Занесло тут меня почти случайно на странички своего блога двухлетней давности. Туда, где наша фигурка только начиналась, и где мы любили всех, искренне и горячо. Где существовали пять золотых мальчиков: Джонни, Джеффри, Стефан, Бриан и Эван.
Всё так изменилось… И мне вдруг захотелось написать этот пост. Он будет искренним и прямолинейным до дерзости. Я расставляю всё по местам.
1. Джонни Уиер. Ну, Вейр, то есть. Я так хорошо знаю Джонни, что уже не могу описывать его в нескольких предложениях и охарактеризовывать словами. Как невозможно описать близкого друга или родственника. Для меня Джонни давно перестал быть совокупностью качеств и фактов биографии. Он слишком живой и реальный, слишком много в нём всего, чтобы описывать. Я просто могу сказать с почти нерушимой уверенностью: того, что я ощущаю по отношению к Джонни, что чувствую, когда вижу его на льду – больше не вызовет ни один фигурист. И даже, скорее всего, ни один человек.
2. Джеффри Баттл. Это такой друг семьи. Он есть – это данность и аксиома. Джеффа невозможно не любить, невозможно не переживать за него, не болеть. Ну, он как мой троюродный брат, с которым мы, конечно, видимся раз в пять лет – но ведь свой, родной, любимый. Касаемо Джеффри не существует вопросов и сомнений. Джеффри неоспорим, как рассвет. И так же прекрасен.
3. Дайске Такахаши. Вот вы видели вантовые мосты? Такие длинные и тонкие стальные тросы – а держат здоровенную многотонную бетонную дуру. Таки – он как вот такой трос. Тонкий, напряжённо натянутый – и невероятно сильный. Откуда столько силы в этом маленьком лёгеньком мальчике? Где он набрал её за смешной промежуток времени? Какой он стал… дерзкий, смелый, уверенный, оригинальный. А ещё он красивый. И он японец. И короткая этого сезона – Swan Lake, словами не опишешь – видеть надо. И вообще.
4. Эван Лайсачек. Странные у меня чувства к Эвану. Красивый парень. И такой… отстраненный. Вроде стоит посреди вонючего болота – а сам чистенький. Уметь надо. Но вот его экзерсисы на льду… Эти длиннющие ноги, которые я постоянно обстёбываю, потому что не могу по-другому, эти руки-крылья ветряной мельницы, щетина эта… и феноменальные оценки всему этому безобразию. Ненавижу Эвана. По-доброму так ненавижу. Любя.
Ну вот и всё, друзья мои. Сильных чувств, стука сердца, слёз и дрожи в руках у меня не вызывает больше никто. Однако мы продолжим список.
5. Стефан Ламбьель. Нет. Больше нет. Слишком много было того, что мне не нравится. Что я не поняла и не приняла. И не смогла забыть. Стеф бывает очень мил и очарователен, от него иногда тепло на сердце и я, конечно, знаю, что бывает, когда он выходит на лёд. Я знаю, как это, когда на твоих глазах рождается Красота. И что так двигаться больше никто не способен. И что он гений. Но всё-таки – уже нет.
6. Бриан Жубер. Какое-то рассеянное равнодушие. Не цепляет, не дотягивается до сердца. Бри – не о моём мире. Он катается где-то по внешнему краю, и даже звуки музыки еле-еле достигают слуха. Хотя в этом сезоне он больше похожа на человека, чем на машину. И это как трепет крыльев бабочки у моего уха. Тихим шёпотом: брбрбрбрбриииииии…
7. Томаш Вернер. Могу спорить, могу отворачиваться, могу забыть или проглядеть. Но Томаш – он зайка. Он вызывает практически исключительно тёплые чувства. Искренне радуюсь его победам – потому что побеждает Томаш красиво. С лёгкостью приму поражения – потому что проигрывать Томаш тоже умеет. Он хороший, он светлый, он лёгкий. Безбашенный и смешной.
8. Грегор Урбаш и Кристофер Бернтссон. Вызывают очень схожие эмоции. Они мне нравятся – хоть и не боги из первой десятки. У них свои – маленькие – победы, не связанные с блеском медалей. Но эти победы бывают поважней пьедесталов. И когда Крис или Греша откатает в полную силу – а потом в кисс-и-крае получает свой персонал бест, это может вызвать не меньше эмоций, нежности, слёз и счастья, чем чьё-то предугадываемое золото. У Грегора в его Словении с фигурным катанием вообще труба, так что он по-любому герой. И он похож на Джеймса Бланта. А ещё он очень классный в жизни, очень-очень милый и скромный. А у Криса интересные, запоминающиеся программы, он чувствует музыку не хуже богов и за него невозможно не переживать. И рядом с ним так тепло. Мне очень нравятся эти парни.
9. Сергей Воронов. Так хорошо на душе от того, что опять есть за кого болеть из «своих». Кто-то, за кого болеть приятно, за кого болеть хочется, и не потому, что он русский. Потому что красивый парень, талантливый. Потому что сильный – во всех смыслах. У него есть всё, что нужно для золота. Значит, золото будет. Не успеем опомниться.