Нет в классике женских имен, ни в музыкальной, ни в изобразительной. Некого поставить в ряд: Достоевский, Чехов, Геннрих Манн. О ряде: Моцарт, Шостакович молчим скорбно. Микельанжело, Де Винчи- большая пауза.  Пифагор, Ферма, Эйнштейн, Курчатов- минута молчания.

Тебя там не было, детка, тебя там не будет. Не для того тебя делали, не для того. Не видишь разве? Захлебывайся в своей вине и рожай. Рожай.  Пока можешь." Когда б вы знали из какого сора..." Знали. Прекрасные потуги проявиться, стать Жанной Дарк и Фридой Кало ужасны. Зачем ты мучилась, бедная? Чего хотела, девочка? Не пользовали тебя по назначению? Сволочи. Музыки писали, революции делали. Бились сами с собой. А ты? Ждала? Писала, рисовaла? Бедненькая. Что же ты делала? Чувствами рыла почвы в своей головке? Ручками творила? Кричала громко в истерике: Я тоже могу. Тихо думала в подушку. Слезы капали. Хвальбы унижали, не долго радовали. 

 

Ты можешь. Только плохо. Великие идеи не родятся в твоей головке. Им там не место. Но ты рисуй, пой, твори, складывай в уме. У тебя есть выбор. Между смирением и смирением.