Санкуха была самая красивая девочка в нашем дворе. У нее
были длинные волнистые волосы и большие серые глаза. Но
это еще не все: она носила самые красивые платья и самые модные
туфельки, и все у нее было самое-самое. Одна дочь у родителей,
папа работал на шахте и ни в чем ей не отказывал. Все дети
вокруг ей ужасно завидовали, и все девчонки из нашего двора
хотели быть на нее похожими. Вобще-то ее звали Галя, как и
меня. Но тогда мы друг другу давали клички по фамилиям, вот
и получилась из Санковой - Санкуха...

Каждое лето я проводила на речке у бабушки и возвращалась
из деревни такой загорелой и худой, что во всех дворовых
детских спектаклях, которые мы периодически устаивали для
своих родителей, мне доставалась самая жуткая роль: или
Кащея Бессмертного, или Волка в «Красной шапочке». Мне моя
вторая бабушка даже шелковый чепчик пошила - для эпизода,
где Волк лежит в постели вместо бабушки, ну а на роль
Кащея Бессмертного мне было подарено старое «конёвое» одеяло.
Так что эти роль закрепилась за мной навсегда, вплоть до окончания
моей дворовой театральной карьеры.

Санкуха, конечно, получала роли принцесс и царевен, поэтому на
«Кащея» и ему подобных она смотрела свысока. Она сторонилась
также моих закадычных подруг - Райку и Зинку, мама которых была
русская, а папа цыган. Вообще-то цыгани были большой гордостью
нашего двора. Всеобщая любимица цыганка «баба Рая « –женшина
неопределенного возраста, с многочисленными отметинами оспин
на ее лице и крупными рубиновыми серьгами в ушах, сидевшая по
вечерам с ведром жареных семечек около ее летней кухоньки,
была к нам необыкновенно добра и продавала нам семечки в
пол-цены: по 5 копеек за большой стакан. А у других дворов
такой привилегии не было.

Но Санкуху это не волновало: у нее всегда были свои семечки,
и она даже не позавидовала, когда двух цыганок из параллельного
класса,Олю и Зою, женихи украли прямо из школы ! И больше они
никогда в школу не возвращались. Вот это была бомба – вся школа
роем гудела. И мне тогда так захотелось быть украденой и больше
не ходить на уроки, особенно физики. А Санкуха не завидовала –
потому что у нее первой в школе появился самый настоящий взрослый
жених. Его звали Толик, он был высокий и большой, у него были
маленькие красивые усики и черный кожанный плащ.

Правда, перед этим произошло еще одно знаменательное событие
в жизни нашего двора: Санкуха сьездила в Болгарию. Господи,
и где же была эта Болгария для нас тогда. Все равно, как Луне.
Никто из нас даже и мечтать не мог о заграничной поездке, кроме
как в соседний город за сандалями сьездить. А тут вдруг целая
Болгария. И так далеко, сама, без родителей. Она привезла оттуда
такой замечательный китайский термос, расписанный павлинами, что
весь двор ходил на него ходил смотреть, а мне даже удалось его
тайком погладить...

Пока я перед зеркалом тренировалась с «конёвым» одеялом,
оттачивая образ Кащея, Санкуха бегала на свидания с Толиком
и ходила с ним под ручку в кино. В своем искусстве я явно
преуспела - я научилась в этом одеяле запрыгивать на тубаретку.

Этому трюку способствовал первый телевизор, появившийся у нас в
доме. Родители на допускали нас на взрослые фильмы, но между
спальней и залом была дверь с двумя окошками вверху, и если
стать на табуретку, то можно было подглядывать, что же там
такое в телевизоре происходит. А если накинуть на себя одеяло,
и одеть на голову папину кроликовую шапку, то в случае
обнаружения можно было сказать, что готовлюсь к
спектаклю и вхожу в роль... Однажды я так грохнулась с
табуретки, что шапка с одеялом меня просто спасли от ушибов.
А родители меня даже пожалели : «Надо же, ребенок так
перезанимался »... Помнится, тогда по телевизору шел фильм
«Лисы Аляски», и я никак не могла понять, почему герои лежат
на снегу и говорят, что им жарко. Я усиленно пыталась
выглядеть через эти маленькие окошки, где же там стоит печка,
от которой им так жарко, сделала неверное движение, оступилась
и упала.

Между тем Толика забрали в армию, и он начал писать Санкухе
любовные письма. А мне ничего, кроме записок от Райки и Зинки,
которые они бросали в открытую форточку в отсутствии родителей,
не приходило. А я им в ответ в авоське на поясочке от маминого
халата посылала «большие деньги» - из пачки облигаций, наденных
мною случайно в коробке под диваном, а за что потом жестоко
поплатилась.

Однажды Толик из армии, а он служил в Германии, прислал Санкухе подарок -
свадебное платье и туфли с бантиками. Ясное дело, весь двор стоял
на ушах. Передачу привез парнишка, который только что отслужил
армию и возвращался домой. Подарок он передал, но почему-то
задержался у Санкухи еще на пару дней... Когда я после школы
пошла посмотреть платье, он вышел на мой звонок почему-то в
плавках и спросил : «А тебе чего надо, малявка ?», отчего
я ужасно покраснела и мигом ретировалась.

Через какое-то время Санкуха пригласила нас наконец-то посмотреть
платье и Толиковы подарки, но выглядела она как-то
бледно. Ее все время тошнило, и она жаловалсь всем, что чем-то
отравилась. Тошнота длилась несколько месяцев. Потом мы
заметили, что она как-то округлилась и поправилась, хотя
и сильно утягивалась...

И вдруг такая новость: Санкуха выходит замуж. Но не за Толика,
который еще армию не отслужил, а за его друга, что выходил ко
мне в плавках ! Все наши дворовые заволновались – а как же Толик ?
В тот момент я даже пожалела, что мы с цыганочками как-то
брызгали друг на друга из бутылок и случайно попали на Толиков
кожанный плащ , а он принял это всерьез и ходил жаловаться на
нас родителям .

По тому, как складывались события в дальнейшем, мы поняли, что
родители Санкухи были ужасно недовольны. Не такого жениха они
хотели, да и к тому же пришлось поднатужиться и покупать
молодым автомобиль, что по тем временам было архисложно.
Как оказалось, жениху было обещана машина, если он жениться
на Санкухе ! Но это уже был позор. История свадьбы долго не
сходила с наших уст.

Ребенок родился калекой. "Такие долго не живут",- сказали врачи.
Девочка пролежала в постели 12 лет. Она не могла ни ходить ни
разговаривать и произносила какие-то странные звуки, напоминающие
мычание. В доме начались скандалы и сцены ревности. Молодому
мужу вовсе не хотелось быть привязанным к каляске с инвалидом,
тем более машина под рукой, и девушек, желающих прокатиться,
было сколько душе угодно.

Родители сильно переживали. Сначала не вмешивались в разборки,
а потом отец Санкухи не выдержал и упрекнул мужа Галины в том,
что он купил ему машину не для того, чтобы подружек по вечерам
развозить... Но он попал под горячую руку – парень был выпивши,
самолюбие вскипело: «А пошла к чертовой матери ваша машина и вы
вместе с нею !» Взял канистру бензина, поставил машину в центре
двора, облил ее со всех сторон и поджег.

Со дня рождения ребенка я ее больше не видела. Родители купили
ей дом, и она сьехала с нашего двора. Говорили, что она сильно
поправилась и выглядела не так привлекательно, как прежде...

Всю свою дальнейшую жизнь она провела в одиночестве, сначала ухаживала за ребенком-инвалидом,

а потом и сама слегла. Она рано ушла из жизни...

Но в моей памяти она навсегда останется самой красивой девочкой,
Принцессой моего детства.