Это цитата сообщения Юрий_Дуданов Оригинальное сообщение

ЭТИ ПИРОГИ ИСЧЕЗАЮТ СО СТОЛА ЕЩЁ ТЁПЛЫМИ

Это цитата сообщения Юрий_Дуданов Оригинальное сообщение

🍲✨ 8 самых аппетитных и любимых домашних блюд, которые покоряют с первой ложки 😍

Это цитата сообщения Юрий_Дуданов Оригинальное сообщение

6 самых вкусных блюд в казане

Это цитата сообщения Юрий_Дуданов Оригинальное сообщение

Сохраняйте 4 варианта нежной и сочной печени ❤

Это цитата сообщения Юрий_Дуданов Оригинальное сообщение

Щи по-русски 🍲

Это цитата сообщения Юрий_Дуданов Оригинальное сообщение

Мясные тарелки для праздничного стола Пять эффектных идей для уютного застолья и большой компании ✨

[523x700]

Листва экспромтом падает, кружась,
В полёте сальто успевая сделать.
Я шла по жизни, сплетен не боясь,
И баловала щедро душу с телом:
Красивыми вещами и людьми,
Прекрасными рассветами на пляжах.
И поняла в итоге, чёрт возьми,
Что всё вокруг - пустая пыль и лажа.
Я рисковала без оглядки всем:
Любовью, репутацией и счастьем.
Но дал корабль очень сильный крен -
Казалось, что развалится на части...
Сбежали крысы ("верные" друзья),
И музыка звучала приглушённо.
И у меня осталась только я -
С душой влюблённой и умалишённой.
Как благодарна я сейчас тому,
Кто научил любить лишь с полувздоха.
Скажите (если встретите) ему,
Что у меня всё, в общем-то, неплохо:
Опять скользит корабль по волнам,
И счастье рядом спит с улыбкой нежной...
Теперь бы он ту дуру не узнал -
Ни на свету, ни в темноте кромешной.

(с) Юлия Ю
[700x464]

Я никогда не стояла в очереди за здоровьем.
Я либо по записи, либо вне очереди.

Я никогда не стояла в очереди за счастьем.
Оно всегда со мной. В мелочах.

Я никогда не стояла в очереди за любовью.
Она во мне. Я ей живу.

Я никогда не стояла в очереди за горем.
Оно бесспроса вваливалось в мою жизнь.

Я не люблю очереди.

Я просто Живу. И улыбаюсь.
Новому дню.

© Марина Grazia
[558x700]

Мы должны уметь говорить, даже с теми людьми, с которыми не о чем говорить.
Мы должны уметь их слушать. Уметь их выслушать.
дать им высказаться. Всё, что они думают о нас.


© Марина Грация Почитальная
[458x700]

Чего-нибудь...скорее...до краёв!
И хоровод из лиц, огней, бокалов...
А у тебя на лбу: "Я - не твоё!" -
Вот прям строкой бегущей, но мне мало.
Я не ферштейн. Ни слова. Хоть пиши
На разных языках и диалектах.
Сама себе: "Дыши, давай, дыши!" -
Как ты учил в то траурное лето.
Я как-нибудь уж выберусь сама,
Другого мне пропишут, как микстуру...
Ты молодец, раз смог свести с ума
И без того отъявленную дуру...

(с) Юлия Ю
[525x700]

Город полон солнцем до краёв, счастье преломляется, бликуя.
В этом солнце что-то есть моё. От открытых плеч до поцелуя
тёплых бликов
смеха
где вдвоём
вдоль поросших зеленью заборов
город полон солнцем до краёв
наших непрерывных разговоров.
Город полон солнцем, каждый плеск
счастье преломляется, мелькая,
от открытых и горячих плеч,
если прикасаешься руками,
до открытых и согретых слов,
словно вдруг открыл на той странице
и прочёл внезапное тепло,
что смогло наружу попроситься.
Город полон солнцем до краёв
нежности, разлитой в шаге каждом.
В этом солнце что-то есть моё.
И твоё.
И солнечно, что — наше.



(с) Лина Сальникова
[700x400]

Дураки мы с тобой, дураки,
тишиной истязаем друг друга.
Наши чувства – любви угольки,
непогасшие в снежную вьюгу.
Гордость колет острее ножа,
сыплет соль на открытую рану.
Мы на разных стоим рубежах,
как чужие, враждебные страны.

Мы боимся признать, что слабы,
что в сраженьи за «истину» пали.
Мы заложники собственной лжи,
что в молчании долгом ковали.
Всё считаем: кто прав, кто должник.
Но в итогах – одни пепелища.
Тот, кто к этой победе привык,
тот навеки становится нищим.

Так давай же над пеплом костра
сложим крылья израненной птицы.
Нам признать наступила пора:
«мы» дороже, чем эти границы.
Брось же гордость в седую метель,
ей не вылечить душу от вьюги.
Нам в одну бы уткнуться постель
и прижаться поближе друг к другу.

Отогреем дыханьем ладонь,
сбросим груз затянувшейся стужи.
И в сердцах загорится огонь –
тот, что каждому жизненно нужен.
Смоет время следы на песке,
все обиды уйдут за пороги.
Лишь в твоей засыпает руке
мой характер колючий и строгий.

Мир велик, но сегодня он здесь:
в тихом вздохе и в робком касанье,
в том, что мы друг у друга есть,
вопреки всем земным расставаньям.
Пусть стихает метель за окном,
нам важнее тепло, а не споры.
Всё, что было – оставим в былом,
возводя не мосты, а опоры.

© Потерявший Солнце
[520x693]

Это цитата сообщения robot_marvin Оригинальное сообщение

11.09.1973

Американцев жалко, америку - нет. Так говорили тогда многие и не только в России.
А в Сербии, в Белграде, если память не изменяет, на стене посольства США появилась надпись: "Что, больно? Да?
Это я так от себя. А ниже довольно интересные воспоминания.

"Америка не будет прежней": приехал с "Тату" и попал на крушение башен-близнецов

11 сентября исполняется 25 лет нападению террористов на США. Захватчики гражданских самолётов направили их на башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке. Во время этих событий погибли 2997 человек. Свидетелем событий оказался и репортёр Metro.

Пожар в башнях-близнецах после атаки террористов

Истошно ревущие сирены, запах гари в воздухе и до сих пор стоящие в ушах крики полицейских "Идём в северную сторону!" — так они указывали ошалевшим людям направление автобусов на Нью-Джерси. В этот день многие, опасаясь новых терактов, хотели поскорее покинуть Нью-Йорк.

Свидетелем происходившего в тот страшный для Америки день я оказался случайно. В начале сентября прилетел в Нью-Йорк как переводчик в составе делегации, сопровождавшей группу "Тату". Лена Катина и Юля Волкова, которые уже обрели славу не только в России, но и в Европе, должны были получить награду MTV Awards. Церемония проходила 6 сентября в зале Metropolitan Opera.

Вместе с бесчисленными журналистами я стоял в загоне для прессы и видел, как мимо меня проходят знаменитости, в том числе мой любимый Кристофер Уолкен. Через несколько дней все улетели домой, а я планировал остаться в Нью-Йорке на несколько дней. Один из поклонников группы, русский парень, дал мне возможность ночевать в спортивном зале на Брайтоне — тренер уехал на соревнования в Майами.

Рано утром он разбудил меня. Выпив крепкий американский кофе с принесённой им конфетой "Мишка на Севере", я сел в метро на станции Брайтон-Бич, чтобы поехать на Манхэттен и поработать в интернет-кафе. Оно называлось Easy Everything — прошло 25 лет, но название запомнилось. На станции метро недалеко от Уолл-Стрит поезд внезапно остановился. Поезд линии Q идёт по Манхэттенскому мосту, и в окно были видны величественные башни-близнецы. Одна из башен была объята пламенем и клубами чёрного дыма.

Я не смотрел на часы, но было больше 8 часов утра (самолёт врезался в 08:46. — Прим. ред.). Все были напуганы, и какая-то женщина, которая слушала радио, сообщила, что произошло. Слов про теракт я не слышал, но понял, что произошло нечто страшное. Нас выпустили на улицу, телефона у меня не было, но была карточка для международных звонков, и, сбежав вниз по лестнице, я набрал телефон "Нашего Радио", где тогда работал. На том конце провода уже знали: прервав музыкальную трансляцию, меня вывели в эфир. Я стал диктовать репортаж, рассказывая о происходящем прямо передо мной. Мне хорошо были видны обе горевшие башни. Мой репортаж прерывали крики, плач — это была реакция людей на происходящее, люди были напуганы, и паника, казалось, была повсюду. В этот день я делал ещё несколько включений — просто передвигался по городу и передавал всё, что слышал и наблюдал: короткие интервью с прохожими и полицейскими, личные наблюдения. Это было немного, однако я был там на месте, и для редакции это было ценно.

В одно из включений меня за руку схватила девушка — её всю колотило, она плакала. Я сейчас даже не помню, как её звали, но на ней были круглые очки, у неё были длинные волосы, и она была из Львова. Потом она сказала, что подбежала ко мне, услышав русскую речь.Вместе мы зашли в какое-то кафе и заказали поесть. В кафе — мёртвая тишина: слышался только железный звон вилок, который казался таким тяжёлым в этой зловещей тишине.

Люди ели, но почти не разговаривали друг с другом. Многие смотрели телевизор — показывали кадры с горящими башнями, выбегающими людьми и надписью: "Америка атакована". Впоследствии мир узнает, что люди, у которых не было возможности спастись, просто бросались с высоты вниз — разбиться насмерть, чтобы не сгореть заживо. Спустя полчаса я посадил свою спутницу на один из автобусов, увозивший людей подальше от Нью-Йорка в Нью-Джерси.

Я не помню, где провёл следующую ночь, — возможно, кто-то приютил меня, всё было как в тумане. Узнав мой номер, мне позвонил директор "Тату" Леонид Дзюник, чтобы узнать, всё ли со мной в порядке. Сейчас Лёня вспоминает, что был в полном шоке: за три дня до трагедии он, Юля и Лена сделали памятное фото на фоне башен-близнецов 8 сентября. "Реакция была очень жуткая, и я, и девчонки очень сильно переживали", — говорит он сегодня.

Читать далее...