Как очистить унитаз от ржавчины, от ужасного известкового налёта, мочевого камня и желательно без хлора? Задача, которую приходится решать постоянно многим хозяйкам. И она вполне разрешима. Даже, если вы не хотите использовать магазинные средства из-за их дороговизны сильного запах или по иным причинам, привести унитаз в порядок можно и без них. Причём делается это достаточно быстро. Не верите? А зря! Один из таких методов я вам сегодня расскажу.

Вспомнила старый рецепт и теперь не хочу готовить по-другому. Это настолько просто, что можно все делать с закрытыми глазами и даже весы не нужны. Сегодня печем стаканчиковый пирог, которому нет равных по невероятной пышности, изумительному вкусу и нереальной простоте приготовления.

Готовить этот прекрасный пирог можно, как уже сказала без весов. Для этого нужен стаканчик от йогурта. Собственно, сам йогурт используется в рецепте. Поэтому все отмеры будут именно в этих стаканчиках. Но, если вы решите взять йогурт другого объема или просто не хотите делать так, то в ингредиентах будет указан еще и вес в обычных всем привычных граммах.

Фаршированные перцы по-турецки. Готовятся эти перцы немного непривычно, хотя продукты нужны самые обычные. Целый час они тихонько томятся в соусе и хорошо пропитываются. Начинка получается сочной, пряной, с насыщенным вкусом. И не спешите выбрасывать семена из перцев – в этом рецепте всё идёт в дело.

Нежная рыбка, румяный кабачок и шпажки – получается сочно и очень аппетитно! Рыбка получается румяной, сочной и аккуратной на вид. И кабачок здесь очень кстати. А про шпажки и говорить нечего – такая подача всегда вызывает хорошие эмоции и добавляет чуть-чуть праздника в любое угощение. При этом хлопот с блюдом совсем немного.

Тилапия на шпажках с кабачком. Вкусное, сочное, интересное блюдо, которое можно подать в будни своей семье и в праздники гостям. Готовится просто, быстро, из минимума ингредиентов.

Сковорода с поцарапанным покрытием, деформированным дном или отломанной ручкой для готовки уже не годится. Но крепкий металлический корпус выбрасывать необязательно. На даче и дома ему легко найти совершенно другую работу. Старую посуду очищают от жира и нагара, при необходимости снимают ручку, красят — и получается основа для кашпо, кормушки или удобного органайзера. Собрали пять практичных идей, для которых не нужны сложные инструменты.

Блюда из лаваша пользуются огромной популярностью, ведь это просто, быстро и вкусно. И мой рецепт не исключение - предлагаю идею для вкусного ужина или сытного завтрака.

Яблоки могут быть кривенькими, мелкими, с пятнышком – но внутри они всё такие же вкусные и душистые. Поэтому красивые пусть лежат на столе, а неказистые отправим в нежный десерт. Там их внешний вид уже никого волновать не будет... Потом ещё и специально начнёте откладывать их для этого десерта.

Порой, в суете дней, мы усложняем себе жизнь, сами того не замечая. Оказывается, жизнь проще, чем нам кажется, если взглянуть на некоторые вещи по-другому. Предлагаем вам облегчить свою жизнь, воспользовавшись полезными и очень простыми советами на все случаи жизни.

Отнятая у меня, ночами

Отнятая у меня, ночами
Плакавшая обо мне, в нестрогом
Черном платье, с детскими плечами,
Лучший дар, не возвращенный богом,

Заклинаю прошлым, настоящим,
Крепче спи, не всхлипывай спросонок,
Не следи за мной зрачком косящим,
Ангел, олененок, соколенок.

Из камней Шумера, из пустыни
Аравийской, из какого круга
Памяти — в сиянии гордыни
Горло мне захлестываешь туго?

Я не знаю, где твоя держава,
И не знаю, как сложить заклятье,
Чтобы снова потерять мне право
На твое дыханье, руки, платье.

1968 г.''

Арсений Тарковский

Женщина особенное море

Женщина всегда чуть-чуть как море,
Море в чем-то женщина чуть-чуть
Ходят волны где-нибудь в каморке
спрятанные в худенькую грудь.

Это волны чувств или предчувствий.
Будто то надо бездной роковой,
завитки причёсочки причудной
чайками кричат над головой.

Женщина от пошлых пятен жирных
штормом очищается сама,
и под кожей в беззащитных жилках
закипают с грохотом шторма.

Там, на дне у памяти, сокрыты
столькие обломки – хоть кричи,
а надежды – радужные рыбы —
снова попадают на крючки.

Женщина, как море, так взывает,
но мужчины, словно корабли,
только сверху душу задевают —
глубиной они пренебрегли.

Женщина, как море, небо молит,
если штиль, послать хоть что-нибудь.
Женщина – особенное море,
то, что в море может утонуть.

Евгений Евтушенко

Проклятье века — это спешка...

Проклятье века — это спешка,
и человек, стирая пот,
по жизни мечется, как пешка,
попав затравленно в цейтнот.

Поспешно пьют, поспешно любят,
и опускается душа.
Поспешно бьют, поспешно губят,
а после каются, спеша.

Но ты хотя б однажды в мире,
когда он спит или кипит,
остановись, как лошадь в мыле,
почуяв пропасть у копыт.

Остановись на полдороге,
доверься небу, как судье,
подумай — если не о боге —
хотя бы просто о себе.

Под шелест листьев обветшалых,
под паровозный хриплый крик
пойми: забегавшийся — жалок,
остановившийся — велик.

Пыль суеты сует сметая,
ты вспомни вечность наконец,
и нерешительность святая
вольется в ноги, как свинец.

Есть в нерешительности сила,
когда по ложному пути
вперед на ложные светила
ты не решаешься идти.

Топча, как листья, чьи-то лица,
остановись! Ты слеп, как Вий.
И самый шанс остановиться
безумством спешки не убий.

Когда шагаешь к цели бойко,
как по ступеням, по телам,
остановись, забывший бога,—
ты по себе шагаешь сам!

Когда тебя толкает злоба
к забвенью собственной души,
к бесчестью выстрела и слова,
не поспеши, не соверши!

Остановись, идя вслепую,
о население Земли!
Замри, летя из кольта, пуля,
и бомба в воздухе, замри!

О человек, чье имя свято,
подняв глаза с молитвой ввысь,
среди распада и разврата
остановись, остановись!

1967

Евгений Евтушенко

Николай Иванович Пирогов был легендой своего времени. Его буквально считали гением хирургии. Однако при этом его супруге не завидовали. Даже наоборот. Современники жалели бедняжку. Что же происходило за закрытыми дверьми семейства Пироговых? Чем прославился Николай Иванович? А какой поступок привел к опале? И почему величайший хирург своего времени не смог прооперировать собственную супругу?

[560x360]

Пациентка № 360446 нью-йоркской клиники для бедных не помнила своего имени. Она говорила на непонятном языке и молча смотрела в окно. Медсёстры не догадывались, что перед ними Ольга Спесивцева — величайшая танцовщица двадцатого века, которой рукоплескали Париж и Лондон. Готовясь к роли безумной Жизели, она впустила безумие в собственный разум.