее пизды. Она была влажной. Продолжая целовать ее, я пробирался пальцем поглубже. Потом вытащил руку, оторвался от нее, дотянулся до пинты и налил еще. Снова сел за кухонный столик, а Лидия обогнула его с другой стороны, тоже села и посмотрела на меня. Затем опять начала работать с глиной. Я медленно тянул виски."
не дай Бог, кто нибудь в монитор заглянет.

и всетаки дадли паунд мудак

1

15 июня прошлого года из подъезда обычного для Павлово Посада двухэтажного с шиферной крышей дома вышла девушка. Не красивая и не безобразная, тоже вполне обычная. Русые волосы, не уложенные в прическу и тенью нисппадали на серые, цвета серпуховско-тимирязевской ветки глаза.
Белая блузка со складками на предплечье с трудом прикрывала грудь, но открывала глубокие, как у лошади, ключицы.
Полуденное солнце ярко освещало все вокруг: и гаражи напротив, и собак, замученных безделием и мыслями о еде, и праздных старушек, они лениво жевали жвачку бытовых проблем своих домашних.
Девушка быстро перебирая ножками, мерцая педикюром, прошла мимо, стараясь не поймать взгляд ни одной из бабусь, и направилась к универсаму "Копейка", что около остановки электрички.
Недалеко от станции она увидела парнишку лет двадцати. Он сидел на бетонном строительном блоке, у его ног лежал чехол от гитары, в нем рублей двадцать мелочью и пара сигарет, Тройка и Лигетт Дукат. Сам он курил красную Яву из мягкой пачки (сигарету, чтобы не мешала, он заложил за струны, он как раз помещалась между первым ладом и колками).
Девушка остановилась. Парень играл "Музыканта". Такие же серые, как у нее глаза, и русые, но недлинные волосы также обычно выглядели. Только гитара и звук голоса превратили его для нее во что-то вроде ангела. Она бросила в чехол все деньги, которые дала ей с собой мать, подошла и села рядом.
Шум подъезжающей электрички на минуту заглушил музыку, он перестал играть и спросил:
-Как тебя зовут?
-Катя.
-Паша.
Они пожали руки, солнце будто еще с большим рвением принялось поджаривать и плавить окружающую их реальность, ветер неспешно задувал, ворчал, валяясь на луговом мятлике, переворачивал листья невовремя опавших берез, бросался пухом тополей и поднимал мелкие песчинки с дороги, он будто грустил и пах зимой, обжигая легкие этим запахом.
Люди, восковые фигуры со стеклянными глазами шли мимо, не оборачиваясь, обоняли друг друга, зажмуривались от бликов машин у светофора. Из-за магазина, где продавали дешевую водку, вышел гряный человек, поднял с земли банку коктейля, потряс ее и опрокинул в себя, смял и бросил в мешок, который держал в левой руке.

Вечером они сидели в подъезде двухэтажного дома. Он играл ей свою музыку, а он пила портвейн и рыдала, а на следующий день они вместе уехали в Москву, а потом в Петербург.
В последний раз их видели друзья на Сенной. Он пел и играл, а она ходила с кепкой и, улыбаясь всем прохожим, протягивала к ним ладонями вверх свои длинные руки. У его ног стояла бутылка вишневого Blazer'a. Он пил и играл, играл и пел, и в одно созвучие светились их серые глаза, когда они смотрели друг на друга. Прохожие, большей частью, не останавливались,
кто-то задерживался на минутку, кто-то давал 10 рублей, кто-то 100, а когда он начинал играть какую-нибудь свою песню, она подходила и садилась у его ног.
Потом они оба пропали.

2

У нее больное сердце, но она не пьет таблетки. Она любит музыку и играет на флейте.
По утрам, когда сердце болит особенно сильно, она берет инструмент и играет то, что приходит в голову, и боль проходит.
Ее дочь сбежала из дома. В последний раз ее видели недалеко, в подъезде у подруги.
День был солнечный светлый, и почти безветренный, она работала репетитором и обучала сына своих знакомых музыкальной грамоте. Мальчик был капризным и очень отвелекал ее своими идиотскими фразами, вроде, "а зачем, я так хочу, мне так удобнее", она и не заметила, как
пролетел день, а ее дочь Катя, как оказалось, все еще не вернулась из магазина.
Выгнав ученика, она пошла по улицам города, ходила в милицию, искала дочь в глазах прохожих, в своей памяти, в свисте зимнего ветра в проводах..
Теперь она ездит на электричке Горьковского направления каждый день, в Москву и в Посад, туда и обратно, и просит у людей деньги, играя на флейте.
В музыке она ищет свою грусть, в поезде она ищет свою дочь.

"я люблю твой синий взгляд"

- Германия дала миру больше всего философов
- это почему?
- а ты их женщин видел?

"Дверные приборы были страстью Александра Яковлевича.
Положив великие труды, он снабдил все без исключения двери
пружинами самых разнообразных систем и фасонов..."
Примерно тоже самое и здесь, в офисе, и внизу двери на ИК датчиках, сами открываются и закрываются...
А внизу, перед входом на стеклянной стене большими буквами висит надпись "Сотрудникам банка "Русский Стандарт" ОГРОМНАЯ просьба закрывать двери."

Начальник ходит по офису и тихо спрашивает у всех
"У вас есть у кого-нибудь колбаска?"

Он приковал ее наручниками к батарее на 2 дня, а сам ушел пить и играть в домино во дворе в кампнии старых алкоголиков, а когда вернулся, то избил ее, увидев испражнения на полу, швырнул тряпку и заставил вымыть пол.
На следующий день он пошел к участковому жаловаться на мать. "Она меня ненавидит, - жаловался он,- хочет изза квартиры со свету сжить, соседям Бог весть что про меня рассказывает!"
У милиции есть одно нерушимое правило: в семейные дела не влезать.
И мать осталась безнаказанной, да и участковый его не слушает, мол галза безумные, шальной, поди.
Он долго добивался правды, ходил по инстанциям, чтобы устроить мать в дом для престарелых, и чтобы она больше не подмешивала ему мышьяк в водку, и не прогоняла палкой из собственного дома, его и его немногочисленных недорогих пассий.
Долго он ломал голову. Решение проблемы пришло неожиданно. Пока она была на работе, он врезал в дверь другой замок.
Теперь участковый слушал ее просьбу присмирить сына.
-Он у меня раньше хороший был, это вот шесть лет назад отнего жена ушла, он и начал баловать, может образумится еще..
Но у милиции есть одно нерушимое правило.
И мать осталась на улице. теперь она не приходит домой. С работу она идет к подругам, а если в Москве никого из знакомых нет, то на Ярославский вокзал в зал ожидания. Охрана ее уже знает и не прогоняет. Они тихо сидит часов до пяти утра, а потом выходит на улицу, покупает в ларьке чашку чая, выпивает и отправляется на работу.

Бунин - это круто.
всегда

Карандашный набросок Даши,
Я рисую, расходуя грифель,
Много девушек Даши покраше,
Много тех, кто поменьше выпил.

Пикуль.
Реквием...
Мальчики с бантиками...

да, кста.
у мнея нашли шизоидное расстройство личности
+ в армию я не пойду
+еще 10 дней надо будет отдохнуть в диспансере
-что то здесь не так

пора прилетать назад. скоро вернусь окончательно.

1.
За деревней, около леса сегодня будет праздник. Там будут все друзья и знакомые Варфоломея: и его бедный родственник Царевич Ухокрыл со своей невестой, и Кошка Заплатка, и ляля и, и бо тоже придут.
Варфоломей пьет уже второй день и все никак не может остановиться. Мы видим его идущего по дороге. Он лениво переставляет задние лапы, передними небрежно размахивает, челка сбилась на глаза и свалялась потными сосульками.
-Здравствуй, Варфоломей,-ухнула Сова Холодно-Горячо.
-Здравствуй, Холодно-Горячо,-невнятно прорычал Варфоломей, и
устремил свои мутные, полные Изабеллы, но добрые глаза
на пестрое нечто, которое представляла собой сова, с одним
красным и одним синим крыльями.
-Ты сегодня придешь на праздник? -
спросил сову Варфоломей. Та только ухнула
что-то вздорное, как и все женщины, когда у них спрашивают что-то
подобное, и закрыла глаза. Но Варфоломей знал, что ее плоский лицевой диск,
с этим странным пенсне на левом глазу, наблюдает за ним, кроме того, он
еще лучше знал, что сова никогда не откажется от вина из его подвала.
2.
Варфлолмея переполняло чувство выполненного долга. Он был доволен собой, но
не настолько велико было чувство его довольства собой, сколь велико было чувство благодарности, которое испытывал к нему его бедный родственник Царевич Ухокрыл, идущий немного поодаль со своей невестой, царевной из далекого эскимосского села.
Царевич ухокрыл еще немного смущался своей невесты, и шел молча, хотя и кидал время от времени влюбленные взоры на нее. Впрочем, она отвечала ему взаимностью.
Она еще не привыкла к климату Кавказа и чувствовала себя немного нездоровой здесь, в Грузии. Поэтому она крепче и крепче сжимала у самого локтя левую руку Царевича Ухокрыла.
Варфоломей думал о предстоящем празднике. Он был рад, что счастливо закончилось его очередное приключение, которое, в общем, не отяготило его географическими перемещениями.
Здесь он сохранил верность стилю своего любимого героя Уэндела Эрта.
3.
Он вспомнил, как месяц назад к нему пришел Царевич Ухокрыл и
со слезами на глазах просил его:
-Пожалуйста, пожалуйста, Варфоломей, помоги мне найти себе жену.
Варфоломей тогда только кивнул и не сказал ни слова. Тогда его голова была занята другим: он на днях отправил племянника к ляля и бо в деревню, и предыдущим вечером прочел рассказ "Ремзик", который заканчивается чуть менее грустно чем жизнь Фрау Гитлер, да еще эта собака, так трогательно трепала сапог мальчика, что Варфоломей, сам будучи собакой, и более того, впечатлительной натурой, не мог не послушать старика Фазиля и не впасть в состояние полупаники. Таким образом, до среды он просидел без дела, пока племяник не вернулся.
4.
В тот же день он и отправил Сову Холодно-Горячо в Тифлис с письмом в посольство ЮАР, где его хорошо знали, ведь все, кто работал в этом посольстве знали, что собака Варфоломей никому еще не продал плохой Изабелы. И так, как в посоьстве его знали и любили, то и с ответом ждать не заставили. Уже вечером, как раз, когда Варфоломей закончил дневное чаепития и приступал к вечернему, Сова Холодно-Горячо с письмом в клюве села на перила его веранды. В письме говорилось, что они-де обязательно постараются, и сделают все, что смогут для Варфоломея и его бедного родственника Царевича Ухокрыла.
5.
И правда, уже через неделю в поисках невесты для царевича на уши встала сначала северная, потом восточная, западная и южная части ЮАР и близлежащих стран. Еще через неделю темноликие гонцы от посольства отправились в Польшу, поверив слухам о еще оставшихся в живых польских панночках, и даже обженили на месте семнадцать Лжеухокрылов на двадцати двух Лженевестах. Те уже, было, отправились претендовать на Российский престол, но оказалось что в России уже девяноста лет, как свергли последнего царя, да и тот, не коронованый, царствовал один день. Через год в Польшу вернулись два Лжеухокрыла, и одна Лженевеста, так они, сплоченые общим горем и остались жить втроем.
А гонцы, тем временем, прошли насквозь Финляндию и Германию, где сели на моторную лодку и заплыли в далекое эскимосское село. На берегу их встертил луноликий ребенок с узкими, как серп молодого месяца глазами. Увидел, и с криком убежал. Там же на берегу гонцы увидели девушку, она стирала белье. Она покорила их сразу и все гонцы в одну мысль поняли: это ОНА.
6.
С новым пассажиром на борту они проделали весь путь в обратном направлении, переправили невесту через Грузинскую таможнь под видом новомодной куклы, поднимающей национальное самосознание грузинских детей, вроде тех усатых штук, которыми кормит сейчас своих чад Украина. Невесту вручили Кошке Заплатке, которая прижилась при посольстве и пила вино и ела сыр из серебряного блюдечка. Кошка привела царевну во двор к Варфоломею, тот как раз заканчивал пить чай и дочитывал томик рассказов Фолкнера.
-Вот она, - сказала кошка, присела на одну лапку, видьнула хвостом, развернулась и ушла.
Варфоломей оценивающе посмотрел на будущую невесту своего бедного родственника, сходил в дом, вынес еще одну Читать далее...

http://trinixy.ru/2008/01/30/samye_krasivye_v_mire_11_shtuk.html

http://trinixy.ru/2008/04/30/zhizn_v_lifte__2_93_mb.html

http://trinixy.ru/2008/05/04/kitajjskie_kubiki_polnaja_versija_72_kubika.html#comment

Кафка Замок хорош Охотник Гракх так себе
Л.Н. Толстой - все как всегда.
А.Н. Толстой - Гиперболоид Инженера Гарина - говно редкостное
Айзек Азимов - Хорош
Роберт Желязны - так себе вообще