Люблю ли я книги? Люблю ли я привязываться к книгам?
Люблю. Но любовь эта трудная.
Я влюбляюсь в книгу, если мне хочется к ней возвращаться. Если я готовлю себе обед с мыслью о том, что съем его, уткнувшись в родные страницы. Если я тащу её за собой в сумке, чтоб почитать где-нибудь, если будет время. Если, прикасаясь к ней, я ощущаю сладкую дрожь в пальцах, спешу скорее найти закладку и открыть чудо. И я не влюбляюсь в самые лучшие, самые красивые книги – если этих эмоций нет. Если книга не притягивает меня магнитом. Я бросаю такие книги с закладкой где-то ближе к началу – и они пылятся на крышке пианино, ожидая иногда даже годы, когда я наконец дочитаю их. Недочитанные почти никогда не отправляются на полку. Дело принципа. Исключение – Двенадцать стульев. Так и не осилила.
Трудность любви во всей красе проявляется ночью. Я не могу оторваться от книги, я неистово хочу знать, что будет дальше, я проглатываю слова, фразы, страницы, скачу по верхам, успевая ухватить только самый смысл, я уже не могу вчитываться, так мне интересно действие. Потом я начинаю пропускать абзацы, пролистывать страницы, пропускать целые куски книги, а в глазах уже песок и мозг почти отказывается работать, но мне же так интересно/страшно/весело – и я ищу на страничках намёк на то, что… он вернулся/её спасли/они снова вместе. А обнаружив, что так и есть, я начинаю листать дальше в поисках битвы/свадьбы/новой ссоры… Чтобы в конце концов устало закрыть книгу, опуститься на простынь и выключить нафиг обалдевший, запутавшийся в конец мозг – и видеть сны о них, о героях любимой книги. А утром начать с того места, с которого началась гонка – и узнать всё уже в подробностях.
Ещё трудней делить такую черту свою – с диким страхом окончания. Я же не хочу, чтобы книга заканчивалась – и одновременно тороплю, тороплю, тороплю события.
Книги, наверное трудно писать. Но, думается мне, любить их – не намного легче. По крайней мере, любить их как я.)))
