Я раньше никогда не была в Гоголе и поэтому, когда узнала о сёрф пати, не подумала о месте, где всё будет проходить, а занялась самой идеей пляжной гавайской вечеринки. Возможно, меня ввело в заблуждение то, что клуб находится в центе, и я решила, что этого достаточно для того, чтобы всё было на уровне. Это потом я вспомнила о Голодной утке, которая тоже слегка на Кузнецком мосту, что не мешает ей оставаться довольно своеобразным местом.
Мы подготовили некоторое количество развлечений, но когда вдвоём с САЯ пришли посмотреть клуб, то отменили почти всё. Оставили только цветы и половинки сердечек. И правильно сделали, клуб слишком тяжел для тропической жизнерадостной расслабленности.
Первое, что я услышала от лирушников придя в Гоголь, было то, что с них потребовали 1000 рублей за право занять столик. Если честно, то я ужасно расстроилась. Подобное со мной происходило лишь однажды, в Табула Расса. Мы с музыкантами хотели что-то обсудить, и зашли на минуту в небольшой зал, который был единственным местом, где можно было слышать друг друга. Официантка сказала, что мы должны заплатить за столик. Но, во-первых, речь шла об авансе, который идёт в счет того, что мы съедим, а во-вторых это происходило не в том зале, где проходит концерт на который люди пришли, заплатив за билеты. Есть мы не собирались, и ушли через пару минут закончив разговор.
Лирушные сходки всегда многолюдны, даже на воскресных встречах волонтёров в Букле счета всегда превышают тысячу, но сам факт такого требования сильно портит настроение. Я видела, что многие знакомые расстроены. Несколько человек ушли в самом начале, даже не дождавшись выступления музыкантов.
Вторым неприятным моментом стало то, что Белке с Пионеркой заявили, что, продавая гирлянды, они мешают продавать напитки. Могу понять почему люди не брали напитки. Если бы меня не огорошили заявлением про тысячу за столик, я бы заказала что-то поесть, поскольку весь день занималась цветами и не успела пообедать, но требование денег до еды сильно отбивает желание что-то заказывать. Всё-таки, в ресторане человек должен, прежде всего, думать о еде, а потом уже о счёте. Тем паче, когда приходится платить не за еду, а за право сесть.
Это я ещё не знала в чем своеобразие клуба Гоголь, иначе не заказала бы даже свой всенепременнейший чайник зелёного чая. А уникальностью Гоголя, как ни странно, оказался его туалет. Чтобы на весь клуб работала одна кабинка, да ещё и в мужском сортире, такого я ещё нигде не видела. Дверь в женский была заперта с самого начала и до конца, а в мужском царила лёгкая непринуждённая атмосфера, время от времени прерываемая воплями тех, кто задолбался ждать своей очереди, и готов оскандалиться у всех на глазах. Мужчины без комплексов, пользуясь писсуаром, непринуждённо болтали о погоде с девушками, стоявшими в очереди в единственную не занятую поебушками кабинку. Причем, прорваться в работающую кабинку было проблемно, поскольку М игнорировали Ж в собственном туалете как факт, несмотря ни на какое восьмое марта. Простояв в очереди из пяти девушек около получаса, я буквально за руку выволокла из кабинки какого-то парня, пытавшегося занять её вместо меня. Жесть, а что делать? Писсуаром пользоваться я не умею)))
Теперь о хорошем. Концерт был очень приятным, но тут я не могу быть до конца объективной, поскольку почти всех слышала не однажды, знакома с несколькими выступавшими и отношусь к ним с большой симпатией. Несколько раз мне хотелось бросить работу к ядрене фене и пойти танцевать, но есть такое слово "надо". Все гирлянды, что я сделала сидя в Гоголе сразу купили, а значит, не зря я работала.
Наши девушки, увешанные гавайскими гирляндами, добавили тропическую ноту в сёрф музыку. Так сложилось, что работать в Ярмарку пришли очень красивые лирушницы. Многие из присутствующих дам, глядя на то, как мужчины смотрят на гавайских красавиц, тоже захотели украсить себя цветами. У нас купили почти сотню заколок и двенадцать больших гирлянд.
Трудно сказать сколько народа было с лиру, поскольку в лицо я знаю всего двести-триста человек, болей части из которых не было. С другой стороны, со мной несколько раз здоровались люди, которых я не помню. Скажем так: знакомых с лиру я видела не больше пятидесяти человек, но я могу и ошибаться, поскольку не увидела кое-кого из тех, кто точно там был. Все-таки я была занята нанизываньем цветов.
Заметила мимоходом, что охрана клуба работала хорошо, что публика до девяти была, за редким исключением, закомплексованая, и пыталась изображать пафос, а после подтянулись интересные позитивные люди. Что официантка часто меняла пепельницу. Что, если бы на соседнем столике три часа не стояла табличка резерв, то за ним могло бы смениться несколько компаний. Люди постоянно приходили и уходили. Разные люди, но в общем, несмотря на замечательную атмосферу созданную нашими девушками и музыкантами, несмотря на приятную публику, остался какой-то гадостный осадок.
Неужели из-за того, что я так и не увидела, как выглядит дамская комната?