Глава шестая. Динозавры нервно курят


Проснулась я под утро оттого, что зуб на зуб не попадал. Одеяло не спасало, и все тело превратилось в большую ледяную глыбу. Полежав с минуту и так и не согревшись, я заставила себя встать с кровати и дойти по холодному полу до кухни. Зажгла конфорки и духовку, в надежде, что станет теплее. Мимоходом потрогала батареи – те работали на полную катушку. Удивляясь, я добрела до градусника и остолбенела. Термометр показывал -35. Присвистнув от нежданной радости, я уселась на стул, у плиты, пытаясь хоть чуть-чуть согреться. Попробовала держать окоченевшие ладони над конфоркой, но начало сваливаться одеяло и пришлось забросить эту затею. Вскоре ко мне подтянулся замороженный Павел. Охранник определенно чувствовал себя еще хуже, так как ему одеялом служил обычный плед. Замотавшись в него, парень подсел рядом.
- Давно проснулась?
- Только что. Там минус тридцать пять.
- Ничего себе!
- Угу. Что делать будем?
- Одевать теплую верхнюю одежду и надеяться, что с рассветом станет потеплее. У тебя никаких запасных обогревателей нет?
Я только покачала головой. Ведь собиралась же еще вчера купить печку, да с этим дефицитом на продукты, она напрочь вылетела из головы.
Я продолжала трястись от холода, мечтая о тепле. Организму хотелось обжигающего чаю и покурить. Впрочем, в такой холодрыге чай остыл бы уже после третьего глотка, а сигарета покрылась инеем. Сейчас бы в особняк к сэру Джеймсу. Ему-то хорошо, у него камин. Села бы у огня, вытянула ноги и попивала горячий шоколад или глинтвейн. Стоять, Троянская. Я хлопнула себя по лбу. У тебя же самой имеется огромный камин. Ай да сэр Джеймс, ай да, гм, впрочем, не будем поминать Пушкина.
А я-то еще ругалась на старика, подарившего эту махину. А англичанин оказался намного практичнее меня. Конечно, камин не являлся настоящим, а работал от кристаллов, давая тепло и имитируя горение огня, но оно и к лучшему – у меня не было возможности устанавливать стандартный вариант. Пришлось бы вызывать строителей, выводить дымоход, да и кто бы в такой холод согласился работать? А так, поставил в комнате, включил и готово.
- Пашка, мы спасены, - обрадовала я парня, - у меня совершенно случайно имеется отличный камин!
- Где?
- В кладовке. На день рождение подарили. Слушай, у меня в кладовке вообще куча не разобранных подарков валяется. Разбирать их все как-то времени не было. Надо будет в коробках покопаться, авось еще что-нибудь полезное обнаружу.
Пока Пашка пыхтел и перетаскивал камин, я самозабвенно распаковывала презенты. В отличие от друзей-соседей, мне определенно повезло с гостями. Мало того, что никто не додумался притащить на праздник животное, так и подарки отличались если не полезностью, то хотя бы разнообразием. К примеру, Котофеич купил для меня дорогущую золотую ручку, Нахрапова сувенирный меч, Томас и Вэмп жуткую статую в человеческий рост (так что, правильно я им хомяка задарила, знала бы про их подарок заранее – вообще бы змею приперла). Больше всех отличился Шурка, подаривший пазл. На коробке была нарисована одна из улиц Радова. Надпись сообщала, что мне предстоит собрать эту красотень из пяти тысяч мелких кусочков. А еще обнаружилась бутылка красного вина, которую по ошибке запихнули в подарки.
- А вот и глинтвейн, - обрадовалась я, прихватывая напиток.
К моему выходу из кладовки, Павел уже успел установить камин и теперь, согревшийся и даже местами вспотевший, перетаскивал диван поближе к очагу.
Я быстренько отыскала специи, нашла в холодильнике мед, порезала мелкими кубиками яблоко и, добавив все в кастрюльку с вином, дождалась кипения. Процедила полученный напиток.
- Держи, - протянула я кружку с глинтвейном охраннику, устраиваясь рядышком на диване и блаженно щурясь, ощущая, как тепло растекается по замерзшим конечностям. От резкой смены температуры и поступившего алкоголя, щеки моментально раскраснелись, и стало совсем хорошо.
- А у меня пазлы есть, - позевывая, протянула я.
- Это что?
- Это вот, - продемонстрировала я принесенную игру.
- И?
- Ты что, никогда пазлы не собирал?
- Да как-то не приходилось, - пожал плечами охранник.
- Вот смотри, - рассыпала я по полу фрагменты картины и, объясняя основные принципы забавы, - для начала ищешь крайние пазлы и собираешь рамку. А заодно раскладываешь остальные по цветам. Вот синие у нас небо – их в одну кучу, зеленые деревья в другую. Понятно?
- Ага.
Пашка быстро вошел во вкус и вскоре лучше меня отыскивал нужные элементы, собирая рисунок.
- Ты точно первый раз видишь эту игру? – недоверчиво уточнила я.
- Да.
- А собираешь лучше меня.
- Это не нарочно, - смутился охранник, - Наверное, я просто более внимательный.
- Нет. Скорее всего, ты просто хитрый жук.
- Или ты сегодня слишком рассеянная.
- С чего это?
- Ты пол часа как должна быть на работе, - заулыбался подлый Пашка.
- Черт!
При упоминании о работе в квартире как-то резко похолодело. Я тоскливо подошла к термометру. Все те же -35.
- Не пойду я в редакцию. Если там вчера было холодно, то сегодня я вымру аки динозавр.
- Так хоть позвони.
- Лучше ты позвони.
- С чего это? – поднял бровь телохранитель.
- Ну, ты же мой охранник, обязан меня защищать. Так? Так. А если я сейчас позвоню Котофеичу и скажу, что не явлюсь, он сам прибудет сюда и убьет меня.
- Не убьет. В крайнем случае, я ему не позволю. Звони, - он настойчиво протянул мне разговорник.
- Ты определенно неправильный телохранитель, - недовольно скуксилась я, вызывая редактора, - Алло, Котофеич? Я тут это… того самого…
- Не приедешь, - закончил за меня начальник.
- Ага. Я и дома могу поработать.
- Ладно, не оправдывайся. Все остальные еще час назад позвонили и отпросились.
- Все? – обрадовалась я.
- Кроме Стаса. Он единственный, кто честно пришел в офис. Правда, через десять минут все равно убежал домой. Замерз. Один я тут торчу как дурак.
- Приезжай к нам, - пожалела я начальника, - У нас камин искусственный имеется, глинтвейн, пазлы.
- Какие еще пазлы? Кто обещал, оставшись дома, работать? – мигом подловил меня бессовестный редактор.
- Э-э.. хотела сказать, что пока я буду работать, ты мог бы пособирать картину.
- Тунеядка. Чтобы к понедельнику все материалы лежали у меня.
- Конечно-конечно, - пообещала я и с ликованием отсоединилась. До понедельника целых четыре дня и я вполне успею написать несколько статей. А пока можно расслабиться и отдохнуть от бурных событий.
Забросив пазл и корпевшего над ним Павла, я достала детективный роман и погрузилась в мир расследований. Данную книжечку я прикупила во время моего последнего визита в Казань и теперь держала в руках абсолютно неизвестного для этого мира автора – старушку Агату Кристи. Еще с детства я запоем читала ее романы и сейчас с ностальгией и восторгом следила за гениальным Эркюлем Пуаро.
Следующий день протек в более полезном русле, и я успела обзвонить несколько известных Радовских деятелей и синоптиков. Последние не спешили радовать хорошими новостями, прогнозируя, что морозы продержатся еще с неделю. Само их появление они по-прежнему затруднялись объяснить. Говорили, что, дескать, ожидалось похолодание, но не с отметкой «минус».
Настоящая радость свалилась на меня, да и на всех остальных, в субботу. С утра пораньше, зябко ежась, я подошла к градуснику и не знала – плакать мне или смеяться. Погода на улице не только не потеплела, более того – ртуть упала до отметки в пятьдесят три градуса. То-то я так мерзну, даже не смотря на работающий камин. Одно хорошо в похолодании – из-за морозов таинственный заказчик приостановил попытки убить меня, и какое-то время я могу не опасаться за свою жизнь.
По традиции, следом проснулся Павел.
- Лен, включи камин, я промерз, - попросил он.
- Его и не отключали. На улице -53.
- Епт, - впервые на моей памяти ругнулся порядочный телохранитель.
- Айда на диван, ко мне под одеяло, - предложила я.
- Понимаешь, Лен, ты, конечно, мне нравишься и может, если бы ты была свободна, я бы за тобой приударил, но я не стану разбивать вашу с Милославом пару.
- Остолоп. Я вовсе не предлагаю тебе ничего такого. Просто вдвоем все теплее будет.
- Точно?
- Сто процентов.
Бдительный Павел сдался, и уже через минуту я вновь засопела, уткнувшись в теплый бок охранника. Мне снилось лето, пальмы, теплое море и горячий песок.
Ближе к полудню стало ясно, что больше так жить нельзя. Изо рта шел пар, а ступни ног оледенели до такой степени, что еще пара часов и мне грозила ампутация обеих конечностей. Не спасал ни камин, ни работающая духовка, ни теплая одежда, одеяло и телохранитель в качестве грелки.
В дверь позвонили. Ругая незваных гостей, я нехотя вылезла из-под одеяла и только тогда поняла, насколько в прежнем состоянии было тепло.
На пороге стояли посиневшие Томас и Вэмп.
- Лен, у тебя нет запасных одеял, шуб, хоть чего-нибудь?
- Господи, проходите скорее, - устыдилась я. Хороша подруга – прекрасно знаю, что ребята не обзавелись обогревателями, и даже не додумалась заглянуть к ним, проверить – как они там.
- Ого, да у тебя жить можно, - подлетела девчонка к камину, - А можно мы тогда к тебе и хомяков притащим? Мы как только их не грели, они все вялые, сонные. Мерзнут очень.
- Конечно, несите.
Я зашла к соседям помочь с клетками и ужаснулась. По сравнению с их квартирой, у меня был настоящий Ташкен. И я еще жаловалась на холод. Да в морозильнике и то теплее. Как они только смогли продержаться так долго?
Разместив несчастных животных поближе к теплу и устроив ребят на диване, я полезла было под одеяло, но затрезвонил разговорник.
- Слушаю.
- Лен, помоги, - раздался голос Нахраповой.
- Что случилось?
- У меня температура высокая. Умираю. Замерзаю. Спасай.
- Сейчас буду.
Я набрала номер службы лифтов, желая немедленно лететь на помощь к подруге, но трубку не брали.
- Что они там, уснули что ли? – негодовала я.
- Нет, - объяснил Томас, - просто на работу не вышли. Да и смысл – еще позавчера от холода лифты перестали работать.
- Что же делать-то? Мне к Нателле надо.
- На собственном диване лететь или пешком идти. Хотя, и то и другое сейчас чистой воды самоубийство.
Но я уже не слушала.
- Алло, Милослав, привет.
- Привет, ты как?
- Относительно нормально. Слав, у тебя лифт работает?
- С утра работал, а что?
- Славочка, отдолжи, а? Мне буквально на чуть-чуть. Наташка погибает. Надо за ней слетать.
- Вообще-то он мне вечером понадобится, - заупрямился царь.
- Так мне ненадолго. Через час верну.
- Хорошо, через десять минут будь готова – водитель за тобой заедет.
- Спасибо. Только попроси, чтобы он не к окну подлетал, а к подъездной двери.
- Ладно, предупрежу. Мне сейчас немного некогда. Попозже созвонимся.
- Пока.
Я спешно укуталась и после звонка на разговорник, выбежала на крыльцо.
Нахрапову я застала в ужасающем состоянии. Подруга лежала в полузабытье и не сразу узнала меня. Покидав в сумку кое-что из одежды и личных вещей, я подхватила журналистку и отвела в лифт. По дороге мне пришла в голову гениальная мысль. У меня в Казани трехкомнатная квартира. Ведь достаточно долететь до Царского парка, и мы окажемся в теплом августе.
Схватив разговорник, я принялась обзванивать друзей.
- Алло, Шурка? Как себя чувствуешь?
- Замерз как цуцик.
- Хочешь в теплую страну?
- В южное царство что ли?
- Бери круче. В Десный.
- А это возможно? – осторожно поинтересовался Баянов.
- Раз плюнуть. Собирай вещи, скоро за тобой заеду.
Примерно в том же духе я отзвонила Каткову, Стасу, Аленке, Настьке и Котофеичу. Последний отказался, сославшись, что он и дома отлично себя чувствует. Попросив начальника приехать за нами, когда в Радове станет теплее, я отсоединилась и назвала маршрут, по которому следовало лететь.
На всякий случай позвонила и Милославу, предложив отличную туристическую поездку в параллельный мир, но царь отказался. Замок хорошо отапливался, а у Славки возникло столько проблем, что он не мог позволить себе ни минуты отдыха, работая круглыми сутками. В самом конце вызвонила Павла и, отдав указание собирать вещи, занялась Наташкой. В лифте нашлись лекарства, и я напоила подругу жаропонижающим.
Собрав друзей под крышей лифта, мы двинулись в сторону Царского парка. Там, на самой окраине имелся проход, ведущий как раз в город Казань. Со стороны Шуи он был замаскирован под неприглядного вида беседку, огороженную со всех сторон плотной стеной кустарников. В Десные проход выходил в заброшенной пятиэтажке, которую отчего-то власти города все забывали снести.
Резкий перепад температуры с разницей этак в семьдесят пять градусов, оказался как удар обухом по голове. Перейдя между мирами и оказавшись в пустой квартире мы моментально вспотели. Стянули с себя шубы, пуховики, и вышли из дома. Реакция оказалась неоднозначной. Я, Вэмп и Томас искренне радовались приезду на Родину, Стас, бывавший уже один раз в нашем мире, с любопытством наблюдал за происходящим. Нателла продолжала бредить. Остальные же пребывали в глубоком шоке.
Конспиративная квартира находилась в новом районе Казани, на самой окраине. Мое собственное жилье располагалось на другом конце города, в удобном Московском районе. Ехать предстояло долго и, выйдя на проспект, я поймала таксиста, хваля себя за сообразительность всегда держать в Радове небольшую сумму в рублях.
- Это что? – перепугалась до конца не выздоровевшая Алена, указывая на проносящиеся автомобили.
- Это их диваны, - взял на себя роль гида Грозин. Сам он в первый визит не только успел рассмотреть машины, но и покататься на одной из них. С тех пор журналист буквально бредил покупкой личного авто, и только запрет на ввоз нашей техники останавливал его.
- Ни за что в нее не сяду, - заявила наша больная.
- Тогда пойдешь пешком, - отрезала я. Наташке требовалось срочно лечь в кровать, и я не собиралась терять время, уговаривая пугливых коллег.
Со стороны наша группа выглядела комично – девять человек в теплых кофтах и брюках, в то время как остальные прохожие свободно разгуливали в легких платьях и летних костюмах. Кроме того, почти у всех в руках имелось по клетке с хомяком, а Павел держал на руках Нахрапову. Неудивительно, что большинство таксистов отказывались ввести нас по месту назначения. Тем более что на нашу компанию требовалось три машины, а денег у меня было лишь на две. Так мы топтались на остановке, изнывая от жары, перекладывая с плеча на плечо сумки с вещами и ловя на себе удивленные взгляды казанцев.
И в этот момент случилось настоящее чудо – к нам подъехала пустая маршрутка, направляющаяся в нужную сторону. Водитель, не ожидавший от нас подвоха, остановился и не успел опомниться, как мы заполнили собой почти весь салон.
- Юннаты что ли? – пришел он в себя, оглядывая нашу живность.
- Нет, на ферме работаем, хомяков разводим. Вот, в зоомагазин, на продажу везем.
Водитель лишь недоверчиво хмыкнул и надавил на газ.
- Лен, это ваши лифты? – прошептал Баянов, сидевший рядом со мной.
- Нее, чувак, - заулыбалась я, - Ты наших лифтов еще не видел.
- Честно говоря, боюсь даже представить.
- Правильно, бойся. То, как мы порой используем их, вам и не снилось. Ты лучше молчи и в окошечко любуйся.
- Нам долго ехать? – поинтересовался Томас на английском языке. Сам он родом был из Америки и если в параллельном мире мы прекрасно общались на местном наречии, даже не осознавая, что беседуем на совершенно незнакомом языке, то вернувшись в наш мир, все стало на круги своя. Я и Вэмп болтали по-русски, Томас выражался языком Шэкспира, а если бы более точными, Эминема и прочих рэперов. Ну а радовцы беседовали на славянском, при этом, прекрасно понимая и нас с готичной девицей, и ее спутника. Я до сих пор бьюсь над объяснением столь заковыристого феномена, но так и не могу понять его причину. Первое время я считала, что язык центрального царства схож с русским. Потом выяснилось, что паренек Том, также прекрасно лопочет на их диалекте, при этом зная из нашего великого и могучего от силы три слова: водка, медведь, спасибо.
Выходило, что попадая в Шуи, я без труда могла общаться на всех языках параллельного мира. И наоборот – выходцы из Шуи свободно понимали все языки Десныя. При этом, если бы из Шуи прибыли люди, говорящие на разных языках, то у нас в мире они смогли пообщаться бы без всяких переводчиков.
- Так долго нам еще ехать? – переспросил наш американский друг.
- У вас еще и иностранцы на ферме работают? – поинтересовался любопытный водитель, - Или он приехал опыт перенимать?
- Нет. Это гастарбайтер. Работает у нас за еду, - Вэмп не упустила возможности съязвить, прекрасно понимая, что ее бойфренд даже не догадывается о том, что стал объектом шутки.
- А кто такой гастарбайтер? – вновь зашептал Шурка.
- Помолчи уже. Палишься ведь, - толкнула я его локтем в бок, - До дома потерпи, ладно? Вот приедем, я тебе торжественно вручу большую энциклопедию, и сам все узнаешь.
- Так далеко нам ехать? – не выдержал проигнорированный всеми Томас.
- Часа полтора-два. Если в пробку где-нибудь не попадем.
- А что такое, - начал было счастливый Баянов, никогда не стоявший часами в бездвижном потоке машин, но я вовремя наступила ему на ногу, чем на минут десять сместила его внимание на больную конечность.
- Больно же.
- Любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Знаешь такую пословицу? Так вот, радуйся, что ты еще так легко отделался.
Стоило мне утихомирить одну головную боль, как оживилась другая.
- Меня укачивает, - захныкала Алена, - А я после лечебницы. Мое здоровье и так надо беречь.
- А что было в лечебнице? Хомяков к ветеринару возили? – вновь вклинился в разговор скучающий водитель.
- Каких еще хомячков? – возмутилась кисельная Барышнева, - Там меня лечили.
- Неужели все больницы переполнены, что вас аж туда поместили? – искренне ужаснулся мужик.
- Между прочим, такую лечебницу еще поискать. Она одна из лучших!
- Ну да, понимаю, - хмыкнул шофер, - Сейчас некоторые звери живут лучше, чем люди.
- Да нет, это она блох где-то подцепила, - решил внести свои пять копеек Катков, понявший, о чем толкует водитель, - Шастает где ни попадя, вот и подхватила заразу.
- Это я, по-твоему, блохастая? – поджала губы Аленка.
- Ну что ты, теперь вполне нормальная. Тебя же вылечили.
- Он шутит, да? – обратился ко мне мужик.
- Конечно, шутит.
- А, ну хорошо. А то мне в салоне только блох не хватало. А у ваших хомяков заразы никакой не имеется? А то вы уйдете, а мне потом перед пассажирами оправдывайся, почему они инфекцию подхватили.
- Нет. У нас зверушки экологически чистые, - поспешила я успокоить взволнованного шофера.
В такой беседе мы благополучно миновали две пустые остановки, а вот на третьей к нам подсела пожилая пара, и пришлось унять разговоры и доехать до дома молча.
Мы вышли на остановке «Московский рынок» и пробираясь через толпу, потопали вниз, к улице Серова, на которой и располагалась моя трехкомнатная квартира. Район считался не слишком новым, но девятиэтажка, в которой я приобрела жилье, была построена годах в девяностых и отлично смотрелась на фоне хрущевок. Но что больше всего мне нравилось, так это чистый зеленый двор и достаточная удаленность от проезжих улиц.
- Заходите, чувствуйте себя как дома, - отворила я дверь, пропуская гостей в квартиру.
С расселением я поступила крайне просто. Для начала выдала самую маленькую комнату молодой паре – Томасу и Вэмп. Туда же складировала все клетки. В другой комнате устроили девичью спальню, а уж гостиную отдали в распоряжение мужчинам. Все остались довольны результатами и, уложив Нателлу в постель, занялись за обустройство койко-мест. Очень быстро выяснилось, что разместить всех с комфортом - нереально. У меня имелась одна кровать, отданная подросткам и два дивана, которые мы мигом перенесли в девичью комнату. На одном лежала больная Нахрапова, а на втором мы с Аленкой. Парням же достались не раскладывающиеся кресла, и мужская часть переселенцев запротестовала.
- Это дискриминация по половому признаку! – запротестовал Колька.
- Требуем равных прав! – поддержал его Баянов.
- Даешь кровати! – подхватил Стас.
Я достала из банки с крупой рубли, пересчитала наличность – выходило немногим больше десяти тысяч, и с тяжелым сердцем уступила мужчинам. Решение пришло быстро – купить четыре спальных мешка и на этом прекратить споры. Но тут же обнаружилось, что не хватает тарелок, вилок, чашек и прочей посуды. Покупая столовые наборы, я совершенно не рассчитывала, что буду принимать такое количество гостей. Поэтому брала недорогие сервизы на 4-6 персон. Пришлось покорно вписывать блюда в список покупок. А тут еще и Колька догадался открыть холодильник, обнаружил сиротливую банку тушенки и принялся загибать пальцы – чего бы он хотел на ужин. Ладно, денег я потом еще достану – просто съезжу к сэру Джеймсу и обменяю собины на наши рубли. Где их умудряется менять сам сэр Джеймс – я не знаю, достаточно и самого факта обмена. К тому же, надеюсь, что мы пробудем в Казани не долго, и нам хватит закупленного продовольствия.
- Кто со мной по магазинам?
Желали все, но кому-то следовало остаться с Нахраповой, так что Вэмп и Томас благородно отказались, дав возможность иноземным визитерам поближе познакомиться со столицей Татарстана.
По дороге до магазина спорттоваров, я проводила экскурсию, объясняя основные отличия Десныя от Шуи. Пыталась объяснить: почему мы не летаем на диванах и как можем жить с такими крошечными окнами. Рассказывала про развитие техники и почти полное изгнание колдунов. Разговор и самой мне помог немного разобраться – отчего два похожих мира (все-таки не зря они назывались Левый и Правый) отличались друг от друга. Похоже, все дело в том, что пока в нашем Десные правила церковь, истреблявшая колдунов, в Шуи продолжало царствовать язычество. У них до сих пор верят в бога воды Левуна, считая его основателем земли. Побаиваются Погребуна – бога смерти. Почитают Ловильника, Торжника, Жатника и других богов, дарующих удачу в охоте, торговле, урожае. Боги Шуи никогда не требовали истребления магов. Наоборот, способствовали их развитию. В итоге мы получили два таких схожих и при этом таких разных мира.
Впрочем, я отвлеклась.
Закупив спальные мешки и истратив на это четыре тысячи, мы двинулись в обратный путь, решив прикупить все остальное на рынке. Вот здесь гости столицы почувствовали себя как рыба в воде. В Радове имелся Петрушенский рынок, не особо отличавшийся от здешнего, и туристы совершенно свободно бродили по рядам, рассматривая дешевые кофты, мягкие игрушки, обувь и все, что обычно продается в подобных местах. Сама я зорко выглядывала продавцов, торгующих посудой, и вскоре стала обладателем запасных тарелок, ложек, вилок и чашек, а мой кошелек оскудел еще на полторы тысячи. В этот момент праздношатающиеся вспотели в теплых нарядах и заканючили, требуя купить летние футболки и юбки. Алену я сразу урезонила фразой, что дома у меня имеется несколько отличных сарафанов, но требование мужчин оказалось резонным, и я истратила две тысячи на дешевые футболки. На продукты ушло еще две, и, оставив в кошельке немногим больше пятисот рублей, я собиралась гнать домой моих транжир. Уже у самых ворот Колька заметил ларек с шаурмой, и буквально прирос к нему.
- Хочу.
- Коль, пошли, это вредно и не особо вкусно.
- Все равно хочу.
- Коль, нам надо экономить. У нас практически не осталось денег.
- Ну, хоть одну штучку.
- А что это? – заинтересовались и остальные мужчины. Одна только Аленка сморщила нос и демонстративно отошла в сторону.
- Ерунда полнейшая. Обычная лепешка с кусочками мяса, лука, морковки, капусты, ой, короче, туда пихают все, что под руку попадается, вот и получается шаурма.
- Все равно хотим. Очень аппетитно пахнет.
- Паш, скажи им.
Но охранник переметнулся в стан к врагу и проигнорировал мою просьбу.
- У-у, предатель. Все Славке расскажу.
Пришлось сдаться. Жаль, что Нателла болеет. Уж она бы приструнила растратчиков.
После того, как я приобрела девять горячих лепешек, мое настроение резко скатилось на уровень плинтуса. В руках остался зажатый стольник да немного мелочи, звеневшей в кармане. Придется завтра с утра возвращаться в Радов и лететь к сэру Джеймсу за деньгами.
Но если я приуныла, то парни, заполучившие желаемое, наоборот, приободрились и жадно впились зубами в шаурму. Даже Алена, поглядев на их счастливые лица, попросила свою порцию и осторожно надкусила продукт быстрого питания.
- И почему ты говорила, что это не вкусно? – недоумевал Колька, - Обалденная вещь. Аленк, если ты не хочешь, то не переводи шаурму, а лучше отдай ее мне.
- Вот еще, - фыркнула девица, - наращивая скорость поглощения.
Конечно, я и сама соскучилась по обеду голодного студента, и уплетала свою порцию наравне со всеми, но уж больно мне не хотелось завтра лететь в обледенелый Радов.
Вечером гости изъявили желание прогуляться по старинному городу. Нателле стало лучше, но больной по-прежнему требовался постельный режим, так что я осталась с подругой, дав Вэмп указание следить за туристами и по возможности не слишком долго плутать по улицам.
- Наташ, ты как? – села я у изголовья, после того, как обрадованные радовцы ушил на осмотр достопримечательностей.
- Паршивенько, - слабо улыбнулась журналистка, - Ничего, мать, прорвемся.
- Чаю горячего будешь? Я для тебя специально меду купила.
- Потом.
- Как же ты заболеть умудрилась?
- Как-как. Как дура. В мороз полетела на интервью с начальником транспорта. Хотела узнать – насколько часто ломаются лифты в такой холод. Ну и допрыгалась. Посреди дороги заглох лифт, на котором летела сама. Пока пешком дошла до замка – перемерзла. Да еще и домой вернулась – холод собачий. Вот и разболелась. Спасибо, что притащила меня сюда.
- Да ладно. На моем месте ты тоже придумала бы как меня спасти.
- Ой, какие мы скромные стали.
- Может все же налить тебе чайку, а? Давай, горяченького, полезного.
- Уговорила, чертяка. Тащи свой чай.
Напоив подругу и дождавшись, когда она уснет, я села за компьютер. Как же чертовски я соскучилась по нему. А уж как по мне соскучились друзья. Электронный ящик был переполнен письмами (впрочем, добрая половина была обычным спамом). В аське меня ждали приятели, спешившие обменяться новостями. К тому же, следовало позвонить родителям, узнать – как они там.
За болтовней я и сама не заметила, как наступила ночь. А туристы все еще не появлялись. Отгоняя нехорошие предчувствия, я то и дело подбегала к окну, пытаясь разглядеть в темном дворе – не идут ли мои охламоны? Рядом с фонарем мужчина выгуливал собаку, у соседнего подъезда молодые парни пили пиво, худенькая девушка торопливо шла домой и только друзья не пойми где шлялись. Ни разговорников, ни сотовых у них при себе не имелось. Уходя, Вэмп все же спросила номер моего домашнего, но пока телефон молчал, и я не знала что делать. Ходила из комнаты в комнату, не в силах просидеть на одном месте дольше пары минут. В голове я прокручивала различные варианты. На них могли напасть, но уверена, что компания отбилась бы от любых хулиганов. Павел владел единоборствами, Колька и Том, имея внушительную комплекцию, обходились одним ударом кулака. Да и Стас в самом крайнем случае незаметно применил бы магию.
Они могли заблудиться, но у Вэмп помимо номера телефона на бумажке записан адрес, а, как известно, язык и до Киева доведет.
А если их в милицию забрали? Да ну, бред какой. С чего стражи порядка стали ими интересоваться? Все-таки, это не Москва и здесь редко спрашивают регистрацию.
А может, случилась драка, ребята отбились, но тут подоспели милиционеры и загребли всех в кутузку до выяснения обстоятельств? Но тогда мне бы позвонили и попросили приехать в участок.
Сходя с ума от неизвестности, я решила лично выйти на улицу и обойти окрестные дворы в надежде, что компания попросту заплутала, и теперь ходит где-нибудь поблизости. Не успела я зашагнуть в босоножки, как в комнате раздалась телефонная трель.
- Алло.
- Леночка, ты только не волнуйся, - залебезила Вэмп, и у меня внутри все оборвалось. Так и есть – загремели в обезъянник.
- Вы где?
- А мы тут с такими классными ребятами познакомились. Сейчас сидим у них в гостях, пиво пьем.
- Я вытащу вас из милиц… Где вы сидите? В гостях?! Марш домой! Я вас сейчас всех поубиваю! Да вы с ума сошли!
- Лен, подожди, не злись, - Вэмп передала телефонную эстафету Павлу.
- Это ты мне еще говоришь, чтобы я не злилась? Да я сижу тут как на иголках. Гадаю – что с вами случилось. А они там развлекаются!
- Лен, ну успокойся.
- Я Милославу сообщу! Расскажу, какой из тебя телохранитель. Чуть до смерти меня не довел!
- Лен, это Стас. Павел здесь не причем.
- А с тобой я вообще разговаривать не хочу. Мне всегда казалось, что уж ты самый ответственный, а ты, ты…
- Леночка, - теперь со мной общался Шурка, - мы еще немного посидим, и сразу же домой.
- Я их спасла от холода! Истратила все деньги на ерунду! Сижу тут одна с больной Наташкой!
- Леночка, мы сейчас будем.
Я шваркнула трубку на рычаг. Перепуганные гулены примчались через двадцать минут. Опуская глаза и бормоча извинения, они робко протянули мне бутылку светлого и прошмыгнули на кухню, ожидая начала массовых убийств.
Я же, ругавшаяся, по сути, только из-за того, что перепугалась за этих лоботрясов, отхлебнула хмельной напиток, успокоилась и простила негодяев.
Утро мы встретили у телевизора. Дремучие радовцы, никогда не видевшие сие чудо техники, как маленькие дети, заворожено глядели на людей по ту сторону экрана. Даже больная Наташка перебралась в гостиную, и с интересом наблюдала за придуманной жизнью героев, напрочь забыв про недуг. Ребята смотрели все подряд – сериалы, ночные ток-шоу. Их даже заинтересовала программа, в которой предлагалось отгадать слово и получить за это денежный приз. Телевидением не заинтересовались лишь трое. Я заснула от пережитых волнений, Вэмп от передозировки спиртного, а Томас от незнания русского языка. Радовцы не заметили нашего отсутствия. Они не прерывались даже на рекламу, принимая короткие яркие ролики за мини-фильмы.