Снег падал. Укрывал осенние сумерки. Он включил дворники, сменил диск, сделал тише звук. Еще раз проверил телефон. Ничего. Он ждал её уже полчаса.
- Скоро должна быть,- думал он,- на смс не ответила, наверное, связи нет, мейл не успела посмотреть, отвлекли эти уроды, что всё время крутятся возле неё или начальник вызвал, загрузил работой, и она просто физически не смогла нажать две клавиши или снять трубку. Ведь может такое быть? Конечно.
Предательские мысли о том, что он надоел ей своими звонками, мейлами и поджиданиями у входа в её парадное, душили. Фантазии о том, что она завела себе новое увлечение и сейчас, наверное, с ним, лишали сил. Он гнал их, уничтожал, готов был себя убить. Он вспоминал тот вечер, тот случайный сабантуй и её взгляд, обращенный к нему. Она посмотрела на него так, как никто никогда не смотрел. Она, как - будто внезапно, увидела в нём озарение. В этом взгляде было удивление, восхищение и глубокий страх быть недостойной его. Она смотрела долго. Играющие на солнце блики животного страха переливались и сверкали. Он родился заново. Наконец, она отвела глаза и больше в этот вечер не взглянула на него. Потом было несколько тайных встреч, потому что муж и дети и обязанности. У него уже никаких обязанностей и долгов ни перед кем не было. Редкими встречами, при расставании, он просил посмотреть на него, так как тогда. Она сопротивлялась, но делала это для него, потом выскакивала из машины и уносилась опять на долгие недели и месяцы. Однажды в ресторане, он оставил её одну за столом, спустился за сигаретами и, возвращаясь, медленно поднимался по лестнице, любуясь ею. Остановился, стал наблюдать, как она пила свой кофе, доставала пудреницу, смотрела в неё, морщилась. За соседний стол сел человек, открыл ноутбук, пил что- то. Она заметила этого пришельца и посмотрела на него поверх пудреницы. Тем же, знакомым ему взглядом. Всё потемнело вокруг. Обрушилось.
- Дрянь, просто дрянь, обыкновенная самка. Ну, где же она? Почему не идет?
Проверил телефон. Снег падал.