Это цитата сообщения lj_emve Оригинальное сообщение

Без заголовка

Вы голых женщин видели? Вот то-то же. А я видела. Очень хорошо помню этот случай.
Как-то раз мама пошла мыться. У меня мама - моется, и я теперь вся в нее. А тогда я была не очень в нее, я тогда была наоборот - недавно из нее, совсем то есть мелкая, лет шесть мне было. А Вовке, брату моему и антихристу, соответственно, четыре года. И мы не мылись, мы играли в "убей брата". К тому времени я уже один раз удачно сыграла в "убей брата", то есть, не очень удачно в смысле результата, но увлекательно в смысле процесса. С тех пор мама мне не доверяла и прятала от меня либо мясорубку, либо брата, потому что когда у меня появлялись в зоне видимости брат и мясорубка, результат получался однозначный и кровавый. Так что мама сказала:
- Я помыться, пять минут, не шалите тут особо, - и для верности посмотрела на меня как солдат на вошь и как мышь на крупу, а Вову погладила по шрамированной тыкве.

Мне было не впервой переживать подобные унижения, поэтому я улыбнулась, как могла, и сказала брату "милый". Мама хлопнула дверью в ванную, включила воду и запела что-то романтическое, а я запела что-то героическое и пошла на брата рысью. Вова, между прочим, был вопще дурак, поэтому отступать не подумал, и мы сцепились как Мюрат и Неверовский под Смоленском. Надо ли говорить, что Смоленск пал под натиском французской армии? Я-то себя олицетворяла именно с французской армией, потому что картавая. (- Машуня, скажи "рыба". - Ррррыба. - Ухахаха! Какая смешная и нелепая у нас дочь!). Очень быстро мой личный Смоленск стал хныкать и угрожающе пищать, что все будет рассказано маме и папе, и я великодушно перестала бить его головой об мамины каблуки. Мы встали и стали стоять. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось.

Я не знаю, сколько мы стояли, но наверняка недолго, потому что у меня в то время было шило прямо там. Долго бы я не простояла, тем более рядом с братом (живым). А стояли мы перед телевизором. Телевизор был выключен и тоже стоял. Знаете, телевизоры такие раньше были, ну, ч-б, на четырех длинных ножках. Мы втроем, я, Вова и телевизор стояли и смотрели друг на друга, и вдруг из телевизора стали выпадать какие-то гвоздики или, там, винтики, шурупы, я не ебу, как это правильно называется, у меня мужчины в личном пользовании нету. Один, другой, третий. Я про шурупы, а не про мужчин. А потом телевизор обрушился на пол лупой вниз и прихватил с собой такой грохот и звон, что мы даже заорать не забыли. Да. Мы коротко и дико оторались и оцепенели. В то время я не знала, что бывает дальше, может, он сейчас должен поползти к нам и поиграть уже в "убей сестру".

А дальше было вот что. В комнату как вихрь ворвалась голая баба. То есть вообще голая. Совсем. Она была вся в белой мыльной пене, и на голове, и в глазах, и на туловище. Я не сразу признала в ней мамми. У меня мама скромная, и платья у нее скромные. Вот тут я вся не в нее, кстати. И знаете, что она сделала? Она моментально подлетела ко мне, схватила меня за руку и так жарко всыпала мне по жопе, что я и думать забыла, кто здесь Наполеон, а кто Барклай де Толли.
Несправедливо, граждане. Я до сих пор не знаю, почему телевизор упал, и не поэтому ли мне голые женщины нравятся.

http://emve.livejournal.com/96990.html