Помню те события до сих пор довольно подробно, хотя было мне 12 лет.
Я с отцом тогда отдыхал на даче у друзей под Костромой, а мама была в Москве - в гуще событий и "героической обороны Белого Дома". Мы там в деревне слушали радио, как, блин, партизаны в тылу врага и никто не понимал, что вообще происходит. Непонятная смесь страха, тревоги и какого-то театра абсурда.
В Москву мы вернулись 20-го или 21-го, не помню. Помню поездку на такси с вокзала через весь центр города ранним-ранним утром: мимо свороченного памятника Дзержинскому, арматурин на улицах. Везде, по всему городу, из всех подручных средств, сварганены триколоры. Особенно весело смотрелись флаги из белых, синих и красных полиэтиленовых пакетов.
Потом мы весь день семьей гуляли по городу - естественно, к Белому Дому и остаткам баррикад сходили. Незабываемое зрелище: огромный триколорище над здоровым государственным зданием - смотрелось дико, особенно после октябряцко-пионерского детства, насыщенного красным, красным, красным...
Ходили какие-то жуткие слухи о злодействах путчистов; троих чуваков, раздавленных БТРами, причисляли к лику если не святых, то как минимум, Александров Матросовых.

Всего два года спустя уже сотни жертв у того же Белого Дома, по которому будут стрелять Т-72, пьяненький ЕБН, зажигающий под Диму Маликова и дирижирующий берлинским окестром поспособствуют переоценке тех впечатлений.

А дух какой-то невиданной свободы и ощущение чего-то охуенно классного, ждущего страну тогда было. Его можно было трогать и им можно было дышать, ощущая проникновение этой удивительной легкости через легкие в кровь и из крови - в москъ...