[320x266]
Лидер Muse Мэттью Беллами (Matthew Bellamy) считает, что в эклектичности нового альбома "Black Holes And Revelations" ("Черные дыры и откровения") виноваты дух Джими Хендрикса, фламенко, Нью-Йорк и англичане The Tornados, придумавшие в 60-х "космический рок"!

Первым синглом с нового альбома "Black Holes And Revelations" стала песня "Supermassive Black Hole" ("Огромная черная дыра"). Страшное название! Ты решил всех запугать?
- Нет. Скорее озадачить. Мы хотели, чтобы первый сингл показал, что Muse полны новых идей. Группа пробует себя в неожиданных стилях, изобретает необычную музыку. Была нужна песня, которая характеризовала бы весь альбом, и для меня такая вещь - "Supermassive Black Hole".

Мне показалось, что в некоторых песнях есть влияние музыки шестидесятых годов. Мелодии, напоминающие саундтреки к старым фильмам, подпевки в духе тех лет. Кстати кто тебе подпевал?
- Я подпевал себе сам. Маленькая студийная хитрость... Говоря о старой музыке, должен сказать, что мне очень нравится группа The Tornados. Она исполняла довольно странные пространственные инструментальные композиции. То, что сейчас называют "космическим роком". Потрясающая банда, иногда я думаю, что они даже круче нас. (Смеется.) Когда мы писали альбом, я использовал звуки в стиле The Tornados, наверное, поэтому и возникло такое ощущение.

Как будто слушаешь саундтрэк к какому-то фильму...
- Я живу в Италии и в последнее время увлекся итальянской и испанской музыкой.

Фламенко?
- Да, в том числе и фламенко. Когда я на гитаре играю фламенко, получается похоже на музыку к старым ковбойским фильмам.

Что еще повлияло на тебя?
- Много всего. Хендрикс, Принс, Queen, Rage Against The Machine, танцевальная музыка, классика.

Перед тем как приступить к записи, ты говорил в интервью, что диск будет более оптимистичным, чем предыдущие. Прогноз оправдался?
- Для меня оптимизм на альбоме есть, но люди, которые уверены, что оптимизм - это незатейливые веселые песенки, боюсь, будут разочарованы.

В конце концов, тот факт, что теперь под некоторые композиции Muse можно потанцевать, - уже доказательство, что музыка группы стала более радостной, не так ли?
- Возможно. (Смеется.)

Что заставляет тебя экспериментировать?
- Я по натуре исследователь, меня интересует, что скрывается в темных уголках моей души, что происходит в мире. Почему случаются войны, финансовые кризисы, из-за чего меняется климат, как развиваются религии, - словом, все тайные процессы во времени и пространстве. Когда я нахожусь в состоянии поиска ответов на эти вопросы, я и пишу песни.

С чего ты начинаешь: с музыки или какой-то ключевой фразы?
- С музыки. Большую часть времени я трачу на то, чтобы найти какую-то оригинальную мелодию или странную последовательность аккордов. Потом звуки будят во мне желание передать эмоции при помощи слов. Меня ведет настроение.

Почему вы доделывали альбом в Нью-Йорке и как это отразилось на записи?
- Все предыдущие диски мы писали, испытывая сильное давление. Надо было успеть закончить работу к предстоящему туру и всегда помнить: то, что мы сочиним, скоро придется играть вживую. В этот раз мы наслаждались свободой. Скрылись от любопытных глаз в тихом маленьком городке на юге Франции и начали работать. Но достаточно быстро зашли в тупик: уровень аппаратуры в местной студии оказался для нас недостаточно высоким. Пришлось перебираться в Нью- Йорк. Там, в студиях "Electric Lady" и "Avatar", наша музыка радикально преобразилась, впитав танцевальные вибрации этого города.

Тебе понравилось в Нью-Йорке?
- Да. Мы чувствовали, что где-то поблизости витает дух Джими Хендрикса. А однажды к нам заглянул Дэвид Боуи. Было приятно: он одобрил то, что услышал. Если во Франции мы плутали в дебрях прогрессив-рока и композиции превращались в двадцатиминутные звуковые полотна, то в Нью-Йорке материал получился более сжатым. Песни "Starlight", "Supermassive Black Hole", "Hoodoo" вдруг обрели танцевальные ритмы. Наверное, на меня повлияли ночные клубы Нью-Йорка, в которых я побывал.

В студии ты обычно играешь на нескольких инструментах. А как ты собираешься исполнять программу "Black Holes And Revelations" на концертах?
- Мы недавно осознали, что сыграть втроем на концерте программу "Black Holes And Revelations" просто нереально. Поэтому решено, что следующий тур впервые проведем вчетвером: позовем кого-то, кто будет играть на клавишных и управляться с электроникой. Это даст нам возможность чувствовать себя на сцене раскрепощено и полностью сосредоточиться на драйве. Клавишные и электроника задействованы отнюдь не в каждой песне, так что не думайте, что Muse разрастаются до масштабов Pink Floyd! (Смеется.)

Иногда на концертах в угаре вы разбивали инструменты: вам было не жалко дорогих гитар или вы незаметно меняли их на более дешевые?
- Гитары мы не меняли, но на самом деле такие «разрушительные» концерты случались редко. И то, что о них все знают, - скорее, заслуга журналистов. Почему-то Muse, крушащие аппаратуру, жутко раздражают прессу. Помню, после одного такого случая газеты с гневом и возмущением писали: мол, Беллами о себе вообразил, что он второй Джими Хендрикс? Но если это было можно тому же Хендриксу или Кобейну, то почему, собственно, нельзя мне?

[258x328]