...Насчет ножа не беспокойся, нож вернут в лавку. А теперь мне нужно второе: покажи хартию, которую ты носишь с собой и где записаны слова Иешуа.
Левий с ненавистью поглядел на Пилата и улыбнулся столь недоброй улыбкой, что лицо его обезобразилось совершенно.
- Все хотите отнять? И последнее, что имею? - спросил он.
- Я не сказал тебе - отдай, - ответил Пилат, - я сказал - покажи.
Левий порылся за пазухой и вынул свиток пергамента. Пилат взял его, развернул, расстелил между огнями и, щурясь, стал изучать малораборчивые чернильные знаки. Трудно было понять эти корявые строчки, и Пилат морщился и склонялся к самому пергаменту, водил пальцем по строчкам. Ему удалось все-таки разобрать, что записанное представляет собой несвязную цепь каких-то изречений, каких-то дат, хозяйственных заметок и поэтических отрывков. Кое-что Пилат прочел: "Смерти нет... Вчера мы ели сладкие весенние баккуроты..."
Гримасничая от напряжения, Пилат щурился, читал: "Мы увидим чистую реку воды жизни... Человечество будет смотреть на солнце сквозь прозрачный кристалл..."
Тут Пилат вздрогнул. В последних строчках пергамента он разобрал слова: "...большего порока... трусость"

Михаил Булгаков "Мастер и Маргарита"
________________________________________________________________________________

Это конечно, литература...
Но я тоже так думаю...
"...большего порока... трусость"

А если к нему добавить эгоизм и безответственность, приправить безотчетным умением из всего извлекать пользу, даже из друзей и их детей, и бросить щепотку желания "перевести стрелки" на тех, кто пострадал - то будет восхитительный коктейль. Я его нынче пью, и все к вкусу привыкнуть не могу...
Очень горько.
Но ничего, привыкну.
Тоже лекарство.
От иллюзий.
P.S. Может быть если бы в разговоре прозвучала фраза: "Прости, что так получилось" , а объяснение причин произошло бы не в "краткой письменной форме", изрядная часть горечи бы ушла... Но этого не случилось... а зачем? Зачем себя утруждать?
Право, я была терпелива и ждала несколько дней...
Есть люди, с которыми категорически нельзя в разведку.
Как правило, отмеченные тем пороком, от упоминая которого вздрогнул Пилат.
Впрочем, я далеко не Иешуа. И это, конечно же, многое упрощает. И облегчает.
Да, да...