[268x201]

[315x331]
Читать далее

мышь окончательно рассорилась с ноутбуком, я перешёл полностью на «сенсорное» управление – правильно, на что ещё нужны пальцы… чтобы их всячески гнуть. выходит медленно, но… самое удивительное… мне понравилось! можно рисовать мёртвые петли, зигзаги – и курсор будет метаться, как пьяная ворона. постепенно научился открывать-закрывать файлы, попадать по крестику с третьего раза…
но бывают сбои: сижу, вожу пальцем по опустевшему коврику мыши – курсор, ясное дело, молчит… на несколько секунд ужас: курсор тоже сломался!
рядом сидит Фредок и вдумчиво грызёт провод от совсем старой шариковой мыши. шарик у котов.

В чаще что-то тонко и уныло выло — возможно, шипонский заяц (О. Громыко).

так и было — шипонский заяц залёг в нычку под кроватью и на «кыс-кыс» отвечал угрюмым завыванием.
после того, как я Хаю оттуда вытянул, она пыталась прокусить шприц с лекарством и отгрызть мне все пальцы.
теперь жду — когда у неё уши упадут и полоски (серые на сером) станут ярче. зверь ходит, благоухая корвалолом.

я засыпаю, если перестаю листать страницы, зависшая система требует перезагрузки, шадди, ещё больше шадди, море шадди и переустановку лицензионной совести (со всеми обновлениями).
впору делать линеечку: «моя совесть спит» (и срок подставить), а ещё — «моя совесть, может быть, проснётся через ... дней/лет/тысячелетий» (должен же быть какой-то День Сурка!).
нравится чОрная бекла. так примерно и представляю себе настоящую совесть)))
[показать]

[517x698]

дядяхастер говорит, что «эсператизм — это диагноз». у меня диагноз, ура-ура)) и стая кишащих котов. доктор, жить буду?))

есть в мире сила бессмысленная и беспощадная: силу зовут Главный Повар Нахус. предназначение её — убивать, потому что услышав это имя, можно до смерти усмеяться, во всяком случае, так оно действует на меня. ржунимагу))

счастливые постов не соблюдают.

у меня есть нечеловеческой мощи артефакт — ключи от тУрмы))) применять их можно как по прямому назначению, так и по иным прочим — привязывать на нитку и потом вытягивать из-под носа у кого-нибудь, можно звенеть ими, изображая привиденческие цепи, можно просто любоваться, можно кого-нибудь стукнуть, можно их спрятать и забыть, куда.

мы с Мари и собакой Мальвой вполне можем выпустить книгу «Все углы мира»: нечто среднее между мишленовским справочником и дневником... «углы севера дома отличаются приятным климатом в жаркое время года, а также удивительно красивым рисунком естественного камня и прекрасным обзором потолка. однако зимой там становится темно, холодно и тоскливо...»
про какие углы написать? :)

Бегающие Ключи — водятся везде, где есть двери и замки. в спокойном состоянии висят на гвоздике или лежат в ящике, но когда в них просыпается тяга к перемене мест, у ключей отрастают лапки с коготками — и они (с мелким дробным топотом) куда-нибудь убегают. самое интересное, что люди случайно догадались о природе исчезновения ключей, спрашивая: «кто приделал ключам ноги?» отличить спокойные Бегающие Ключи от обычных невозможно, иначе Бегающих давно бы извели, как Летучие Книги (которые в библиотеках прибивают к полкам заговорёнными гвоздями или увешивают заговорёнными зубами).

некросыр — чудовище. случайно забытый где-нибудь в тёплом безветренном месте кусок сыра доходит до ручки, синеет, зеленеет, озлобляется... и наконец восстаёт из натюрмортного фонда, чтобы начать новую жизнь где-нибудь в тёмном и страшном погребе... некросыр разрастается до размеров крупного телёнка — он опасен и тошнотворен. цель жизни некросыра — принести в жертву себе как можно больше всякого — начиная от кусочков сахара и заканчивая случайно пойманными воронами. если вам хочется кого-нибудь смертельно оскорбить, назовите его «некросыром». не прогадаете (подходят также созвучные именования «некросэр» и «некросир», если оскорбляемое лицо — королевское).

Настроение сейчас - моссск умер... качественно так...

вчера Хая наконец-то показала заячьи клыки — обшипела главного врача клиники, когда ей слушали сердце. Хайза не метаморф, она трансформер! (раз — и выдвинулись зубищи, два — включилась шипелка, три — клацнули когти). а от «трансформера» недалеко до «терминатора» (это новое Хайское прозвище).
зверю прописали тёплый корвалол два раза в день по 5 капель и сказали, что лечить так или иначе придётся всю жизнь — курсами, раз в 4 месяца. из курса в курс перелетая...
ещё Хаюн был назван «стройным», вот ни разу она не стройная, а сытенькая и пухлая (но врачам виднее).
ещё договорился стричь Марса без наркоза, это уже ближе к лету, когда котище обрастёт, словно конь табунный.

приснилась детская библиотека и такой выставочный стенд — там обычно стоят книжные экспозиции — по временам года, по авторам и так далее. во сне на стенде была целая куча детских ярких изданий книги «Кошмар на Улице Вязов». гхыр, и при этом оставалось ощущение абсолютной благообразности! как если бы на стенде висело «у Лукоморья дуб зелёный».

врачи курят на крыльце, видят нас: «заиньку несут!» (ага, саблезубую. в Торке только такие и водятся, а ещё в Артуровом королевстве у МонтиПайтонов).
нам осталось два дня уколов, потом снова анализ крови — и вперёд, на вольную волю. мне подробно напишут, чем и когда лечить, но главное — не делать кошке стрессов.

Чех помогает искать Хаю, когда она прячется (кошь уже усвоила: утром тащат колоться). говорю: «Чеха, ищи Хаю!» и эта «пятая колонна» ищет. без Чешки я бы гораздо дольше возился, обходя все имеющиеся нычки. сейчас Чеховка сидит рядом с Хаюном и так посматривает на неё... как старший брат. бдит.

а утром Чеховка наблюдал за свинством, которое чистилось «большим умывательным загибом» (как у Петра I, их два: большой умывательный — с расчёсыванием щёк, с мытьём пуза, с кошачьей полировкой морды; и малый — так, слегка причесаться, не особенно сгибаясь. загиб — потому что толстое свинство при умывании в той или иной степени гнётся).

[показать]
есть хочу!

услышал про сломанный троллейбус: «рога откинул».
нравится.

Хая умеет переходить из состояния дикой закатной кошки в состояние «зайчика»: «зайчик» начинается за дверью дома и заканчивается перед дверью, так что в больничке зверёк ведёт себя идеально: сносит кучу уколов (один щипучий!), позволяет себя прослушивать и простукивать. и вообще сидит с видом оскорблённой невинности, которую замотали в пелёнку, сунули под куртку и притащили в ужасное, да-да-да, ужасное место. Чех, когда мы с Хаей уходим, смотрит огромными глазами и на морде написано: «может, не надо? отдайте мою Хайфу немедленно!» встречает, буквально бросаясь Хайфелю на шею. такая любовь…

а Марсу вдруг часа в три-четыре ночи хочется внимания – тычется носом, урчит. это потому что Чешир дрыхнет и не прогонит. диван – это Чехова законная собственность.

утренние сумерки. на кухне сижу слегка зелёный с недосыпа я и очень аккуратно, на обрывке листка, выкладываю «дорожкой» мелкие кристаллы белого порошка… потом столовым ножом, не дыша, делю «дорожку» на четыре равные части…
это не то, что хочется подумать в первую очередь. это я делю Хайфе капсулу «Милдроната» (Хайзина суточная доза – две кучки разведённого в воде белого порошка, одна утром, другая вечером).

это великий и ужасный (не Гудвин и не Вольдеморт) ископаемый документ, называемый ещё Книгой «Многацыфар» или «Многацыфр». основы:

1 (адин) – всего адин стакан, говорит рокыалва, поднимая пятнадцатый.
2 (два) – уха и крыла. два есть на ниточке, есть на верёвочке.
3 (три) – раза предупреждают, а пото-о-о-ом...
4 (четыри) – кошки, на которых стоит мир!
5 (пять) – одна рука. а у кого-то пять пар пяток есть, как у рокыалвы, чтобы носить их по пятницам.
6 (шэсть) – много!
7 (семь) – это кочерга, чтобы... чтобы была цЫфра, на неё похожая. а ещё 7 раз отмеривают, а потом режут кочергой, это разбойничья поговорка.
8 (восимь) – это Снеговик, который Мачта Нордмессер.
9 (девить) – ещё больше, чем 6.
0 – это вопщето букофка, но и цифорка тоже. она то буква, то цифра, и трудно отличать, когда кто, нужно все многабукаф и многацифыр знать наизусть, вразнобой и по порядку тоже. тайна! букафка бывает большой и маленькой: О и о, а цыфирка только большой, худой и грустной - конечно, если маленьким не был, плохо жить: 0.

[564x454]

Настроение сейчас - прорвёмся...

жил на свете соберано,
собирался утром рано
сборник сборищу поэтов
подарить своих куплетов ^^

соберано утром рано
тинту рифмовал с стаканом.
получившийся сонет
заменял ему обед.

соберано утром рано,
словно ёжик из тумана,
Пегую искал Кобылу -
вдруг ей страшно и уныло?

соберано утром рано
шумно воду пил из крана.
не кончалася вода.
вот касеры бы сюда!

соберано утром рано
на гитаре фортепьяно
выучить играть пытался...
и расстроенным остался.

соберано утром рано
распекал свою охрану:
"проглядели, паразиты!
утро целое убито!"

соберано утром рано
выдумал аэропланы:
"это та же, брат, ворона,
только крылья из картона!"

соберано утром рано
полз домой из ресторана:
против ветра, против света,
против правил этикета.

соберано утром рано
вынул ножик из кармана.
но забыл, зачем достал,
и обратно затолкал.

сегодня в нашу с Марсом инвалидную команду официально вошла Хайфа – с явной аритмией и сердечной недостаточностью. ей прописали те же лекарства, что пила мама (среди них Милдронат в капсулах – я буду работать аптекарем-дозатором) и ещё штук шесть уколов вкололи – поддержка, настройка ритма сердца, витамины, что-то ещё… кровь взяли из кончика уха – завтра по результатам анализа назначат более точное лечение.
на банкете в честь вступления в ряды пился валокордин (по 3 капли на душу) и бросались вверх разноцветные воздушные шарики таблетки. добро пожаловать в семью. так жутко, что нервно смешно.
но штурвал есть. так что, собака Вальдес, вперёд...

заметает горную дорогу.
здесь, за поворотом — облака
парусиной рваною упали,
ждут ветров с тоскою моряка...
здесь маяк — луна, что водит кругом:
горы, говор эха... сон больной.
я носил письмо твоё с собою —
стёрлись буквы, словно путь домой.
сонными и снежными часами
повторял, что ты на свете есть:
далеко, как в песне, за горами,
но не здесь — темнела сталь — не здесь.
напиши мне... наяву, во сне ли —
назови по имени опять.
и, покуда спят война и вьюга,
я смогу твой голос различать...

***
если вы в тетрадке кляксу посадили — не грустите,
дорисуйте крылья, лапы и красивый чёрный хвост,
подпишите: «то не клякса, а великий рокыалва,
он клюёт мои ошибки даже в самый строгий пост».
дальше можете в тетрадке чем угодно заниматься:
хоть историей древнейшей... хоть вином и табаком.
слова поперёк не скажут — так внушительная клякса
сильно на умы влияет, тем, кто с Алвою знаком.
если вы — случайным взмахом, посылая весть с камчатки
тем, кому на первых партах жарко, как в Кагете днём,
опрокинете чернила и тетрадь совсем зальёте,
грех расстраиваться — морю применение найдём.
там по дну шагает клякса, распушив вороньи перья,
рокыалва не исчезнет, только сменится пейзаж...
а над бездною чернильной, двоеточием моргая, ждёт
магистр грешный Лойсо и кусает карандаш.
смело мокрую тетрадку в фиолетовых разводах
вы сдавайте на проверку — пусть в душе разброд и спор:
«две недели без прогулок! в школу всех родных и близких!
получу за это двойку...» Ворон каркнет: «Невемор!»