В войне между мной и библиотечной системой МГУ победила библиотечная система МГУ. ФилФак настолько сильно ненавидит ЖурФак, что в библиотечном уставе написано, что в библиотеке научной и художественной литературы 1 гумантиарного корпуса обслуживаются все гуманитарные факультеты, кроме факультета журналистики.
Мне на помощь пришла Журавлёва, которая взяла необходимых мне Винокура и Телию на свой формуляр. А книга Говердовского настолько редкая, что даётся только в читальном зале. Ни у кого нет? Она вышла в 1985 году.
*******************

Мне становится страшно от того, с какой скоростью в моей комнате прибавляются книги и газеты...
Ещё мне страшно от того, как быстро заполняется память моего компьютера. У него уже не хватает даже оперативной памяти. И он мне каждый час говорит, что больше НЕТ МЕСТА НИГДЕ.
У меня в голове тоже нет больше памяти. Ни архивной, ни оперативной. Я забываю слова. Могу случайно перезагрузиться. Или зависнуть. И вирусы разные разъедают мозг. Одни из вирусов является Бахтин, который исследовал "Гаргантюа и Пантагрюэль". И растянул своё исследование на миллион страниц... А мне нужно это всё законспектировать. Причём не на компьютере, а В РУКОПИСНОМ ВАРИАНТЕ!
************************

В контексте того, что я у мамы "первый блин комом" и ко мне применялись антигуманные методы воспитания, которые потом ни относительно Маши, ни относительно Сони не применялись, мама мне рассказала историю, которую, как она говорит, я рассказывала, когда была маленькая.
Когда я училась в музыкальной школе при Гнесинке, у меня была учительница по скрипке Татьяна Николаевна. Ух, как она меня гоняла. А потом ещё мама дома...ещё сильнее. В то время мама даже сидела на моих занятиях и записывала, ЧТО мне нужно делать и как. Мне было лет 5-6.
Я Татьяну Николаевну не любила, потому что она не была слишком приятной особой. И поэтому я рассказывала всем (сама я, конечно, этого не помню), что Татьяна Николаевна после занятий со мной в музыкалке идёт в переход зарабатывать деньги игрой на скрипке.
Видимо, я была остряком. Историю про женщину, которую я называла Особой, и про герберы, которые я всю жизнь называла Чёрными Пингвинами, я уже рассказывала.
Вот это туда же можно записать.