Дело было в ту пору, когда я еще работала журналистом. На тот момент я только-только устроилась в другую газету, имея уже при этом двухлетний опыт работы. Так что большинству писцов я была хорошо знакома. Поэтому не удивилась, когда наш самый старый *впрочем, проявим уважение к дядечке, и заменим старого взрослым* журналист Давид Ч. не предложил мне написать о грузинской свадьбе. Сам Давид имел самое прямое отношение к этой национальности и хотел таким образом сделать приятное старому другу *и не удивительно – друг являлся не последним человеком в городе и такая приятность могла хорошо сказать на дальнейших отношениях*. Да и читателям, дескать, было бы интересно узнать о традициях горцев. Мне, если честно, до этих традиций не было ровно ни какого дела, но мысль о деньгах за пол полосы заметно грела душу. Да и отведать национальную кухню тоже не было плохим вариантом проведения вечера. Получив от Давида наказание одеться так, чтобы затмить если уж не невесту, то всех остальных гостей, я помчалась к своему шкафу, придирчиво разглядывая гардероб. Джинсы, джинсы, еще джинсы, о! юбка… черт, старая, осталась еще со школьных времен. Пришлось ради спасения имиджа рысью нестись к подружке и ворошить содержимое ее шкафа. У нее, в общем-то, тоже ни чего праздничного не оказалось, но помимо джинс нашлись классические черные брючки и под стать им симпатичная кофточка. Не слишком празднично, но смотрелось вполне прилично. Поработав еще и моим личным стилистом, подружка с чистой совестью выпнула меня за дверь. Я же, как и положено воспитанным лохам потопала к назначенному месту - ресторану Тбилиси за 15 минут до положенного времени. Народ уже начинал подтягиваться, охранник на меня смотрел все подозрительнее и подозрительнее, а Давид так и не подходил. Пытаясь отгадать что по моему поводу думает секьюрити, я мерила шагами пятачок перед рестораном. Наконец, через 40 минут этот хмырь подполз. Еще и меня сперва не заметил. Испугавшись, что сейчас он так и зайдем в ресторан, оставив меня на крылечке куковать, я со всей дури ломанулась к нему, чуть не снеся стоящего на пути солидного гостя.
У входа уже стояли молодожены, принимая от гостей подарки. «Псс, Давид, вот этот вот стол с подарками за их спиной – это что, грузинская традиция?»- шепотом спросила я. «Да вообще нет, по традиции под подарки отводится целая комната, в которой сидит человек, и ведет список кто и что подарил». «Ага, и типа, если гость принес всего 500 рублей, то на следующий год к нему на праздник приходят вообще с пустыми руками?»- не удержалась я от ехидства. «Неее, принесут 100 рублей. В Грузии это называется взаимопомощью»- не преминул похвастаться Давид. Для приличия пофотографировав молодых, двинула дальше, в зал. Ну что ж – все было красиво оформлено, в центре длинные столы для родственников, по бокам уютные кабинки для прочих почетных гостей. Меня усадили в одну из таких кабинок рядом с каким-то молодым местным футболистом. Сперва я, конечно, порадовалась такому соседству. Мол, будет развлекать беседами, наполнять даме бокал и все такое,- думалось мне. Ага, фигушки. Мало того, что он с энтузиазмом рассказывал лишь о футболе, а всю остальную информацию из него клещами приходилось тянуть, так еще оказалось, что ему нельзя пить – тренировки и все такое. Пьянствовать одной было как-то не культурно, но другого выхода не было. Хорошо хоть собеседник оказался знатаком грузинских блюд и перед тем как я тянула в рот незнакомую субстанцию, он объяснял название и из чего оно приготовлено. Сейчас уже и не вспомню, что тогда ела. Из статьи могу сказать, что были сациви, хачапури, лобио и какие-то аджам-сандалы *че это за фигня – убейте не расскажу*. Так и объелась бы я, если б на мое счастье к нашей компании не присоединился еще какой-то парень. Запретов на поглощение спиртного у него не было и мы с удовольствием тяпнули по одной за знакомство. Потом еще за молодых, свадьбу, ресторан, еще раз за знакомство. Периодически я посматривала в зал, в надежде засечь хоть что-то интересное из старинных обычаев. Но нет, пока все шло до безобразия банально: тосты, конкурсы, танцы. Тяпая одну за другой, я лихорадочно соображала: о чем же буду завтра писать? Во время одного из таких соображений к нашей кабинке подошел Давид. «Слушай, ты обещал грузинскую свадьбу, так где же весь местный колорит? Чего я в газету напишу?»- налетела я на него. Давид серьезно посмотрел, сказал «сейчас» и скрылся в неизвестном направлении. «Ну вот, бросил меня на произвол судьбы»- расценила его поступок. Однако, спешная ретировка не оказалась дипломатичным посылом меня на три советские буквы. Вскоре он появился вновь, и не один. Следом за ним к столику приближался отец жениха. «Тут вот молодая журналистка интересуется о грузинских обычаях. Я ей пообещал, что она напишет о настоящей грузинской свадьбе…»,- перевел все стрелки на меня Давид. Отец жениха усмехнулся, взял микрофон, и велел тамаде помолчать, взяв слово: «Дорогие гости, молодожены. К нам на свадьбу пришла журналистка газеты «Час» и сейчас у меня спросила – «чем грузинская свадьба отличается от обычной? А то сижу и пока ни каких отличий не замечаю»- а и вправду, чем? Давайте покажем гостье как действительно надо справлять грузинские торжества!». С этими словами он окончательно вытолкал тамаду и зарядил какой-то длинный горский тост, после чего, не моргнув глазом заглотил полный бокал вина. Я сидела красная как рак, не зная куда бы поскорее провалиться от смущения. Пришла, называется, на халяву, а теперь получается, что еще сижу и возмущаюсь. Вскоре подошла тамада – обиженная на весь мир и на отца жениха в частности. Мы с ней быстро разговорились и так же быстро нахряпались. Только тамада на тот момент держалась еще молодцом, а меня можно было уже выносить вперед ногами. А мне ведь тоже надо было работать. Общаться с гостями, пытаться запомнить, о чем они говорили *я как дура не взяла ни диктофон, ни банальный блокнот с ручкой*. А еще с каждым новым знакомым надо было выпить за встречу. В один из таких моментов, когда Давид в очередной раз припер мне какого-то известного дядечку, я посмотрела на вновь наполняющуюся рюмку водки мутным взором, прикинула, что дядечка навряд ли обрадуется, если у меня сейчас начнутся внутренние излияния на его костюм и с криком: «Давид, я не могу сейчас, скоро буду» - побежала в туалет. В уборной было прохладно, и монолог с унитазом не потребовался. Вместо этого я вышла на свежий воздух покурить, мысленно соображая: сильно ли обиделся дядечка на такую бестактность и что мне после этого выскажет Давид. В тот момент, когда мысленно я уже дошла до увольнения из газеты, подкатило толстое пузо в дорогом костюме, и пока не добился от меня согласия встретиться завтрашним днем в кафе неподалеку – так и не отвязалось. До сих пор гадаю – приходило ли на следующий день толстое пузо и если да, то как долго он меня прождал). В зал вернулась вновь готовая к бою и приему спиртного. Успела достать молодожен относительно их впечатлений от свадьбы, пробраться в гримерку к артистам и посмотреть, как один из самых старых грузин мастерски жонглирует ножами, докопалась до хозяина ресторана относительно слухов о продаже Тбилиси *Давид когда это услышал – у него аж глаза на лоб полезли, все пытался в шутку перевести, вот, мол, какие у нас трудолюбивые журналисты – позвали про свадьбу написать, а они даже тут еще один материал нарыли*. Последнее, что я помню, как возвращалась домой по морозу и все пыталась вспомнить хоть что-нибудь из общей массы бесед. Мысленно прикидывала, что больше трех строк про свадьбу точно не осилю, в очередной раз представляла мрачные картины моего дальнейшего будущего в редакции. А на утро проспалась, бодрячком на работу и ни чего – обещанные пол полосы выдала. Да так, что читатели потом думали, что свадьба и впрямь была самая настоящая грузинская. Да уж, даже пьяный журналист остается журналистом).
[500x375]