Из книги "Мелочи архи..., прото... и просто иерейской жизни"

Подходит мужчина.
Спрашиваю:
— Вы в Бога верите?
— Верю. Конечно, верю. Ну, не так, конечно верю... Некоторые верят, ну, прям взахлеб...

Вот самый распространенный вариант начала исповеди.
Подходит к священнику женщина, улыбается во весь рот.
— Батюшка, всеми грехами грешна...
— Ну, а чего же ты улыбаешься? Ведь плакать надо...
(Один священник на подобное заявление о “всех грехах” отвечал так:
— А вот я тебе сейчас все какие только есть епитимьи назначу!)

А вот еще вариант.
Женщина подходит, молчит.
— Ну, — спрашиваешь, — грехи у тебя есть?
— Нет, батюшка, никаких грехов у меня нет...
Тогда я говорю:
— Ну, раз нет грехов, тогда не нужно исповедоваться. Это ведь только для грешных людей...
— Ну как же, батюшка?
— А вот так же... Все мы, люди, до одного грешные, а ты только одна — без греха...
— Нет, батюшка, есть грехи...
— Ага. Значит — есть. Ну, вот теперь давай о них с тобой и поговорим...

Еще одна подходит. Начинает:
— Живу одна. Абортов не делала, душ не губила, не воровала...
Перебиваю:
— Ты мне рассказывай не о том, чего ты не делала, а о том, что ты делала...
— А что я делала?
— Сплетничала, ругалась, осуждала...
— Ну, не без этого...

Часто вместо грехов начинают перечислять болезни.
— Вот у меня операция была... Ногу я ломала...
— Подожди, — говорю, — ты мне про грехи рассказывай... Может быть, у тебя на душе есть что-нибудь особенное?..
— Вот, батюшка, живот у меня внизу очень болит... Там, наверно, у меня что-нибудь особенное...

Спрашиваешь:
— Ну, как? Посты соблюдаешь?
— Нет, — говорит, — батюшка, у меня зубы болят...

Подходит. Улыбается и молчит.
Я говорю:
— Ну, что ты улыбаешься?
Она:
— Я — такая...
[200x258]